ЖИЗНЬ ЖЕ... - Александр Васильевич Етоев

class="p1">Скоро лес загустел, и передвигаться по нему стало трудно. Писатель, однако, не унывал, резво прыгал через канавы, резал полями шляпы натянутую в ветвях паутину, сшибал штиблетами головки цветов, не успевших вовремя отскочить в сторону; сбивал мешком с ноутбуком шишки - в общем, шёл по следу уверенно, как и положено владельцу козы, переживающему за своё животное.

За старой просекой начиналась чаща. Из-за деревьев веяло холодком и попахивало болотным духом. Перед тем как нырнуть в чащу, писатель-сказочник присел на пенёк и вынул из мешка ноутбук.

- Вдохновение, - сообщил он ребятам. - Никогда не знаешь, когда оно вдруг придёт. Вот, пришло...

Он уже колотил по клавишам и притопывал в такт ногой. Через пять минут писатель поставил точку и тихим взглядом посмотрел на ребят.

- Ушло? - спросил его Пашка. - Это .. как его... вдохновение.

- Успел, - ответил писатель-сказочник. - Вот, слушайте.

И он принялся читать вслух с экрана.

Идёт девочка по шоссе и сосёт сушку.

Травка по обочинам зеленеет, солнышко на небе блестит, ласточка летит в чьи-то сени. Лето.

Видит девочка, едет на кобыле навстречу волк.

Останавливается волк возле девочки, просит:

- Девочка, а девочка, угости меня, пожалуйста, сушкой, больно есть хочется.

- Не могу, - девочка говорит, - последняя. Езжай себе мимо.

Волк вздохнул и поехал мимо.

Девочка идёт дальше.

Вдруг навстречу ей медведь на велосипеде.

- Девочка, а девочка, угости меня, пожалуйста, сушкой, - просит её медведь.

- Не могу, последняя. Езжай себе мимо, - отвечает медведю девочка.

Медведь уехал.

Смотрит девочка, едет навстречу рак на хромой собаке.

- Девочка, а девочка, угости меня, хроменькую, сушкой, - просит собака девочку, лапой утирая слезу, - а то не доедем.

- Не могу, последняя, - отвечает девочка и идёт дальше.

Тут погода испортилась, и полил дождь.

Девочка побежала в лес, чтобы спрятаться от дождя под деревьями.

А дождь всё пуще, деревья не помогают.

Видит вдруг, стоит в лесу теремок.

Девочка к нему, постучалась.

- Кто-кто в теремочке живёт? - спрашивает.

- Я, волк, зубами щёлк, - отвечает волк из-за двери.

-Я, медведь, костями греметь, - раздаётся медвежий голос.

- Я, рак, в сердце мрак, - говорит рак.

- И я, собака, хромая после первого мая, - говорит хромая собака.

- Волк, медведь, рак, собака, пустите меня, пожалуйста, в теремок от дождя укрыться, - просит девочка у зверей.

- Ты нас сушкой не угостила, - говорят звери девочке, - вот и мокни под дождём, жадина.

- Ну пожалуйста, - говорит девочка. - Я больше не буду жадиной, честное девчоночье слово.

- Что, поверим? - спрашивает у товарищей рак.

- Так и быть, - отвечают волк, медведь и собака.

Пустили они девочку в теремок, обсушили, напоили горячим чаем.

С тех пор девочка уже никогда не жадничает и всегда делится с голодным товарищем последней сушкой.

Сказка, слава богу, была короткая, поэтому никто из слушателей не успех заскучать.

- Ну что? - спросил писатель, выключая компьютер. - Кто теперь скажет, что я не гений?

Коровин с Пашкой неуверенно пожали плечами. Улька только тупо хихикнула.

Горбушкин, не дождавшись ответа, уже спружинил с пенька на землю и нацелился штурмовать чащу.

- Чует моё сердце, что Козюлькина где-то рядом, - сказал он тревожным шёпотом. - Поэтому предлагаю план. Видите вон ту ёлку? - Он показал на дерево с обломанной тупоконечной верхушкой, растущее на краю чащи метрах в пятидесяти от них. - Вы доходите до неё и все вместе углубляетесь в лес. Я зайду в лес оттуда. - Он показал левее, в противоположную сторону. - Ровно тринадцать минут тринадцать секунд, ни секундой больше, следуем параллельным курсом, потом резко идём навстречу друг другу. Такой манёвр.

- Зачем? - не понял смысла манёвра Пашка.

- Взять похитительницу в зажим. - Писатель-сказочник показал руками, как это делается: провёл ладонями в воздухе две короткие параллели, сблизил ладони вместе и сцепил пальцы. - Поняли? Ну, вперёд. Если что, звоните мне на мобильный.

Лев Горбушкин припустил к чаще, размахивая мешком с компьютером.

- На мобильный... А номер? - крикнул Пашка ему вдогонку.

Но писатель уже скрылся среди деревьев.

Тринадцать минут тринадцать секунд, точно как договаривались, ребята продирались сквозь чащу. Особенно доставалось Ульке, ноги её были в царапинах, волосы цеплялись за ветки и путались в еловой хвое. Но Пашкина сестрёнка не жаловалась.

По истечении последней секунды ребята повернули налево, навстречу отделившемуся Горбушкину.

- Глядите, домик, - сказала Улька, тыча пальцем в полумглу впереди.

Действительно, за частоколом стволов чернела маленькая лесная хижина, почти невидимая в путанице подлеска.

- Век хожу по этому лесу, а никаких домиков здесь не видел, - удивился увиденному Коровин. - Интересно, кому он нужен в такой чащобе?

Лес вокруг и так-то был не очень приветлив, а тут в воздухе совсем потемнело, должно быть, солнце, скрытое от ребят деревьями, съел прожорливый летающий крокодил.

Стало зябко, налетел ветер, ели закачались и заскрипели.

Улька сразу прижалась к брату, Пашке тоже стало не по себе. Один Коровин держался храбро, как и положено современному человеку, не боящемуся ни ведьм, ни чертей.

- Куда-то наш сказочник подевался. Обещал идти нам навстречу, ну и где он? - спросил Коровин, обращаясь неизвестно к кому. - Может, там? - Коровин показал на домишко, прячущийся в скрипучей тени. - Пойдём проверим, кто в том теремочке живёт?

- Я боюсь, - сказала Ульяна. - Вдруг там ведьма, которая на козе скакала?

Только она это сказала, как со стороны хижины донёсся тоскливый звук, напоминающий козий голос. Не ясно было, то ли он плакал, то ли смеялся, - из-за шума, наполнявшего лес, определить это было трудно.

Коровин посмотрел на Ульяну.

- Не знаю, как насчёт ведьмы, но, похоже, наша козочка там. Если это не обман слуха.

Он поднял увесистый сук и негромко сказал:

- Вперёд!

Вблизи строение выглядело совсем не страшно. Ни курьих ножек, ни забора из кольев, украшенных человечьими черепами, ни жирного дымка над трубой, ни самой трубы. Просто грубо сколоченная халупа, не халупа даже, а так, сарай, непонятно для чего предназначенный. Хотя строение имело дверь, на