Королева склепа - Кристофер Триана

– Пофли, – прошамкала Холли дочери. – Дафай фыбиратьфя отфюда.

Белла всхлипнула, сдерживая слезы, но, когда они пошли к выходу, сделала то, чем мать могла бы гордиться. Прежде чем Обри схватили и утащили вверх, Белла подошла к ее телу, обеими руками схватила нож и вынула из трупа.

– Ни орудия убийства, – сказала Белла сухо, – ни улик. На всякий случай.

Обняв дочь одной рукой, Холли повела ее к выходу, но мавзолей еще не закончил с ними. Сияние ударило вниз, как молния, и тени ожили. Белла закричала, но Холли крепко держала ее.

– Фсе ф порядке, – сказала она, зная, что будет дальше. – Это профто чафть церемонии.

Белла не могла отвести глаз. Она подспудно понимала, что должна смотреть на этот жуткий танец мертвецов.

Саванна рухнула на пол, как мокрая тряпка, вцепляясь пальцами в зияющие раны, рвала лоскуты плоти и сухожилий – словно изоленту отклеивала, даже звук был похож. Ее сестра Марни, приземлившись на ноги, прихрамывала и подпрыгивала, улыбаясь и аплодируя победе Беллы. Она подцепила уцелевший глаз ногтями большого и среднего пальцев и вытащила его, натягивая зрительный нерв до тех пор, пока глаз не оторвался.

Белла уже не могла кричать: ее парализовал ужас.

Селеста вылезла из стены, словно из болота грязи. Ее глаза почернели полностью, кожа посинела от трупного окоченения. Она вытащила деревянный кол из груди и просунула руку в пустоту под грудиной. Кулак сломал ребра, и Селеста стала рыться глубже, пока не нашла то, что искала. Затем она вырвала из груди кусок легкого.

На полпути вверх по стене Обри внезапно ожила, дергаясь как марионетка. Пальто распахнулось, она сорвала окровавленный лифчик, коснулась раны от ножа и вырвала поврежденную грудь, бросив ее на пол, где та быстро начала разлагаться. Обри засунула руку внутрь, сломала ребро и схватила его, как острую палку, чтобы прорезать себе путь.

Старые трупы присоединились к новым в ритуальном самоистязании. Кости трещали, мертвая кожа отслаивалась. Прах сыпался дождем, кружась в луче прожектора, словно бабочки. Музыка достигла крещендо, склеп сотрясался, а аплодисменты толпы сопровождали отчетливые мученические вопли.

– Поздравляю, Белла, – раздался сверху гортанный голос.

Она подняла взгляд как раз в тот момент, когда с потолка стала спускаться Роза.

Белла отступила, но мать сказала, что все будет хорошо, что церемония почти кончилась. Улыбка Розы стала шире, ее перерезанное горло раскрылось, будто для песни. Она сунула в рану кулак, и из шеи хлынула кровь, заливая все вокруг. Развернув руку локтем вверх, она протолкнула предплечье в собственную глотку. Плечо вывихнулось с громким хрустом. Белла рыдала, глядя, как подруга ломает себе руку в нескольких местах, чтобы протолкнуть ее глубже. Грудная клетка вздулась и заходила волнами. Кровь текла изо рта. Внутри что-то ломалось, глаза закатились – и матери пришлось поддерживать дочь, чтобы та не рухнула в обморок от ужаса.

Медленно Роза вытащила из себя искривленную руку, сжимая в ладони большой кусок красного мяса. С него свисали нити плоти, похожие на измятые трубки.

Это было сердце Розы. Белла наконец смогла закричать.

Мертвые девушки окружили Розу, добавляя к сердцу свои части тел и меняя его форму. Ребро Обри пронзило плоть. Легкое Селесты вросло в мышцу. Плоть Саванны застыла в основании, а глаз Марни увенчал середину, словно драгоценный камень. Кости остальных погибших вплелись в узор, образуя некое подобие тиары. Роза подняла ее над головой Беллы. Та была слишком парализована страхом, чтобы бежать. Но она все же поняла невнятные слова Розы:

– Поздравляю тебя, лучшая подруга.

Глава тридцатая

Они добрались до выхода.

Белла оглядела странную бетонную комнату, растерянная и оглушенная. Когда они с подругами впервые вошли в склеп, там был лишь один длинный коридор, ведущий вниз. Она ведь раньше не видела этого места? Говорили, что в склеп ведет множество проходов. И все же дверь она узнала. Кусок фанеры, который Роза воткнула, чтобы дверь не закрылась, по-прежнему торчал там. Иллюзии Мэдлин морочили им голову с самого начала.

Белле хотелось сорвать окровавленную тиару, но мама велела оставить ее до выхода. Казалось, для нее было важно не осквернить корону. Белла подчинилась, отчаянно нуждаясь хоть в какой-то опоре. Она была слишком измотана и травмирована, чтобы собрать мысли воедино: они сталкивались и обрывались, не успев оформиться. Но скоро все закончится. Это финишная прямая, выход в нормальный мир. Только станет ли он когда-нибудь снова нормальным для нее? Смогут ли дом и привычная жизнь принести утешение – даже несмотря на сокрушительный груз всего, что они пережили? Белле оставалось лишь гадать. Она справилась с этим кошмаром. Теперь предстоит справиться с памятью о нем.

Увидев, что дверь гробницы все еще приоткрыта, Белла расплакалась от облегчения. Но резкое движение в углу заставило ее вздрогнуть. На мгновение она подумала о медведе, но затем вспыхнул слабый белый свет, и раздался знакомый голос.

– Белла? – спросил мужчина.

– Кто там? – Мама осветила говорящего фонариком.

Глаза Беллы расширились. Перед ними стоял Тайсон, парень Розы. Он поднял руку, заслоняясь от света фонаря. Белый свет исходил от телефона, которым он озарял себе путь по склепу.

– Слава богу, – сказал Тайсон. – Я так рад, что нашел вас. Я всю ночь бродил по кладбищу.

Белла молча смотрела на него, волоски на ее шее поднялись дыбом.

– Где Роза? – спросил Тайсон. Не получив ответа ни от нее, ни от мамы, он шагнул ближе. – Боже, ты ранена? Все в порядке. Я пришел за тобой.

«Пришел за тобой…» – подумала Белла. И вспомнила морок: «Я иду. Белла, я иду!»

Голос Тайсона больше не напоминал о том, как парень сопел ей в ухо, когда они кое-как перепихнулись в ванной. Теперь он напоминал о темноте туннелей, где Белла слышала его в последний раз. Там ее желание обладать Тайсоном использовали против нее, и из тени вышел мерзкий призрак, тянущий к ней мертвые пальцы.

«Это не конец, – с ужасом поняла Белла. – Она еще не закончила со мной».

Морок-Тайсон приблизился.

– Где Ро…

Белла не дала ему договорить. Нож сверкнул, и она вонзила его парню в живот. Он ахнул. Мать вскрикнула. Когда Тайсон попытался схватить Беллу, она ударила снова – чуть ниже пупка – и повела лезвие вниз, вспарывая ему брюхо. Она ждала, что тень Мэдлин Голдман сейчас проявится, разоблачая очередной обман, но бледное от удивления лицо Тайсона не сменилось черной пустотой. Кровь хлынула на