Псих. Ты мой диагноз - Лисавета Челищева

Мама отстранилась, заглянула мне в лицо.

— Может, мне почаще уезжать? Чтобы ты так бурно реагировала?

Я истерически рассмеялась, смахивая непрошенные слезы.

— Только если ты меня с собой брать будешь.

— Ой, Лан, — мама вздохнула. — Ты уже взрослая девочка. Сама скоро детей воспитывать будешь. Нельзя все время за мамину юбку держаться.

— Поэтому ты мне этого Тимура так активно продвигаешь? Чтобы я побыстрее отпустила твою юбку?

— А что? — мама прищурилась. — Парень очень видный, воспитанный, с руками, с головой. И смотрит на тебя по-особенному. Заметила?

— Ой, мам, прекрати, — я закатила глаза. — Он мой тренер, и все. Мы познакомились в зале, а не на сайте знакомств.

— Ну-ну, — хмыкнула она и вернулась к посуде. — Иди уже собирайся. На работу свою опоздаешь.

— …Мам, я возьму твою машину?

— А что с твоей не так?

— Там просто что-то трещало в капоте, я отвезла её в ремонт.

— А, конечно бери.

* * *

В фитнес-клубе меня встретила Ксюша. Вид у нее был загадочный и слегка испуганный.

— Лан, там Алексей Львович тебя ждет. В кабинете. Сказал, как появишься — сразу к нему.

— Что-то случилось?

— Не знаю, — она пожала плечами. — Но вид у него был… сама знаешь какой. Недовольный.

Я вздохнула и пошла к начальнику.

Алексей Львович сидел в своем кресле, поигрывая ручкой. При моем появлении он плотоядно улыбнулся.

— Ланочка, проходи, присаживайся.

Я осталась стоять.

— Я постою. Что-то случилось?

— Случилось то, — он откинулся на спинку кресла, — что я вынужден поставить вопрос о твоем увольнении.

У меня внутри все оборвалось.

— …Что? За что?

— За что? — он усмехнулся. — Ты в последнее время работаешь из рук вон плохо. Клиенты уходят, жалуются на твою рассеянность. Ты опаздываешь, выглядишь замученной. Мне такой тренер не нужен.

— Я исправлюсь, — пообещала я, чувствуя, как холодеют руки. Эта работа была всем, что у меня оставалось. — Дайте мне шанс.

— Шанс? — он встал, обошел стол и приблизился ко мне. — Шанс, Ланочка, надо заслужить.

Он положил руку мне на талию. Я дернулась, но он сжал сильнее.

— Ты же умная девочка. Должна понимать, что я могу решить этот вопрос. Если мы договоримся.

— Уберите руку, — процедила я сквозь зубы.

— Не хочешь по-хорошему? — он приблизил свое лицо к моему, дыша перегаром и дешевым одеколоном. — Подумай. Таких мест, как наше, в Москве много. Но после одного моего звонка тебя ни в один приличный клуб больше не возьмут. Никто не захочет связываться с проблемным тренером.

Он сжал мою руку, пытаясь усадить на стул.

— Сядь, поговорим спокойно.

Я вырвала свою руку и отошла на шаг.

— Пошел ты, — сказала я громко и четко. — Я найду другой клуб. И другое, адекватное начальство.

— Дура! — рявкнул он, багровея. — Да кто тебя возьмет?! Ни один клуб Москвы!

Я вылетела из кабинета, хлопнув дверью так, что стекла задрожали. Пронеслась мимо изумленной Ксюши у стойки, выбежала на улицу.

В машине меня накрыло. Я ударила ладонями по рулю и зарыдала в голос, уткнувшись лбом в скрещенные руки.

Все. Любимой работы больше нет. И все из-за Него. Из-за этого урода в маске. Он разрушил мою жизнь по кусочку: сначала покой, потом сон, потом друзей, теперь и работу.

Я подняла голову, вытерла слезы. Еле заставила себя обернуться назад, чтобы убедиться, что здесь я одна.

Одна, слава Богу.

Посмотрела на свое отражение в зеркале. Красные глаза, размазанная тушь, дрожащие губы.

— Ну уж нет, — прошептала я своему отражению. — Хватит с меня. Я не боюсь. Я справлюсь.

Я завела машину и поехала домой. Мне нужно было привести себя в порядок перед поездкой в бар.

Глава 34

ЛАНА

* * *

Я подъезжала к дому на маминой машине, всё ещё находясь в каком-то оцепенении после увольнения. День уже клонился к вечеру, небо налилось густой синевой, и фонари во дворе начали загораться оранжевым, неровным светом.

И тут я увидела её.

Мою машину.

Мою Киа. Она стояла на моём обычном месте, там, где я всегда паркуюсь, — под старым тополем у третьего подъезда.

Сердце пропустило удар. Я затормозила прямо посреди проезда, забыв обо всём. Сзади кто-то раздраженно посигналил, объезжая меня, матерясь сквозь стекло. Я не обратила внимания.

Я смотрела на свою машину и не верила глазам.

Царапина на задней двери, та самая, длинная, которую я посадила, когда парковалась в торговом центре месяц назад, — исчезла. Краска блестела ровно, как новенькая. Я перевела взгляд на лобовое стекло. Трещина, которая шла от пассажирского края, тонкая, как паутинка, но бесячая, — её тоже не было. Стекло стояло новое, чистое, прозрачное, отражающее закатное небо.

Меня стало плохо. Что за чертовщина??

Я припарковала мамину машину на соседнем свободном пятачке, выключила двигатель и несколько минут просто сидела, пытаясь подавить мандраж перед выходом. Он вернул мне машину. Но не просто вернул — он улучшил её. Залез, сдал куда-то в сервис, оплатил, забрал, пригнал обратно.

Он хозяйничал в моей жизни, как у себя дома.

Телефон жалобно пискнул в руке, заставив меня подпрыгнуть.

Я перевела взгляд на экран.

ОН: «Ключи в коробке под машиной. Не замёрзни»

Я огляделась. Двор как двор: старые девятиэтажки, чахлые кусты, лавочка с бабками, которые уже расходились по домам, детская площадка, пустая в этот час. Никого. Только ветер гоняет опавшие листья по асфальту.

Где он?.. Откуда следит за мной?

Я резко обернулась. Посмотрела на окна своего дома, на соседние корпуса, на тёмные арки. В каком из этих сотен окон он стоит сейчас с биноклем? На какой скамейке сидит, притворившись бездомным? В какой машине прячется?

Телефон снова пискнул.

ОН: «Не ищи. Всё равно не найдёшь. Просто загляни под машину»

Я выдохнула, заставляя себя успокоиться. Ноги будто налились свинцом. Подошла к своей Киа, присела на корточки прямо на холодный асфальт, не чувствуя, как гравий впивается в колени через джинсы.

Под машиной, на пластиковой защите картера, стояла небольшая картонная коробочка. Я осторожно достала её.

Внутри лежали ключи от зажигания. И маленький бархатный мешочек.

Я развязала тесемки. На ладонь выскользнул серебряный браслет. Тонкий, изящный.

Телефон тут же пиликнул.

ОН: «Надеюсь, понравится. Он тебе идёт больше, чем тот, старый»

Я сжала браслет в кулаке. Металл приятно холодил кожу. В груди всё перепуталось — страх, злость и какое-то совершенно неуместное, больное тепло.

Я вскочила, сунула ключи и мешочек в карман и, не оглядываясь, побежала в подъезд.

Глава 35

Дома я влетела в свою квартиру, захлопнула дверь, заперлась