Идеальное преступление - Никита Фред Декс

Я поставил перед ним стул и сел напротив.

– Нет-нет… – замотал головой Оскар, и вдруг его взгляд сделался пустым, а лицо – задумчивым. – А где Карина? – спросил он, глядя сквозь меня.

Стало понятно, что он еще не отошел от удара и в голове у него полнейшая каша.

– Эй, очнись! – щелкнул я пальцами перед его лицом. – Оскар, ты понимаешь вообще, что происходит? Нет никакой Карины. Забудь о ней. Есть только я и ты. Все это время ты общался со мной, прикидываясь перспективной писательницей, чтобы залезть в трусы молодой читательнице. Рассказывал о своей жизни, о мечтах и планах, о тяжелом детстве и прочей выдуманной ерунде. В мерзких и нудных подробностях описывал, как принимаешь ванны с пенными бомбочками, ходишь голышом по дому, сидишь на какой-то модной диете, занимаешься йогой, пьешь мартини, куришь тонкие сигареты…

– Что за идиотские стереотипы! – оживился Оскар. – Мужчина тоже имеет право есть детокс-салаты, пить розовое вино, принимать ванны и заниматься йогой! – Он качнул головой, указывая в дальний угол за моей спиной, и фыркнул.

Я оглянулся и увидел коврик для йоги, резинки и гантели размером с пульт от телевизора.

– То есть ты реально голышом тут расхаживал, когда строчил мне все эти сообщения? – засмеялся я.

– А какого х… – начал так же дерзко Оскар, но тут же успокоился после очередного удара электрошокером.

В этот раз разряд был слабее, и очнулся Оскар уже через пару минут.

– Давай поговорим, дружище, – произнес я мягко и с улыбкой.

– А вы не будете больше бить? – спросил он чуть не плача.

– Не буду. Обещаю, – почти ласково произнес я и убрал электрошокер в рюкзак.

Разговаривали мы около двух часов. За время беседы я узнал, что Оскар выучился на филолога, лингвиста и журналиста.

– Сначала я занимался переводами зарубежных книг, журналов, статей, но постоянно не укладывался в сроки. Издателям нужен быстрый, серийный перевод, как на конвейере. Главное – передать основную суть и придумать красивые обороты. Я же старался адаптировать текст под русского читателя, перевести близко к первоисточнику, но чтобы было понятно, сохранить стиль автора, но сделать красиво. А им это не нужно! Им количество давай, а качество, по их словам, понятие в искусстве и творчестве слишком абстрактное, чтобы можно было присвоить ему достойный ценник…

Оскар рассказывал обо всех сложностях, особенностях, тонкостях, радостях и разочарованиях работы переводчика – на целую книгу хватит.

– Потом я написал свой первый роман «По следам Аарона», где рассказывал о выдуманном острове размером с Францию посреди Средиземного моря. Я изложил историю становления этого островного государства, придумал особый язык, описал путешествия по этому миру двух друзей, прибывших из России.

Голова Оскара порой дергалась, как бывает, когда очень хочется спать и мозг на секунду отключается, чтобы хоть немного восстановиться.

– Была еще повесть о парне, который попал в ад и прожил там тринадцать жизней с разными девушками, которых не любил. Я писал ее, вдохновляясь одной из серий «Черного зеркала». Был и любовный роман о молодом психологе и семнадцатилетней девушке, которые не смогли справиться с сексуальным напряжением, со всеми вытекающими последствиями. Но никто их не читал! Я вложил немало сил и денег в эти книги. Я писал, редактировал и вычитывал их на протяжении семи лет, но никакого результата. Всем плевать. Современному читателю подавай плоский сюжет со скудным словарным запасом и убогим посылом. Ни морали, ни метафор, ни диалога с читателем…

Оскар отключился на десять минут. Я воспользовался паузой и перекусил бутербродом из темного хлеба со злаками с листом салата, огурцом, индейкой и сметаной. Запил тем же грейпфрутовым соком.

– Год я почти не притрагивался к книгам: ни сочинять, ни читать, ни редактировать и вычитывать, ни писать отзывы и рецензии, ни переводить я не мог, – продолжил он с того же места, на котором прервался на короткий сон. – Устроился «продажником» в компанию, занимающуюся установкой программного обеспечения, где окончательно возненавидел людей. Пытался вернуться в редактуру, но у начинающих писателей, как правило, нет денег и мотивации, чтобы заказать хотя бы корректуру. А популярные авторы на LitMet либо редактируют свои книги сами (если эту халтуру, конечно, можно назвать редактурой), либо заказывают поверхностную обработку текста у таких же дилетантов, как они, чтобы, опять же, сэкономить…

– И поэтому ты сам взялся за подобную халтуру?

– Все вокруг твердили, что мои книги неформат, – разозлился Оскар и снова попытался встать, но тело уже не слушалось – он просто продолжил тираду, будто и не пытался подняться на ноги. – Говорили, что я слишком много времени трачу на проработку сюжета и обработку текста. Пока я пишу одну книгу со сложным, насыщенным метафорами сюжетом, другие выдают по пять банальных и однообразных романов в год. Они говорили, что жить надо проще. И меньше думать, а больше делать.

Оскар снова поник и какое-то время сидел спокойно, что-то бормоча себе под нос.

– А потом? – протянул я.

– Потом я решил попробовать. Я хотел написать простенький любовный роман, как делают другие. Я просто устал от невостребованности и одиночества. Я хотел, чтобы меня любили, чтобы меня хвалили и покупали мои книги. Но у меня не получилось… Сколько бы я ни пытался написать просто, все равно использовал отсылки к другим книгам и историческим событиям, добавлял метафоры и скрытые смыслы. Усложнял, когда надо было упрощать…

Оскар снова начал кивать, погружаясь в быстрый сон. Я щелкнул два раза пальцами перед его лицом и потряс за плечо:

– Оскар, Оскар! Мы еще не закончили.

– А потом я узнал про Nusex-69, – продолжил он, слегка оживившись, – искусственный интеллект, или нейросеть, как это сейчас называют, который может писать огромные тексты, стоит лишь вбить основные вводные данные: имена, возраст героев, гендерные признаки и предпочтения, времена года, статус и указать жанр. Программа все делает за тебя. Конечно, текст получается довольно корявый – пригодился мой навык редактора. Но и тут я не справился. Я принялся переписывать практически полностью, чтобы получилось красиво, качественно, интеллектуально. Никто не оценил. Тогда я поставил себе условие не редактировать текст совсем, просто слегка поправлять неточности и убирать основные ошибки, выпуская по книге в два-три месяца. И вот тогда-то дело пошло! Не сразу, но каждая книга стала приносить все больше и больше денег. Конечно, мне было стыдно за такое «творчество», поэтому я и придумал этот убогий псевдоним. Меня стали читать, писать отзывы повсюду, советовать друзьям. Тогда ко мне обратились из X-modern.