Проклятие куклы в пионерском галстуке - Елена Булганова

нас же напротив окна фонарь всю ночь горит, бьет по глазам, зараза, – с придыханием вещала Рейновна. – Поэтому я как спать укладывалась, так занавески и задернула. А когда проснулась, они были раздвинуты на полную и в оконной раме словно кто-то стоял.

– Стоял? – уточнил Боря, склонив голову набок.

– Ну, не ногами стоял. Я видела чью-то фигуру примерно по пояс, но на руки она не опиралась. Меня так и шибанула мысль: «Кукла лезет в окно!» Хотя фигура была человеческого размера, совсем черная против света. Лично мне показалось, что у нее были косы, торчали в разные стороны. И она поводила головой, жутко так, туда-сюда, туда-сюда, будто оглядывала комнату, искала кого-то. А я и встать не могла, ноги ослабли в хлам. Эта жуть в окне повернула ко мне голову, а потом раздался голос – такой странный, люди так не говорят, словно механический, что ли: «Отдай мне мой красный галстук! Отдай мне мой красный галстук!» Ну твердит и твердит! Чувствую – умираю, сердце схлопнулось, дышать не могу! Вдруг шаги за дверью, фигура тут же исчезла. Не спрыгнула, а просто ушла вниз, как ныряльщик в воду. Пришли Марго и Иван. Они тоже услышали фразу про галстук, а то бы я решила, что глюки у меня. Иван выскочил в окно, но не увидел там никого. Зато пацан один из нашего отряда, Кирилл Мальцев, тот еще проныра, вроде погнался за ним…

– Не «вроде», а погнался! Лучше я сам расскажу! – донесся возмущенный голос из кустов, и к костру выскочил «проныра» Кирилл Мальцев собственной персоной, а верный Огонек следовал за ним как пришитый.

Рита лишь всплеснула руками.

– Эт-то что еще за выход с прихлопом?! – заорала, вскочив на ноги, Рейновна. – Ты где сейчас должен находиться, недоделок?!

– Попрошу не оскорблять! – строго попенял ей Кирилл на ходу, но на всякий случай обошел костер с дальней от вожатой стороны. – Я тоже свидетель. Это я гнался за тем, кто лез в окно вожатской. И догнал бы, если бы он не приложил меня по голове.

– Присаживайся к костру, – сказал ему Борис, – и подробно расскажи, что видел и слышал. Начни с предыстории, это тоже важно. Как я понимаю, была ночь, время после отбоя, но ты…

– Но я не был в спальне, – охотно подтвердил Мальцев. – Не спалось. Я был на террасе корпуса и беседовал с девочкой из нашего отряда.

– С Терезкой, знаем! – хлопнула себя по бедру Рейновна.

Кирилл бросил на нее короткий взгляд, но Рита поняла, что противостояние между вожатой и пионером достигло крайней точки.

– Ее зовут не Терезка, а Терезия. Она тоже не могла уснуть и вышла подышать воздухом, это не запрещено. Мы говорили, когда я услышал шум, а потом Иван Анатольевич закричал и выпрыгнул в окно. А тот, кто пугал наших вожатых, сперва хотел пробежать мимо террасы, но заметил нас и помчался в сторону другого корпуса. Я – за ним, но он влетел за угол, затаился там и саданул меня по голове.

– Сильно тебе досталось? – нахмурился Шварц.

– Да не, даже не до крови. По касательной вышло. Но я все равно отключился, а он убежал. Там сосновая роща начинается, легко затеряться.

Последнюю фразу Мальцев произнес виноватым тоном, опустил голову, переживая свое поражение. Огонек тут же дружески боднул его в плечо, а Борис сказал:

– Ты сделал даже больше того, что мог в опасной и непростой обстановке. И хорошо, что не продолжил преследование, – загнанный человек способен пойти на крайности, а твоя жизнь гораздо важнее его поимки, потому что мы его все равно вычислим и поймаем. Скажи, Кирилл, ты успел заметить что-нибудь необычное, пока бежал за ним?

– Заметил, ага, – с готовностью покивал Мальцев. – У него была странная прическа, такая… густая очень. Волосы торчали в разные стороны, в лагере ни у кого таких нет. Я потом весь день смотрел, смотрел, прикидывал…

– А можно ли предположить, что до этого он был в парике? Ведь твоя вожатая вроде как видела косы, – тут же спросил Боря.

Кирилл задумался, медленно взъерошил собственные волосы, покачал головой.

– Я про парик пока не думал. Откуда в лагере взяться парику?

– То есть я вру, получается? – сердито вскинулась Анна.

– Нет, но вы могли ошибиться, – с предельной вежливостью объяснил ей Кирилл. – Вам, наверное, привиделось со страху. И вот еще: бежал он тоже странно, припадал на правую ногу, словно травма у него. По походке я тоже искал. Прятался около столовой и видел всех. Никто не хромал. Хотя если травма уже залеченная, то при ходьбе может не проявляться, я знаю. Я подумал: вот бы марафон организовать, чтобы все поучаствовали! А, Борис Михайлович?

Рита даже не сразу поняла, что он обращается к Боре, – так странно это прозвучало. Ее тоже теперь зовут по отчеству, но к этому она привыкла, а с Борей – нет. Вот и Шварц кашлянул смущенно, сказал:

– Можно просто по имени.

– Ладно, – кивнул Мальцев.

– Идея с марафоном неплохая, но мы ее прибережем на крайний случай. Ведь злоумышленник тоже помнит про свою ногу и понимает, что ты мог заметить эту его особенность. Значит, он внутренне готов к возможной проверке, начеку. И неизвестно, на что пойдет, когда поймет, что тучи сгущаются над его головой.

Кирилл снова активно покивал, соглашаясь.

– Да, понимаю. И потом, он же мог ушибить ногу, когда лазил в окно вожатской, тогда это вообще не улика.

– Вот именно.

– Так, Мальцев, если ты закончил, то немедленно отправляйся с глаз моих в комнату! – рявкнула снова усевшаяся у костра Анна Рейновна. – Только пса своего шелудивого сперва уведи за территорию лагеря, чтоб я его не видела, иначе будешь иметь серьезные неприятности!

Рита заволновалась, заерзала на месте. Да, еще существует проблема Огонька и бешеной собаки в лесу. Если Анна собирается ночевать сегодня в их комнате, а Кирилл не оставит своего пса без защиты…

– А я не закончил еще, – заявил Мальцев.

В сторону вожатой он даже не глянул, поудобнее устроился на траве. Огонек лег рядом с ним, устроил голову на мощных лапах и не мигая смотрел на огонь.

– Сейчас я расскажу то, что вообще никто в лагере не знает, кроме меня и Терезии.

Иван, уже потянувшийся за кастрюлей с сосисками для жарки, так и превратился в изваяние. Теперь точно все взгляды были прикованы к мальчику, и он, явно наслаждаясь вниманием старших, неторопливо начал:

– Дело в том, что в прошлом году кукла тоже появлялась в одном из лагерей, и во время прощального костра исчез мальчик. Правда, неизвестно, нашелся он или нет.

Кирилл подробно изложил историю, которую услышал от Терезии, а закончив, протянул Борису сложенный вчетверо тетрадный листок.

– Вот, я заранее все подготовил. Спросил у Терезии имя и