Джейн из Лантерн-Хилл - Люси Мод Монтгомери

будет ли там папина статья? Да, вот и она. Снова на первой полосе: «Последствия Конфедерации[89] для Приморских провинций». Статья оказалась ей не по зубам, но она с восторгом и гордостью прочитала каждое слово.

А потом появился кот.

Глава 31

Они ужинали в доме шестьдесят по Джой-стрит, в большой гостиной, которая, даже несмотря на веселый огонь в камине, казалась холодной и мрачной. Вошел Фрэнк с корзиной в руках.

– Готово, миссис Кеннеди, – сообщил он.

Бабушка взяла у него корзину и открыла ее. Внутри оказался великолепный белый персидский кот, недоверчиво и надменно моргающий зелеными глазами. Мэри и Фрэнк обсуждали его на кухне.

– Что за блажь взбрела в голову старой хозяйке? – спросил Фрэнк. – Думал, она ненавидит кошек и ни при каких обстоятельствах не разрешит мисс Виктории их заводить. А теперь сама дарит кота… он стоил семьдесят пять долларов. Семьдесят пять долларов за кошку!

– За деньгами дело не станет, – пожала плечами Мэри. – И я тебе скажу, что это за блажь. Поготовишь с мое для миссис Кеннеди, научишься читать ее мысли. У мисс Виктории есть коты на Острове. И бабушка пытается вычеркнуть их из ее жизни. Нельзя, чтобы Эндрю Стюарт позволял мисс Виктории заводить животных, когда здесь ей это запрещают. Старая хозяйка уже голову сломала, как отвадить мисс Викторию от Острова, – вот что значит этот кот. Миссис Кеннеди думает, что настоящий персидский кот за семьдесят пять долларов, похожий на короля всех котов, заставит ребенка выкинуть из головы жалких обыкновенных котят. Только посмотри на остальные ее подарки. Они как будто кричат: «Твой папа не смог бы подарить тебе ничего подобного».

– Это рождественский подарок для тебя, Виктория, – провозгласила бабушка. – Его должны были доставить вчера, но произошла задержка… кто-то заболел.

Все смотрели на Джейн так, точно с ней должен был случиться припадок от избытка чувств.

– Спасибо, бабушка, – безэмоционально поблагодарила Джейн.

Ей не нравились персидские кошки. У тетушки Минни была породистая дымчато-голубая, и Джейн не испытывала к ней ни малейшей симпатии. Персидские кошки такие обманчивые: на вид толстые и пушистые, но возьмешь в руки, надеясь хорошенько потискать, – а там сплошные кости. Впрочем, каждому свое, считала Джейн.

– Его зовут Снежок, – сообщила бабушка.

Так ей даже не дали назвать собственного кота! Но бабушка ожидала, что питомец ей понравится, так что Джейн изо всех сил старалась его полюбить. Проблема в том, что кот не хотел, чтобы его любили. В его горящих ледяным пламенем зеленых глазах не мелькало и намека на дружелюбие. Он не желал, чтобы его ласкали или гладили. Желтоглазые Питеры обожали сидеть на коленях, и Джейн моментально научилась говорить на их языке. Но Снежок отказывался понимать любое сказанное ею слово.

– Поправь меня, если я ошибаюсь, но мне казалось, ты не раз заявляла о своей любви к кошкам, – заметила бабушка.

– Снежок не любит меня.

– Вот как! – подняла брови бабушка. – Что ж, полагаю, вкус к кошкам у тебя такой же, как к друзьям. Горбатого могила исправит.

– Милая, ты не могла бы чуточку больше любить Снежка? – взмолилась мама, стоило им только остаться вдвоем. – Ради бабушки. Она думала, ты будешь счастлива. Можешь хотя бы притвориться, что любишь его?

Притворяться у Джейн получалось не очень хорошо. Она неукоснительно ухаживала за Снежком: каждый день расчесывала, следила за питанием, заботилась о том, чтобы он не заболел воспалением легких… и ничуть не расстроилась бы, заболей он. Ей нравились кошки, которые убегали по своим загадочным делам и позже появлялись на пороге, прося впустить их в дом, где ждет мягкая подушка и капелька сливок. Снежок воспринимал внимание к своей персоне как должное и важно вышагивал по шестидесятому дому, размахивая пушистым хвостом – предметом обожания всех гостей.

– Бедный Снежок, – как-то раз с иронией сказала бабушка.

Джейн захихикала. Ничего не могла с собой поделать. Снежок так мало нуждался в жалости. Сидя на подлокотнике кресла, он был владыкой всего, чего только касался взгляд, и казался крайне довольным собой.

– Мне нравятся коты, которых можно обнять, – призналась Джейн. – И которым нравится, когда их обнимают.

– Ты сейчас разговариваешь со мной, а не с Джоди, – отрезала бабушка.

Три недели спустя Снежок исчез. К счастью, в то время Джейн была в школе Святой Агаты, а не то бабушка заподозрила бы ее в причастности к этому исчезновению. Все разъехались, а Мэри на несколько секунд оставила входную дверь открытой. Снежок вышел и, очевидно, направился прямиком в четвертое измерение. Объявление о пропаже не принесло никаких результатов.

– Его украли, – убежденно заявил Фрэнк. – Вот что бывает с дорогими котами.

– Не могу сказать, что сожалею. За ним приходилось ухаживать больше, чем за младенцем, – проворчала Мэри. – Не думаю, что и мисс Виктория будет безутешно о нем страдать. Она все еще тоскует по своим Питерам… такие, как она, не меняются, старой леди придется зарубить это себе на носу.

Джейн не смогла изобразить подобие вселенской скорби, и бабушка была в ярости. Несколько дней она кипела от злости, заставляя Джейн чувствовать себя ужасно. Наверное, она неблагодарная… наверное, не старалась достаточно, чтобы полюбить Снежка. Как бы то ни было, вечером, когда они с мамой ждали трамвая посреди снежного вихря, на углу улицы материализовался большой персидский кот. Он с хриплым мяуканьем стал тереться у ее ног, явно вне себя от восторга. Джейн вскрикнула от неподдельной радости.

– Мама, мамочка, это Снежок!

Стоять вдвоем с мамой на углу улицы в ожидании трамвая – случай небывалый. В тот вечер в школе Святой Агаты проводили мероприятие: старшеклассницы поставили спектакль, и мама была в числе приглашенных гостей. Фрэнк слег с гриппом, и их должна была отвезти миссис Остен. Но еще до конца пьесы миссис Остен срочно вызвали домой из-за неожиданной болезни кого-то из домашних. «Не беспокойтесь, мы с Джейн доедем на трамвае», – заверила ее мама.

Джейн любила ездить на трамваях, тем более с мамой. Они так редко выбирались куда-то вдвоем. Мамино общество ей очень нравилось. В любой ситуации мама находила забавную сторону и смеющимися глазами смотрела на Джейн, когда происходило что-то веселое. Джейн расстраивалась, когда они подъезжали к Блур-стрит: это означало, что они почти дома.

– Милая, разве это Снежок? – воскликнула мама. – Да, они похожи, но до дома целая миля…

– Фрэнк говорит, что его украли, мамочка. Это наверняка Снежок. Незнакомый кот не стал бы так ластиться…

– Как и сам Снежок, – засмеялась мама.

– Наверное, он рад увидеть друга, – возразила Джейн. – Мы