Девочка, которая полюбила - Мария Михайловна Гербер

Я считаю так: если хочешь, если на самом деле очень сильно хочешь добиться чего-то, найдёшь возможность всё успеть! А если не сильно-то и надо было, то ничего, кроме оправданий своей лени, найти не получится. Я не про те занятия, что мы бросаем, поняв вдруг, что они нам больше не по душе. С этим проблем нет. Я о тех людях, которые во всём такие, за что бы ни взялись. Жаль их, если честно. Неужели никто никогда не рассказывал им, что нужно слушать сердце, смотреть на свои способности, реально оценивать ситуацию и, раз уж выбрал дело, трудиться! Изо всех сил, каждый день, несмотря ни на что. Терпение и труд всё перетрут – старо, как мамонтовые кости. А всё же верно.

Мы вошли в квартиру и сразу поняли, что мама была дома, – из кухни пахло супом на курином бульоне и чем-то сдобным.

– Ну вот опять, – вздохнула я. – Знает же, что мне этого нельзя!

– Чего нельзя? Еды? – растерянно улыбнулась подруга, сняла плащ и пристроила его на крючке за дверью. – Есть-то надо нормально.

– Ой, вот ты прям как моя мама! А у меня четыре лишних килограмма не уходят, – вспылила я, скидывая ботинки.

– И что? Не есть теперь вообще?

– Не есть, значит.

– Ты что ж, и суп не будешь?

Я помотала головой из стороны в сторону, изо всех сил убеждая себя в том, что не голодна, а супы там всякие вообще ненавижу.

– Ты после своей академии куда собираешься – в театр или в гастроэнтерологическое отделение городской больницы?!

Я нахмурилась. Ещё не хватало, чтобы и Мару мне мозги клевала. «Промолчи – за умного сойдёшь» – так всегда говорила бабушка. И я промолчала. Но подруга приняла моё молчание за поражение и решительно продолжила наступать, нависая тучей:

– Катя, я ведь серьёзно. Килограммы эти уйдут, ты растёшь, тянешься…

– Что-то очень долго я тянусь.

– Ну уж как есть. А желудок посадить большого ума не надо. Ты знаешь, к чему приводит дефицит железа? А кальция? Магния?..

Ну начало-ось! Сейчас всю таблицу Менделеева вспомнит.

– Правильно, Мару, пожури её, – в прихожей показалась мама в переднике. – Здравствуй, моя хорошая! Давно ты к нам не заглядывала.

– Здравствуйте, тётя Света! – Подруга радостно кивнула маме. – Да ну её, дурынду! Заморит себя голодом…

– Не заморит, мы ей сейчас супчику нальём, – улыбалась мама одними губами.

Взгляд же её ясно давал мне понять, что пообедать было необходимо, иначе… Ну на самом деле всё что угодно могло бы случиться. Этот материнский говорящий взгляд знаком каждому. Мама, если хотите знать, могла даже запретить мне заниматься балетом. А оно мне зачем? Поэтому я согласилась немного поесть, но только после того, как…

– …мы должны кое-что закончить, а потом придём обедать, хорошо? – сказала я, толкая подругу к своей комнате.

– Уроки, что ли? – Мама осталась стоять в прихожей. – Ну так тем более пообедайте сначала.

– Мы быстро, мам. Полчаса.

Пока я запихивала подругу в комнату, она миллион раз успела придать лицу такое выражение, будто мы с мамой вдруг заговорили по-китайски. Вот же балда! Совсем намёков не понимает.

– Ты как маленькая, ну правда! – Я закатила глаза и даже цокнула языком.

– Я-то откуда знала, что тёте Свете рассказывать об этом нельзя! – плюхнулась она на кровать, отправив сумку в полёт до письменного стола.

– Да не в этом дело, просто после еды нельзя будет какое-то время…

– Ты о чём, вообще?

Ну что тут скажешь, подруженька моя – чистая душа, даже и подумать не могла, зачем я её к себе притащила. Я открыла шкаф, достала чистое трико, купальник и пуанты и положила на кровать перед ней:

– Переодевайся! Будем из тебя балерину делать.

– Катька, ты чего… – только и сказала она.

– Услышать и испытать – не одно и то же, – повторила я её слова и подмигнула.

Глава 7

Суй ногу в стакан

– Правда, что ли? Можно надеть?

– Нет, я просто так тебе показала, сейчас обратно в шкаф всё уберу, – пошутила я. – Ну разумеется можно!

Подруга бережно взяла в руки купальник, будто он был сшит из лунного света.

– Давай по-быстрому! Нам ещё супу похлебать нужно успеть и кучу уроков сделать. Вставай сюда и переодевайся, – я распахнула дверцу шкафа на манер ширмы.

– А я, вообще, в это влезу?

– Влезешь, оно всё растягивается.

– А как…

– Сначала надеваешь трико – это такие колготки с дырками внизу.

– Прямо на трусы, что ли?

– Ну да, – я пожала плечами.

– Надела, – отчиталась подруга из-за двери шкафа.

– Теперь купальник.

– А… прямо на ли…?

– Да, прямо на него, – кивнула я сама себе. – Если бы тебе сейчас на тренировку было нужно, то, конечно, бельё б ты надевала совсем другое. Утягивающее всё, что не должно особенно выделяться. Но мы пока просто попробуем.

– А пуанты?

– Я тебе помогу их надеть. Выходи и садись, – я указала рукой на стул. – Сначала просовываем ногу вот сюда в резинку, теперь надеваем вот такую штучку силиконовую… Это называется накладка… или вкладыш. Удобно?

– Нет.

– Хорошо, так и должно быть. Тогда суём ногу в стакан.

– Чего?

– Ну вот эта часть, мыс туфельки, называется стаканчик, – улыбнулась я. – Так, теперь проверяй, как лежит стелька под стопой.

– Вроде нормально.

– Не ёрзает в сторону?

– Вроде нет.

– Тебе удобно?

– Вроде бы…

– Никаких вроде бы – должно быть удобно.

Подруга уставилась на меня перепуганными глазами и пожала плечами:

– Как вообще может быть удобно в такой обуви?!

Вот же, Мару! Я рассмеялась:

– Я ж тебе её не на сменку предлагаю и не в качестве домашних тапочек. Не трёт? Не жмёт?

– Нет, кажется.

– Ну и хорошо. Теперь завяжем ленты и начнём.

– Что начнём?

– Бег трусцой, – усмехнулась я. – Ну чего ты испугалась-то?

Подруга неловко поднялась с места, смущённо заглянула в зеркало на двери шкафа и улыбнулась.

– Я прям как настоящая балерина, Кать! – сказала она, рассматривая свой новый образ с головы до ног. – Экстравагантного вида. С каре и розовой прядью за ухом.

– Почти, мы кое-что забыли, – я метнулась к шкафу, вытащила круглый чехол на молнии и осторожно достала из него балетную пачку нежно розового цвета, в тон трико и купальнику.

– Ой! Юбочка! – обрадовалась подруга и даже в ладоши захлопала. Хотела ещё и подпрыгнуть на месте, но к пуантам надо приноровиться. – Как ты в них ходишь?

– Этому тоже нужно учиться. Тебе неудобно, потому что ты их первый раз надела. А мне уже настолько привычно, что я в