Энигма - РуНикс

В «Мортемии» не было никаких постов, кроме тех, что публиковали администраторы.

В глубине души Салем страшилась, что они отметят ее и дадут какое-нибудь задание.

Телефон запищал, когда она прогуливалась снаружи во время ужина. Пятничным вечером кто-то в их районе отмечал юбилей или что-то в этом роде, и Салем сбежала из дома в сад, ненавидя пышное платье, которое выбрала для нее мать. Салем быстро одели к вечеру, затянули волосы в тугой хвост, от которого болела голова, и потащили на ужин, несмотря на ее сопротивление. Временами ей казалось, что она жила за стеклянной стеной, и, когда говорила матери, что чего-то не хочет, та ее даже не слышала. Отец же просто снисходительно улыбался дочери, словно она упрямый ребенок, и не вникал в ситуацию.

Салем не могла удержаться от сравнений с сестрой. Если Оливия чего-то хотела, ее желания исполняли. Если она чего-то не хотела, никто не заставлял ее это делать.

Не обращая внимания на горький привкус во рту, Салем разблокировала телефон и посмотрела на текстовое уведомление. Только morningmansion1515 ее и понимал. Она не знала ни его настоящего имени, ни лица, как и он ее, поскольку друг сказал, что в группе запрещено обмениваться именами и фотографиями из соображений безопасности, но Салем знала, что у него красивый торс, потому что парень прислал ей один снимок.

Салем открыла последнее отправленное ему сообщение.

Goldengirl01: Я даже не знаю, зачем вступила в эту группу. Может, я могу уйти и мы будем общаться в другом месте?

Он только что ответил на сообщение.

Morningmansion1515: Нет! Я уже говорил тебе. Если хочу, чтобы меня приняли, мне нельзя общаться с тобой за пределами группы. Существуют правила.

Morningmansion1515: После всего, чем мы поделились, я думал, ты мне доверяешь.

Goldengirl01: Мне здесь просто не по себе.

Morningmansion1515: Прости, но если хочешь дружить со мной, тебе придется остаться в группе. Тебе станет лучше, не волнуйся. У тебя есть я:)

У нее свело живот.

Салем не понравился тон его сообщения. Но, может, так и принято среди друзей? Она не знала. Некоторые моменты их разговоров вызывали у нее недоумение. Салем неопытна в вопросах дружбы. Должна ли она признаться в этом?

Она уже занесла пальцы над клавиатурой, но замешкалась, и тут что-то врезалось ей в спину, заставив отлететь и выронить телефон.

– Черт!

Салем подняла голову, ошеломленная и слегка шокированная неожиданным падением на живот в траву. Спустя несколько мгновений она ощутила пульсирующую боль в бедре и увидела разбитый телефон в нескольких футах от себя.

– Какого хрена ты стоишь здесь в темноте?

Салем обернулась на резкие слова, забыв о мобильнике, поскольку ее обуял гнев. Идиот, который налетел на нее, повалил на землю, разбил телефон и причинил боль, имел наглость еще и ругаться!

Она села и взглянула на парня, с удивлением отметив, что он ненамного старше ее. И внешне он не вписывался в вечеринку. Во-первых, слишком просто одет, а во-вторых, одежда чересчур велика для него. Рубашка свободно болталась на худой фигуре, словно принадлежала кому-то другому, а джинсы были выцветшими, далеко не новыми. Он не старше ее сестры.

– Ты пришел испортить праздник? – спросила Салем, забыв о гневе перед лицом любопытства.

– Не лезь не в свое дело, – огрызнулся парень.

– А ты лучше подбирай выражения, – парировала она, схватила телефон и встала.

Он скривил губы и сжал руки в кулаки.

– Я буду говорить, что захочу, и ты ни хрена не сможешь с этим поделать. А теперь двигайся.

Салем уже собиралась встать на ноги, как вдруг увидела нечто, что еще больше разожгло ее любопытство.

Кровь.

На костяшках пальцев, будто там повредили кожу.

Ей еще никогда не доводилось видеть такие руки. Никто из ее окружения не дрался до крови.

Парень заметил ее взгляд и засунул руки в карманы джинсов, спрятав от посторонних глаз, затем двинулся прочь, собираясь покинуть территорию дома. Салем не знала, что на нее нашло, но она побежала за парнем, стараясь подстроиться под размашистые шаги. Он был высоким. Вероятно, подобно остальным мальчишкам, вырос буквально за ночь. Она видела, как подобное происходило с одноклассниками.

– Ты кого-то ударил?

Парень искоса взглянул на Салем.

– Как я уже сказал, не твое дело. А теперь проваливай.

– Ты их убил?

Он внезапно остановился, огляделся по сторонам, дабы убедиться, что никто ее не услышал, а затем зашипел:

– Ты вообще в своем уме? Я же сказал тебе оставить меня в покое.

Она скрестила руки на груди.

– Не оставлю, пока не починишь мой телефон.

Выражение его лица было бесценным.

– Прости…

Салем наставила на парня палец.

– Из-за тебя я уронила телефон, он разбился. Так что почини его. Или я расскажу о тебе всем. – Очевидно, незнакомец скрывался и не желал, чтобы его обнаружили.

Парень фыркнул.

– Сама почини чертов телефон. На твоей шее больше денег, чем большинство людей видят за всю жизнь, – заявил он, имея в виду изумрудное украшение ее матери. Оно называлось чокер, и надевая его, Салем подумала, не задушили ли им кого-нибудь, отчего и появилось название[3]?

Салем покачала головой.

– Я не могу обратиться к родителям. В нем есть сообщения… – Она оборвала себя на полуслове. Салем не знала, как объяснить родителям или кому-либо еще наличие той переписки. А вот о мнении незнакомца она не переживала.

– Тогда попроси своего парня починить телефон, – прямо сказал он, полагая, что сообщения от ее возлюбленного.

Из сада доносились голоса, и Салем потащила парня глубже в тень деревьев, не желая, чтобы их заметили. Она испытывала волнение, общаясь с тем, кто явно тайком пробрался сюда и участвовал в драке, с кем-то грубым, кого точно не одобрили бы родители.

– Не могу, – тихо призналась Салем. – Он мне не парень, и мне никак не связаться с ним без телефона. – Незнакомец наверняка решит, что она глупая.

Парень долго смотрел на нее в темноте. Салем не могла разглядеть цвет его глаз в тени, только отметила, что они казались светлыми.

– Хочешь сказать, что у тебя нет возлюбленного, но в телефоне хранятся сообщения от парня, которые нельзя видеть твоим родителям? Я правильно понял?

Салем вздернула подбородок, уловив его тон – тот снисходительный тон, который она слышала от отца, когда он считал ее слишком глупой, чтобы что-то понять.

Парень достал из кармана руку и протянул ее ладонью вверх, на коже виднелись небольшие царапины.

– Ладно, это меньшее, что я могу сделать.

На мгновение Салем замешкалась, размышляя,