Глубина - Крейг Дэвидсон

Они побежали к нему, как дети, убегающие от бабайки, – в известном смысле так оно и было. Люк бросил последний взгляд назад. Он не мог удержаться. Ему почти что хотелось показать врагу язык. Не догонишь, не поймаешь, не вернешь!

Рука высунулась из раструба желоба – огромная, куда больше, чем показалось ему при первом взгляде. Ее пять пальцев – нет-нет-нет, у нее восемь пальцев, восемь, как у паука, – ее придатки лежали на выпуклости трубы, каждый на расстоянии добрых пяти дюймов от соседнего.

Разум Люка наскоро произвел ряд сумасбродных вычислений. Итак, каково расстояние между устьем желоба и ящиком? Минимум сто футов. Эта хваталка проползла через всю станцию очистки кислорода, через всю трубу… как далеко она может дотянуться? Она же должна к чему-то крепиться, так? К телу. К хозяину.

И когда Люк попытался представить себе это тело – перед глазами на долю мгновения вспыхнул образ, – его разум поспешно спасся бегством от такого явного непотребства.

Рука приподнялась совсем немного, раскачиваясь из стороны в сторону, будто помахала на прощание.

Еще увидимся, олух. Настигну тебя чуть позже, а пока – бывай!

16

Пчелка радостно взвизгнула, когда они показались ей на глаза. Казалось, они вернулись постаревшими на полдесятилетия. Адреналиновая испарина вытекала из их пор, и сами себе они теперь напоминали «взмокший» деликатесный сыр: комбинезоны все в желобной смазке, ткань на коленях и со спины разорвана. Побег, конечно, удался; было бы славно узнать, от чего они так отчаянно спасались.

Люк и Эл ссутулились, упершись руками в колени и собираясь с духом, не в силах смотреть друг другу в глаза. Страх, поразивший Люка – низменный, бессмысленный страх ребенка, – уже казался глупым… по большей части.

Если бы он посмотрел сквозь иллюминатор в тесный, тускло освещенный тоннель, он ничего бы там не увидел, так? Но он не мог заставить себя посмотреть. Он не мог убедить себя, что увиденное не было реальным. Может, физической боли и не было, но бастион его рассудка слишком серьезно пошатнулся.

Тебя дурачат, Люк.

Да, определенно. Глупо, но он почти поверил в это. Он почувствовал себя как крыса в норе, прячущаяся от грызущихся за нее терьеров и от крысолова, громоподобно шагающего где-то сверху. Какая-то расчетливая сила, казалось, направляла его к неприглядной судьбе – а очертания того, что ему уготовано, Люк улавливал крайне смутно.

Давай начистоту, брат. Вероятно, это классический случай морской болезни.

Голос Клэйтона.

Нельзя сбрасывать со счетов эту возможность, брательник.

Люк не сбрасывал ее со счетов. Он вполне был готов поверить, что корень его проблем – начинающаяся «амни». Возможно, с этого-то все и стартует. Видишь то, чего нет; снова мучают застарелые детские кошмары; параноидальный бред напирает со всех сторон. Мир – не сам, конечно, а лишь представление о нем, слепок в человеческом мозгу – претерпевает разные метаморфозы. Образ реальности кривится в призме когнитивных искажений.

«А если две обреченные души подхватят болезнь одновременно? – вставил в его мозгу голос Клэйтона. – О, это, безусловно, может ускорить их регресс. Оба начинают хвататься за одни и те же соломинки; их мучают одни и те же фантомы. Вполне достоверно, не так ли?»

Люк взглянул на Эл. Он не видел никаких язв на ее лице или руках. Его губы обнесла простуда, но так нередко случалось при сильном стрессе.

Пчелка ткнулась мордой под локоть Люку, лизнула его ладонь. Она отряхнулась и села, уставившись на людей с тактичным собачьим любопытством, чуть склонив голову.

«Я знаю эту собаку, – подумал Люк, тщательно каталогизируя свое окружение. – У нее есть кличка – Пчелка. Это шоколадный лабрадор. Маловата по стандартам своей породы. Мы находимся в восьми милях под поверхностью Тихого океана. Женщина рядом со мной – это лейтенант Элис Сайкс, ВМС США. Сам я – Люк Нельсон, ветеринар. Я проживаю по адресу: Черрихилл-Лейн, 34, Айова-Сити. У моего сына родинка в форме шеврона на правой руке».

Он покачал головой, злясь на себя.

«Мою бывшую жену зовут Эбби. У моего сына была родинка в форме шеврона».

– Что думаешь, док? – спросила Эл. – Мы тут сходим с ума, так? То, что я увидела там, – она махнула рукой на желоб, ведущий к станции очистки, – это чистая небывальщина. Я понимаю. Но я это видела. На моих глазах этот мертвый парень, Хенке, вылез из дурацкой коробки. Он полз ко мне, точно краб, и разваливался по мере приближения – мясо сползало с костей. И он ни разу не отвел от меня взгляда, док. Его глаза были ясными, холодными и такими чертовски злыми. Такого не может быть, но это… было. Было там, внизу…

Люк поднял ногу, чтобы взглянуть на подошву. В плотной резине была прорезана рваная траншея. Он был лишь слегка шокирован, увидев это.

– Нам нужно найти генератор, Эл. Нужно зарядить «Челленджер».

Эл кивнула, довольная тем, что есть план.

– Да, – сказала она, – это нам, даже напуганным до усрачки, вполне по силам.

Они вернулись в главную лабораторию. Вернулись к гулу за дверью с надписью «ЛУ» – теперь медоточивому, вполне себе гармоничному.

Взгляд Эл метнулся в сторону двери Уэстлейка. Ей явно потребовалось усилие, чтобы отвернуться от нее.

Клэйтон был за дверью с пометкой «ЛК». Люк увидел его через смотровое окошко и постучал кулаком по стеклу.

– Клэй! Открой! Нужно поговорить!

Рука брата была забинтована уже до запястья. Вязкая жидкость просачивалась сквозь марлю – густая и полупрозрачная, консистенции сохнущей за пять минут эпоксидной смолы. Она прилипла к рукаву его комбинезона, образуя белый налет, – как у лошади по краям рта, когда ее слишком сильно загнали.

Клэйтон подошел к окошку со странной улыбкой на лице и задвинул незнамо откуда взявшуюся занавеску из плотной ткани, отгораживая свое рабочее место от пытливых глаз.

– Черт возьми, Клэй! – Люк ударил по стеклу достаточно сильно, чтобы содрать кожу с костяшек пальцев. – Нам нужна твоя помощь! А тебе – наша!

– Не мечи бисер. Оставь его в покое, – посоветовала Эл. – Там он может причинить меньше всего вреда. Подумай, как долго мы здесь находимся, Люк. Рассуди, как обстановка уже влияет на нас. Вспомни, что стало с Уэстлейком. Твой брат и доктор Той… доверять кому-то, кто пробыл здесь так долго, опрометчиво.

Они вышли в проход, ведущий к каюте Уэстлейка.

– Почти уверена, что генератор установлен в этой части станции, – заметила Эл.

– Как твоя рука? – спросил Люк, когда они добрались до комнаты Уэстлейка.

– Ей трындец, – коротко и ясно