Томас Уингфолд, священник - Джордж Макдональд

в час грозной кары? С другой стороны, она не могла не видеть, что за по­следние пару дней Леопольд немного успокоился. Даже его взгляд был не таким тревож­ным: может, перед ним открылась надежда на душевный покой, благодаря которому жизнь уже не будет казаться ему такой невыносимой?

От помощи он отказался, и Хелен, принеся ему всё необходимое, вышла из комнаты, решив на всякий случай оставаться поблизости. Одевался Леопольд долго и медленно, но позвал сестру только тогда, когда был готов. В одежде он выглядел куда хуже; было вид­но, как страшно он исхудал и побледнел. От его прежнего солнечного облика осталась лишь печальная тень! Хелен поспешно отвела взгляд, чтобы в её глазах Леопольд не уви­дел, как сильно он изменился, и принялась смотреть на деревья в саду, на луг и рощу, ку­пающуюся в ярких лучах между голубым небом и зелёной землёй. «Какой ужасный мир!» - думала она. Кузен ещё не успел убедить её, что лучшего мира просто не бывает, только и от иных миров ей, увы, не приходилось ждать ничего хорошего.

- Можно мне чего-нибудь съесть, Хелен? - попросил Леопольд. - А то скоро придёт мистер Уингфолд, и я хочу, чтобы у меня были силы с ним поговорить.

Он впервые сам попросил еды, хотя до сих пор почти никогда не отказывался есть то, что она приносила. Хелен уложила его на диван и распорядилась, чтобы мистера Уингфолда сразу же провели наверх, как только он придёт. Леопольд повеселел, и когда принесли суп, с удовольствием принялся за него, а когда служанка объявила, что пришёл мистер Уингфолд, на мгновение он прямо-таки просиял.

Хелен приняла священника почтительно, но не очень сердечно: от её появления Леопольд никогда не светился такой радостью!

- Ваш брат согласен встретиться с мистером Полвартом? - довольно неожиданно и немного резковато сказал Уингфолд.

- Я готов встретиться с любым человеком, кого вы сочтёте нужным сюда привести, мистер Уингфолд, - откликнулся на его слова сам Леопольд, и в его решительном голосе явно прозвучала возвращающаяся сила.

- Но Леопольд, - возразила Хелен, - ты же знаешь: нам совсем не нужно, чтобы ещё кто-то.

- Я вовсе этого не знаю, - перебил её Леопольд со странным выражением лица.

- Пожалуй, вам стоит знать, мисс Лингард, - сказал священник, - что это мистер Полварт нашёл ту вещь, которую я отдал вам. После вашего визита он не мог не догадать­ся, что дело тут нечисто, и даже будь он обычным человеком, ради сохранения тайны я счёл бы разумным рассказать ему то, что сейчас рассказал ему, надеясь получить мудрый совет. При вашем брате я повторю, что уже говорил вам: я не знаю человека мудрее и лучше него. Я оставил его на лугу, возле ограды сада. Ему сегодня нездоровится, и поэто­му мы пришли коротким путём. Если вы не против, я позову его.

- Да, пожалуйста, - ответил Леопольд. - Ты только подумай, Хелен: мистер Уинг­фолд не знает никого лучше и мудрее! Скажи ему, где лежит ключ.

- Я сама, - отозвалась она, покоряясь неизбежному. Открыв дверь, она увидела, что карлик сидит на траве неподалёку от дома. Он сорвал цветок медуницы и теперь так при­стально разглядывал его, что не увидел и не услышал её появления.

- Мистер Полварт! - окликнула его Хелен.

Он поднял глаза, встал и, сняв шляпу, с улыбкой произнёс:

- Я как раз искал в медунице те самые пятнышки, которые Фея из «Сна в летнюю ночь» называет рубинами. Как себя чувствует ваш брат, мисс Лингард?

Хелен ответила с холодной учтивостью, и когда она пошла впереди него, указывая дорогу, в её походке было куда больше горделивого достоинства, чем это было необходи­мо.

- Вот, Леопольд, это мистер Полварт, - сказал священник, почтительно привстав, когда они вошли в комнату. - С ним можно говорить так же открыто, как и со мной, и он сможет дать вам куда более мудрый совет, чем я.

- Вы не откажетесь пожать мне руку, мистер Полварт? - спросил Леопольд, протя­гивая ему полупрозрачную ладонь. С самой сердечной улыбкой Полварт взял её в свою руку и немного подержал.

- Должно быть, на вид я кажусь вам довольно странным, да? - спросил он. - Но бла­годаря тому, что Бог сделал меня таким, я был вынужден думать о таких вещах, о которых иначе наверняка позабыл бы. Именно поэтому мистер Уингфолд и попросил меня прийти к вам.

Священник пододвинул ему стул, и маленький привратник уселся. Хелен села непо­далёку, на узкий подоконник, делая вид, что подшивает носовой платок. «Какой ужасный мир!» - словно злое насекомое, неотступно кружилось у ней в голове. Леопольд же ра­достно переводил свои большие глаза с одного гостя на другого

- Мне жаль видеть, что вам так нездоровится, - участливо произнёс он, услышав хриплое затруднённое дыхание карлика и увидев, как судорожно вздымается его грудь.

- Ничего, болезнь не слишком меня беспокоит, - откликнулся Полварт. - Ведь это не моя вина, - добавил он с улыбкой. - По крайней мере, я думаю, что не моя.

- Как вам хорошо: вы страдаете не по своей вине, - вздохнул Леопольд. - А моё наказание кажется мне невыносимым именно потому, что оно справедливо.

- Вашей душе необходимо Божье прощение.

- Не думаю, чтобы от этого мне стало легче.

- Я вовсе не имею в виду, что ваши страдания сразу прекратятся. Но у вас появится сила их перенести. Это будет для вас началом новой жизни.

- Но я правда не понимаю, что мне это даст. Я вовсе не чувствую, что чем-то оскор­бил Бога. После нашего разговора, мистер Уингфолд, я всё время стараюсь это почувство­вать. Только я ведь не знаю Бога и чувствую лишь свою вину против Эммелины. Допу­стим, я скажу Богу: «Прости меня», и Он ответит: «Прощаю». Но ведь мои чувства от это­го вовсе не станут иными! Разве эти слова изменят и исправят то, что я натворил? Я такой как есть, и этого уже не изменить, и моё преступление навсегда останется с нею и навсе­гда останется моим, где бы она ни была.

Он спрятал лицо в ладонях.

«Ну зачем, зачем они так мучают его!» - в сердцах подумала Хелен.

Какое-то время гости сидели молча. Затем Полварт сказал.

- Я думаю, что бесполезно пытаться вызвать в себе то или иное чувство. И никакие старания не помогут вам представить, что даёт