Заставь меня Не любить. Исповедь - Маргарита Аркадьевна Климова

хорошей женой. Готовила обеды и ужины, встречала Ника с работы причёсанной, накрашенной и с улыбкой, советовалась с ним относительно улучшения и расширения кафе, приложила все усилия для сближения с родителями. Более того, перетянула на свою сторону его отца, нередко вмешивающегося в наши отношения.

Я снова ломала себя, чтобы из дружбы вырастить что-то большее, позволяющее совместно делить супружеское ложе. Секс? Наверное, те дежурные, отработанные фрикции раз в месяц в день овуляции, сложно назвать полноценным сексом, доставляющим удовлетворение.

Все наши отношения скатились к бесполезным попыткам родить ребёнка. Столько было пролито слёз поздней ночью, сидя на полу в ванной и распечатывая очередную пачку прокладок. Столько сдано анализов и покорено гинекологических кресел. Столько выпито таблеток и витаминов, укрепляющих иммунитет.

Странно, но ни у меня, ни у Никоса не нашли никаких нарушений. Работа яичников в норме, трубы чистые, сперматозоиды подвижные. Ник злился. Не знаю, на меня или себя, но после очередного обследования он стал пропадать на несколько дней.

— Наверное, вы плохо хотите и мало стараетесь, — развела руками в последний приём Софья Леонидовна.

— Стараемся, — покраснела от лжи, стесняясь признаться, что муж не хочет меня и не испытывает потребности в регулярном сексе. Хотя, как сказать. Регулярность в нашей постели присутствовала. Холод, непонимание, раздражение. — Отслеживаем овуляцию и стараемся вдвойне.

— Так перестаньте отслеживать и пустите всё на самотёк, — покачала головой женщина, вбивая результат осмотра в базу. — И не нервничай, Ира. Съезди отдохнуть, оторвись от быта, начни выходить в люди.

«И перестань мучать себя и Никоса. Не получается у нас» — произнесла уже про себя.

Самым сложным было оправдываться перед старшими Цости, мечтающими о внуках. Хочу отдать им должное, Лёшу они приняли как родного, с удовольствием балуя сорванца и уделяя ему много времени, но Пелания каждый наш приезд молчаливо, глазами спрашивала: «ну что», а Арнеон расстроенно хлопал меня по плечу.

Приходилось тяжело вздыхать, натянуто улыбаться и искать поддержки Ника, которой с каждым днём становилось всё меньше. Если с родителями я сближалась и много общалась, то муж прямо пропорционально отдалялся. Пропасть достигла такого размера, что больше не было смысла вытягивать из себя чувства.

Я сдалась, перестала бороться, перестала ждать, перестала говорить. Всё равно не слышал. Более того, последние три месяца стал избегать, придумывая завалы на работе, подозрительные командировки, открытие обучающего центра на другом конце острова, куда приходится постоянно ездить.

— Ир, ты рано расслабилась, — высказывала Наташа, зорко следя за гуляющими в саду детьми. Их Рози была ещё та маленькая террористка, умудряющаяся найти приключение на пухлую точку на ровном месте. — Уведут у тебя мужика.

— Да услышь ты, Наташ. Ник не хочет меня. Никогда не хотел, — психанула, вскочив с качелей и ободрав ветку ближайшего дерева. — Красивое бельё, ароматизированные свечи, массаж, соблазнительные улыбки — ничего не действует. Он устал, у него много работы, ему надо на ночь глядя ехать на какую-то встречу. Не понимаю, зачем Ник так настойчиво звал меня замуж, если не собирался строить отношения.

У них, в отличии от меня, была именно такая семья, о которой мечтают все. Стас фактически преклонялся перед женой, угадывая и исполняя пожелания. Никогда не думала, что из сурового, грубого, молчаливого мужчины выйдет такой нежный и заботливый муж.

Для него существовало всего две девочки, которые стали центром его вселенной. С рождением Рози Стас отказался от сигарет, порвал все отношения с коллегами из прошлого и самозабвенно бросился в отцовство. Памперсы, кормление, купание стали прямой обязанностью Ростовского, которые он исполнял с удовольствием.

Первое время, пока Лёша с Рози были совсем маленькими, именно Стас взял всю нагрузку в кафе на себя, и при этом забирал ночами дочку, настаивая на отдыхе Наташи. Уже позже в кабинете был организован детский уголок, позволивший нам помогать мужчине без отрыва от малышей. Для меня работа стала отдушиной, не давшей свихнуться в неудачном браке.

— Давай попросим Стаса проследить за твоим муженьком и выяснить, чем тот занимается вне дома? — поднялась следом Наташка, отнимая у меня несчастную ветку и бережно отпихивая от дерева.

— Нет, Нат, — сжала кулаки, глубоко вдохнув и досчитав до десяти. — Я обдумываю поговорить с ним о разводе. Надоело всё.

— С ума сошла? Лёшка сильно привязался к отцу, да и Ник души в нём не чает, как и старики, — возмутилась Натка, толкая меня на плетёный диван и усаживаясь рядом. — Обсудите проблемы, найдите выход из сложившейся ситуации, попробуйте больше проводить время вместе, как раньше.

— Хорошо, Наташ, — стиснула её руку, лениво растягивая губы в улыбке. — Попробую ещё раз.

Вечером, уложив Алёшу, позвонила мужу, но он не ответил. Подождала два часа, надеясь, что перезвонит, но, повторно набрав номер, услышала голос автомата, вещающего о выключенном телефоне. Почему-то не сомневалась, что Ник завёл себе любовницу. Больно? Скорее да, чем нет. За годы я привыкла, что он мой муж, научилась ему доверять, и всё происходящее сейчас больше тянуло на предательство.

Жутко защипало глаза от подступивших слёз, а в груди образовалась чёрная пустота, болезненно растущая с каждым вдохом. Невыносимое одиночество накрыло меня, выжимая последние силы. Не хочу. Устала. Не могу этого выносить.

Со злостью стёрла влажные дорожки, по пути в ванну содрала сарафан, влезла под душ, пытаясь отогреть внутренний холод горячими потоками воды. Не помогло. Лишь зуд распаренной кожи немного отвлёк от губительных и пожирающих мыслей. Завернулась в махровый халат, и так и залезла в кровать, кутаясь в одеяло.

Как провалилась в сон не помню. Обдумывала свою речь, и вдруг наступила темнота. А вырвало из царства Морфея пришедшее сообщение, громко звякнувшее глубокой ночью. Нащупала телефон, поморщилась от полоснувшего по глазам света, разблокировала экран.

«Улетел в срочную командировку. Буду через неделю или полторы».

Глава 45

— Ник точно завёл женщину на стороне. Уверена, что сейчас он с ней.

Я металась по кухне Наташи, еле дождавшись утра. Растрясла Лёшку, как только стрелка часов дошла до цифры семь, кое-как запихнула его в одежду и потащила к подруге, даже не дав умыться и причесаться.

— Если ты права, то я лично вырежу ему причиндалы, — накрыла крышкой омлет Наталья, с укором глянув на мужа.

— А я то чего? — встрепенулся тот, сжав ноги и сдвинувшись на край стула, пряча паховую область под стол. — Мои яйца на сторону не гуляют. Они только тебя любят.

— Да при чём здесь карательные меры ножом? — скатилась я на скулёж. — Зачем пытаться сохранять то, что разбилось на несколько осколков? Похоронить себя в браке