О чем молчали березы - Надежда Владимировна Смаглий

– Теперь хоть что-то стало понятно. А то «эликсир», «эликсир»!.. – хохотнул Лёнька и с усмешкой посмотрел на Севку. Тот опустил голову. – Пап, так драгоценности при раскопках нашли? Отто правду писал? Может, у него от контузии крыша съехала?

Ребята замерли и уставились на Степана.

– Нашли.

– И всё-таки драгоценности! Да уж… – подытожил Петька.

– Кстати, вещички, что были в этой шкатулке, оценены на баснословную сумму, – продолжил Степан, разглядывая ошарашенных пацанов. – Не зря их так упорно искали родственники Отто. Там оказались даже музейные реликвии, которые после войны числились в списке пропавших. Только непонятно: как удавалось офицеру столько времени прятать довольно-таки увесистый ящичек в штабных блиндажах? Они ведь не сидели на месте. Но в одном его понять можно: почтой такое богатство нельзя было отправлять.

– Дядя Степан, а почему в деревне о них ходили слухи? Михеич, то есть Михась, рассказал? – спросил Петька.

– Нет, отец здесь ни при чём. Он в блиндаже их не видел, вы же читали его дневник. Слухи – это совсем другая история. – Степан отвернулся к окну, помолчал, потом снова продолжил: – Офицеры для своих утех приводили в блиндаж девочек. Постоянно. Потом расстреливали. Как получилось, что одна из них увидела ящик Отто и смогла уйти, – неизвестно. Скорее всего, Отто рассматривал их при ней, может, и показал, зная, что убьёт девчушку. Но… она сбежала! Тут нам остаётся только гадать.

Девочка появилась в деревне, но немцы так над ней измывались, что она тронулась умом. Целый день бродила по улицам в разодранной и заскорузлой от крови одежде, вся покрытая синяками и ссадинами, и рассказывала о золоте и бриллиантах, которые якобы видела в блиндаже. Ей, конечно, никто не верил. Но ближе к вечеру полицаи устроили в деревне облаву. Девочку нашли и расстреляли, потом расстреляли её семью и даже соседей. Вот тогда слухи и поползли по деревне.

Сначала о драгоценностях говорили, когда вспоминали девочку. Со временем её вспоминали реже, а золото и бриллианты чаще. И наконец в памяти людей остался только «золотой блиндаж». Это стало легендой.

Я тоже в детстве слышал и о девочке, и о драгоценностях. Мы с ребятами тоже искали блиндаж, но подальше и не так активно. Да не особо и верили.

Степан встал, открыл окно и закурил. Потом оглядел ребят. Все молчали. Глаза пацанов были устремлены в пустоту, словно они перепрыгнули на машине времени в ту страшную эпоху.

– Да-а… История. А что теперь с этой шкатулкой? – наконец прервал тяжело повисшее молчание Бунтарь.

– Ничего теперь. Драгоценности после описи сдадут государству. Лукаса и Рудика ждёт суд. Хотя Рудика, скорее всего, отпустят, а Лукасу придётся сидеть до суда. Там вообще всё сложно, он же иностранец. Морока с ним ещё та. Вполне возможно, что и того после суда отпустят. Отец-то, слава богу, живой. Но из страны выдворят, это точно. И без «семейных», как он кричит, ценностей.

Ребята разом вскинулись, а Севка открыл уже было рот, чтобы возмутиться, но Степан его опередил:

– Не кипите! У них своё понятие. Всё останется в нашей стране.

– Ясненько-о… – задумчиво протянул Петька и вдруг встрепенулся: – А мне вот интересно: откуда под берёзой появился бинокль, который пацаны подобрали, и футляр, что нашёл Михеич? А то все думают, что я наврал.

Степан улыбнулся:

– Ты не ври, никто и не будет думать. А трофеи? Когда Лукас и Рудик обнаружили эту поляну и начали копать, почти сразу их нашли. Футляр Рудик проверил, так как он оказался тяжёлым. Там была фляжка с водой. Он выбросил и футляр, и фляжку, а бинокль сначала оставил. По дороге передумал и тоже выбросил. Хотя, скорее всего, Лукас на него прикрикнул. Они же надеялись найти ящик с драгоценностями, больше Лукаса ничего не интересовало. Потому вы и обнаружили трофеи в разных местах.

– Ну, откопали они трофеи и выбросили, а дальше-то что? – нетерпеливо заёрзал на стуле Севка.

– Дальше? – Степан оглядел ребят и предложил: – Может, передохнёте, чаю выпьете? Столько информации враз тяжело переварить.

– Не-е-ет! – хором закричали ребята. – Рассказывайте!

Степан снова усмехнулся и продолжил:

– Ну хорошо. Место было очень похоже на штабной блиндаж, да и находки на это указывали. Но за один раз не раскопаешь. Лукас с Рудиком устали и решили прийти на следующий день. Надо было взять более подходящий инструмент для раскопок, воду и еду.

– А почему не пришли? – пожал плечами Бунтарь.

– Они приходили каждый день, но теперь около этого места всё время кто-то крутился: то Петька, то вы, а то и отец приходил и сидел на дереве. Каждый из вас, сам того не зная, сильно рисковал, потому что терпение Лукаса было на исходе.

– Пусть только попробовал бы! – решительно сказал Петька.

Ребята изумлённо переглянулись.

– Только не говори, что ты полез бы в драку с Лукасом. – Севка посмотрел на него с лёгкой иронией.

– Полез бы, – набычился Петька.

Севка открыл было рот, чтобы снова съязвить, но Лёнька возмутился:

– Пацаны, да хватит вам собачиться. Нашли время! – И, повернувшись к отцу, добавил: – Пап, ну с «золотым блиндажом» всё вроде понятно, а каким боком во всём этом замешан дед? Что за письмо он тебе отправил? Зачем ты ездил в Москву?

Степан грустно улыбнулся:

– Здесь много чего переплелось.

– Михеич тоже что-то искал? – вытаращил глаза Бунтарь.

– Не искал, но нашёл.

– Пап, хватит говорить загадками!

– Короче. Несколько дней назад отец собирал грибы в берёзовой роще и наткнулся в кустах на футляр и фляжку. Скорее всего, он забрал и отдал бы их вам. Все же в деревне знают, что вы собираете трофеи для музея в Пролесках.

– Допустим, не все собирают для музея, – скривился Севка и посмотрел на Петьку.

Тот глянул на него и хотел, видимо, что-то сказать, но отвернулся и уставился в окно.

– Это дело лично каждого. Есть люди, которые продают товар, есть люди, которые дарят. И те, и другие по-своему правы. Мы ведь не знаем всех обстоятельств.

Петька повернулся и с благодарностью взглянул на Степана.

– Папа! Ты говорил о футляре! – воскликнул Лёнька нетерпеливо.

– Ну да. В общем, дед собирался отдать трофеи вам, но, приглядевшись, а главное, разобрав надпись на футляре, понял, что тот ему знаком! Он вспомнил, как по просьбе разведчика Степана затолкал фляжку с водой в этот футляр и положил рядом с ним. Тогда он был