Проклятие куклы в пионерском галстуке - Елена Булганова

Осознавая важность своей миссии, Кирилл даже двигался иначе, без суеты и спешки. Он бесшумно оделся и покинул спальню, не забыв плотно прикрыть за собой дверь. Прошел по узкому коридору, на всякий случай проверил пионерскую комнату, потом начал на ощупь спускаться по лестнице. Удивился: вчера и в предыдущие ночи холл был освещен, кому пришло в голову погасить свет сегодня? Преступный замысел? На миг он возликовал, но в следующий момент сник, поняв, что едва ли, это просто чья-то оплошность. Попытался сам найти выключатель, изъелозил руками всю стену вокруг входных дверей, плюнул и вышел в августовскую ночь.

В голове он уже выстроил план действий. Сперва, конечно, надо к ограде, туда, где ждет его верный Огонек. В том, что ждет, Кирилл не сомневался – за день он трижды ходил туда, и ему казалось, что пес даже не меняет позу, так и стоит час за часом, широко расставив лапы, вытянув шею и вставив морду между прутьев. Он благодарно принимал все, что притаскивал ему Кирилл, деликатно заглатывал подношения прямо с его ладони, но весь вид пса говорил о том, что не ради еды он тут задержался. Теперь, когда у него появился друг, родная душа, он готов был стоять так днями и неделями, потому что в такой позе он быстрее всего увидит мальчика, как только тот свернет с дорожки к ограде. А еда… Что еда? Он будет есть, чтобы не обессилеть, не умереть и не огорчить этим своего человека.

А Кир за день в полной мере прочувствовал свою ответственность за Огонька и теперь продумывал, как бы прогуляться с ним с учетом того обстоятельства, что их разделяет ограда. Пролезть сквозь прутья худощавому мальчишке не проблема, но лес за ней такой густой, что и шагу не сделать, чтобы не споткнуться о ветку или корень. Вот бы удалось провести Огонька на территорию лагеря! Пес помог бы ему нести дозор, ведь, даже если он не обученный, он все равно умный и уж зло в любом обличье распознает на раз, будьте спокойны! Мальцев был уверен, что сегодня же ночью отыщет такое местечко в заборе, где сумеет протиснуться крупный даже в своей истощенности Огонек.

Размышляя об этом, Кир крался вдоль корпуса мимо распахнутых окон к комнате вожатых. И вдруг ему показалось, что на террасе кто-то есть, сидит на скамеечке. Непорядок! В один прыжок он подлетел вверх, ухватился за перила и тут же перемахнул через них. Сидящий в густой тени тоненько вскрикнул, и он узнал Терезию. Кир тут же взволнованно воскликнул:

– Это я, я, не бойся!

– Ой, мамочки, как же я испугалась!

Вскочившая Терезия упала обратно на узкое сиденье скамейки, прижала ладони к лицу, словно собираясь заплакать, но вместо этого негромко рассмеялась.

– Какая же я все-таки трусиха!

– Если трусиха, то зачем разгуливаешь по ночам? – задал резонный вопрос Кир.

Впервые он позволил себе говорить с Руденко ворчливо, потому что разволновался за нее. Днем он слышал, как девчонки из их отряда сбились в кучку и заверяли друг дружку, что после истории с повешенной куклой ни за что не высунутся ночью из корпуса. А Терезия вышла, и это неспроста.

– Да я просто уснуть не могла, – с тяжким вздохом ответила девочка. – Лежу-лежу, и все без толку. Да еще у нас одна девочка в палате ужасно храпит, прямо как взрослый мужик. Дома, когда мне не спится, я иду на кухню, пью чай и сижу, пока не начнет клонить в сон. А тут куда деваться? Только сюда.

– Шла через темный холл? – нахмурился Мальцев.

Нет, нужно все же вернуться и найти проклятый выключатель, пока кто-нибудь не поскользнулся в потемках и не сломал себе шею!

Терезия наморщила лоб, удивленно глянула.

– Почему темный? Там свет горел.

– А сейчас не горит… В общем, ты сиди сколько тебе нужно, на меня не обращай внимания. А потом я провожу тебя до комнаты, – сказал он и устроился на скамье рядом с девочкой.

Она не отодвинулась. Он плечом ощущал ее тепло и чувствовал себя так, словно парил над землей.

– Кирилл, я очень волнуюсь, – спустя минуту тишины произнесла Терезия и сразу как-то сжалась, стиснула кисти рук между коленками.

– Из-за проклятия куклы? Ерунда, даже не думай об этом. Я уже принял меры, чтобы разоблачить того, кто за этим стоит.

– Я за тебя и волнуюсь, – тихо произнесла девочка такие невероятные слова, что сердце Кирилла едва не вырвалось из груди.

Он даже не сразу смог ответить, пару раз втянул ртом воздух и потрясенно выдохнул:

– Да ты чего? Вообще не надо! Забудь! Я-то сумею позаботиться о себе. Подумаешь, какой-то псих до сих пор в куколки играет! И у меня теперь есть друг и помощник, с которым вообще никто не страшен!

– Кто это? – широко распахнула глаза Терезия.

– Мой пес, Огонек!

– А, тот самый, ради которого ты ограбил прошлой ночью столовку?

Кир несколько приуныл. Он-то думал, что умело подчистил все концы и о его «подвиге» никто из ребят не узнает. Но пришлось кивнуть.

– А где он сейчас, твой пес? – уважительным тоном спросила девочка – похоже, приключение со столовой вовсе не уронило его авторитет в ее глазах.

– В лесу, ждет меня у лагерной ограды. Я ношу ему туда еду, а когда закончится смена, увезу домой. Хочешь посмотреть на него?

– Хочу! – быстро-быстро закивала Терезия. – Я очень люблю собак.

– Ну так пошли!

Он первый вскочил на ноги и в приступе отчаянной лихости протянул ей руку. И Руденко, вставая, оперлась на нее, словно это обычное дело, а потом вложила свои прохладные пальцы в его ладонь.

Медленно, словно исполняя какой-то торжественный обряд, они прошли по скрипучим деревяшкам к лестнице, начали спускаться. Но в этот миг произошло то, что разбило их планы на приятную ночную прогулку.

Сначала Кир услышал громкие крики и сразу узнал голос вожатой Риты. Но слов не разобрал, потому что кричали в комнате вожатых, звук шел из распахнутого окна, до которого от ступенек террасы было достаточно далеко. Мальцев глянул туда и увидел, как темная фигура, пригибаясь, выныривает из-за кустов и несется прямо в их сторону. Кир тут же заслонил собой Терезию, но бегущий шагах в десяти от лестницы заметил их и сменил направление, свернул к соседнему корпусу. Кто-то высунулся из вожатского окна, взревел мужским голосом:

– А ну, стоять!

Бегущий только ускорился в ответ, но для Кира этот крик стал сигналом к действию. Он выпустил руку Терезии и рванул за петляющим силуэтом. Тот уже пересек площадку с аттракционами и приближался к зданию, а оттуда недалеко до сосновой рощи, где легко затеряться, слиться со стволами. Расстояние между ними сокращалось, понятное