Псих. Ты мой диагноз - Лисавета Челищева

ты. В маске и без маски. Ты следил за мной, ты меня пугал, а потом пришёл в спортзал и притворился спасателем. И я повелась. Как дура. Позволила тебе... — голос дрогнул, я сглотнула слезы.

Он сделал шаг ко мне, протянул руку.

— Лана, я не он...

— Не подходи!! — я отшатнулась, вжалась в угол. — У тебя что, раздвоение личности? Ты реально псих? Сначала маска, угрозы, слежка. Потом — подарки, поцелуи, забота. Зачем?? Для чего весь этот спектакль?!

Он опустил руку.

— Я правда не Тимур.

Я рассмеялась. Зло, отрывисто, почти выкриком.

— Конечно, не Тимур. Ты никто. У тебя даже имени нет. Ты — человек в маске, который решил, что имеет право на мою жизнь.

Он покачал головой. Медленно. И его взгляд — я отчетливо чувствовала его через эти чёрные дыры — упал куда-то за мою спину.

Он сорвался с места.

Я не успела испугаться — он уже был у стола, где стояли мониторы. Пальцы в перчатках застучали по клавиатуре. Экран засветился, замелькали окна, строчки кода.

— Что ты делаешь? — не выдержав, спросила я.

Он не ответил. Только что-то печатал, нажимал, открывал новые вкладки. Казалось, он даже не услышал меня.

Я медленно попятилась к выходу из спальни.

Шаг. Второй. Третий.

Он резко поднял голову, нажал что-то на панели у стола. Электричество тут же отключилось. Всё разом — мониторы погасли, свет погас, даже гул кондиционера внизу стих.

Глава 105

Мне пришлось остановить свой побег, чтобы не налететь на что-то в процессе. Глазам надо было привыкнуть.

— Так надо, — отозвался он, не оборачиваясь. Голос в динамике звучал приглушённо. Наверное, из-за расстояния межу нами. — Тот, кто за нами следит, увидит только застывшую картинку. Время на записи будет идти, но он не поймёт, что мы уже ушли.

— …Кто за нами следит?

Кто, если не он???

Он не ответил. Мои глаза уже успели чуть привыкнуть, и я увидела, как он проходит к шкафу.

Я отклонилась, вжалась в стену, но он даже не посмотрел в мою сторону. Просто открыл дверцу — ту, у которой я стояла минуту назад, — и достал с полки свёрнутые полотенца. Три штуки, махровые, белые.

— Зачем они тебе?

— Сейчас увидишь.

Тимур подошёл к кровати. Я смотрела, как он расправляет одеяло, как кладёт полотенца под него, как подгибает край, создавая силуэт — будто под одеялом кто-то лежит. Свернул ещё одно полотенце, положил на подушку. Получилось похоже. Очень похоже.

— Когда камеры включатся, — пояснил он, не поворачиваясь, — это даст нам ещё немного времени.

Я попятилась к двери.

Шаг. Ещё шаг.

Он не заметил — нагибался, поправлял край одеяла, возился с подушкой.

Я уловила наилучший момент и рванула в коридор. Босиком по холодному кафелю, на лестницу, вниз. Скорее, скорее!

Я почти добежала до первого этажа — и услышала, как он несется следом. Тяжёлые шаги по лестнице, скрежет подошв.

Не успею.

Я замерла на площадке между этажами. Взгляд упал на узкую дверь под потолком — лестница на чердак. Я туда не поднималась, не знала, что там, но дёрнула за верёвку, и люк открылся.

Я вцепилась в край, подтянулась, влезла внутрь. Лестница сложилась за мной сама — я слышала, как щёлкнул механизм.

Чердак оказался огромным. Низкий потолок, деревянные балки, коробки, старая мебель, накрытая простынями. Воздух был затхлый, пылинки щекотали нос. Я зажала его рукой, продвигаясь дальше.

На долгие раздумья времени не было. Я забилась в угол, за старый диван, прижалась спиной к стене. Зажала рот ладонью, стараясь дышать через воротник кофты.

Было тихо. Очень тихо.

Люк со скрежетом открылся.

Он влез на чердак. Я не видела его, но отчетливо слышала. Движения были плавными, бесшумными. Он явно не торопился.

— Лана? — позвал он где-то совсем рядом. — Я знаю, что ты здесь. Не прячься.

Я молчала. Втянула голову в плечи, вжалась в диван.

Тимур медленно пошёл по чердаку.

Шаг. Пауза. Шаг.

Он обходил коробки, заглядывал за ширму, трогал простыни на старой мебели.

— Я не сделаю тебе больно, — сказал он, остановившись в центре. — Мы уедем отсюда. Я просто хочу, чтобы ты была в безопасности. Правда. Я никогда не хотел тебя пугать. Никогда.

Глава 106

Я сжала пальцы в кулаки. От нахлынувшего гнева дыхание участилось.

— Мне жаль, что так вышло, — продолжал он. — Что ты боялась. Что я... что я не смог подойти к тебе иначе. Но поверь, у меня не было выбора. Ты бы никогда не захотела со мной общаться.

«От кого ты меня защищаешь?» — подумала я про себя. «Единственная опасность в моей жизни — это ты!»

Он вздохнул. Динамик зашипел.

— Сейчас ты уснёшь. Ненадолго. А когда проснёшься, будешь в безопасном месте. Я тебя не трону. Обещаю.

Я нахмурилась. Усну? С чего бы мне...

И тут я почувствовала запах.

Сладковатый, приторный. Не тот, что был здесь раньше — другой. Химический. Он наползал откуда-то снизу, расползался по чердаку, быстро забивался в лёгкие. У меня не было времени закрыться от него.

Я вскочила, бросилась к окну. Маленькое, слуховое, запылённое. Дёрнула защёлку, распахнула створку. Холодный воздух ударил в лицо, смешиваясь с газом. Я высунулась наружу — и поняла, что не пролезу. Слишком узкое. Даже плечи застревают.

Я повернулась.

Он уже шёл ко мне. Маски не было — на его лице был противогаз. Чёрный, с круглыми стёклами, похожий на жука. Когда он успел его надеть??

Я не видела его черт — только отражение собственного лица в темных стёклах.

— Не подходи, — прорычала я, хватаясь за стену. Стоять было всё тяжелее и тяжелее.

— Не бойся, Лана. Всё будет хорошо.

— Я сказала — не подходи!

Но он продолжал идти. Медленно и верно.

— Я просто увезу тебя отсюда. Туда, где он тебя не достанет.

В противогазе его голос звучал совсем иначе. Человечнее и мягче.

— Кто? — выдохнула я, держась за уплывающее сознание. — Кто меня не достанет?? Ты?

Он не ответил.

Газ заполнял чердак. Я чувствовала, как тяжелеют веки, как мысли начинают путаться, как ноги становятся ватными.

— Пожалуйста, — прошептала я. — Не надо... Не трогай…

Он сделал последний шаг.

Я попыталась оттолкнуть его — ударить, поцарапать, что угодно. Но руки уже не слушались. Они поднимались слишком медленно, в замедленном режиме.

Я пошатнулась, и он подхватил меня — мягко, бережно, одной рукой за талию, второй под колени. Поднял на руки. Прижал к себе.

— Всё хорошо, — повторил он. — Всё будет хорошо.