Леший. Дух огненных озер - Артур Гедеон

она ему. Но бросила поспешно, словно в оправдание, будто заметая следы. Нет! Складывалось такое ощущение, что она говорила не о целой армии валькирий, тем более что армия и прежде была численно небольшой, всех главных и сильных демонесс опытные экзорцисты знали по именам, так еще и поредела за последние два тысячелетия, всех живодерок можно было сосчитать на пальцах обеих рук. Потомства эти крылатые бабы-изверги дать не могли, а если и рожали, то мутантов, которые вскоре умирали, поэтому просто доживали свой век и прятались где-то, спасаясь от ангелов-истребителей. Ее реплика прозвучала иначе! Речь как будто шла о другой валькирии, с которой Хельга правила свой маленький кровавый бал вместе, продвигаясь по временам и эпохам. Вот почему Антону Антоновичу понадобилась эта книга, она называлась «Нечисть всех времен и народов. Том первый. Европа». Ее он и нашел, забравшись по лестнице на самый верх.

– Ага, вот ты где спряталась, – сказал он, выуживая с полки нужную книгу.

Осторожно спускаясь вниз, он разглядывал старинную потертую обложку. А спустившись, шагнул к столу и положил фолиант перед собой. Автором был «Франческо Донателло, иезуит и святой инквизитор Рима».

– Помню я тебя, Франческо! Еще как помню! Подозрительный был каратель! – бормотал Антон Антонович. – В Средние века извел бы людишек раз в десять больше!

Долгополов уселся на стул, открыл книгу на итальянском языке и прочитал на титуле посвящение: «Монарху и суверену Святого Престола, главе Католической церкви, Понтифику Пию Седьмому». И далее внизу: «Рим, 1775 год».

– Чудно, чудно, – с удовольствием пробормотал Антон Антонович и взялся листать фолиант. – А какие рожи, а? Ах вы, адские создания!

Какой только нечисти не встретилось ему на этих страницах, с некоторым экземплярами он был знаком лично, но вот содержание книги сообщило: «Валькирии, они же демонессы нижнего круга ада, по именам…» И далее пошел список: «Алруна Таинственная, Брюнхильда Воительница, Эйра Летающая, Скалда Грядущая, Рота Повелительница штормов…»

– «Хильда Меняющая облик!» – воскликнул Антон Антонович. – Вот и ты, голубушка, покойница, вот и ты. Доменялась обликами-то! Стоп, стоп, стоп! «И ее сестра-близнец Сигридрива…» Сигридрива! – даже подскочил со стула Долгополов. – Сигридрива?! – И вновь уставился в строку: – Многоликая?! А стало быть, тоже меняющая облик? Стоп, стоп, стоп…

Бодрый старик Долгополов бросился к телефону, схватил трубку и стал нажимать на клавиши – номер Крымова откликнулся все тем же роковым молчанием.

– Давайте же, Андрей Петрович, давайте! Берите трубку! Да что ж такое? – Он набрал другой номер. – Алло, Кассандра? Ваш Крымов не берет трубку! Мой Крымов? Наш Крымов! – нашел он золотую середину. – И у меня есть подозрение, что он в опасности. В смертельной опасности, Кассандра. Я прыгаю в машину и еду за вами, а потом мы мчимся к нему. Вы дома или на работе? Хорошо. У меня для вас и пистолет найдется. Как вы угадали? Да, именно с серебряными пулями! Выезжаю – на улице ждите!

Черный «Фольксваген-жук», сверкающий, как бильярдный шар, перелетел по бетонному мосту речку Полушку и устремился в объятия города Царева. Никогда еще Антон Антонович не ездил так нервно и безответственно, не создавал такие аварийные ситуации на дороге. Он вообще был асом во всем, что касалось вождения, ему бы авиалайнерами и ракетами управлять, но тут он разрезал пространства по своему усмотрению и невзирая на лица. В одном месте его даже остановил гаишник, но бодрый старик опустил стекло, страшно посмотрел на блюстителя закона, уже готового срубить с ненормального и смешного старика четвертушку его пенсии, и сказал: «Забудь обо мне навсегда, мальчик! И не бери больше взяток, понял?» – «Да», – пролепетал тот. – «Молодец!» – похвалил его Долгополов и рванул дальше.

Кассандра ждала его у своего дома. Она прыгнула в «Фольксваген» и уже с заднего сиденья спросила:

– Так что случилось, что? Антон Антонович, не молчите! Что за опасность?

– Я же сказал: смертельная. Я сам избежал такой вчера. Но я – это я. А Крымов хоть и хорош, но пока еще только ученик чародея!

– Но про себя-то вы расскажете?

– Не хочу вас пугать.

– Издеваетесь? Да я такого с вами повидала! Чем вы меня еще напугать-то сможете?

– Ну хорошо, слушайте, девочка, слушайте! Это история большой любви! – Говоря, он бойко накручивал баранку. – И великого разочарования. По крайней мере, с моей стороны…

Когда они остановились у дома Крымова, ошеломленная журналистка пробормотала:

– Вы так шутите, да?

– Какие тут могут быть шутки, милая?

Они вышли из машины.

– И вы ей вот так запросто оторвали голову? Антон Антонович? И запекли ее голову в духовке? – Кассандра ушам своим не верила. – Вместе с сердцем?

– Почему запросто? Я мучился. Но тут – кто кого. Кстати, а выключил ли я духовку в той квартире? Шучу я, шучу – выключил. Вот теперь – шучу.

– Ну вы даете…

– Это точно, даю! – Он достал из бардачка револьвер и протянул напарнице: – Шесть пуль – вам хватит.

– А вы? Что у вас? Огнемет?

– Я как Зевс – испепеляю молниями. Ну все, хватит болтать, пошли! Ключ от его квартиры у меня есть!

…Ближайшие три часа Крымов и его гостья провели в тесных объятиях вначале на диване, а потом на кровати хозяина дома. Вступать в сексуальный контакт с демонессой – большая ответственность, но у Крымова уже был опыт. В гостиной неловким движением они сшибли с журнального столика пару бокалов и решили больше не рисковать. «Идем в постельку, – сказала она ему. – Хватит бить посуду». За это время Андрей откупорил новую бутылку вискаря, но много не пили – зачем? Их увлекла любовная схватка. А вот остатки ветчины и сыр были съедены – они набирались сил. Гостья ела с завидным аппетитом. Аделаида то буквально таяла в его руках, то мигом превращалась в дикую кошку, а то завладевала им как тигрица своей жертвой. «Ты еще будешь скучать обо мне, – сказала она, когда в очередной раз, набросив халаты, они ушли на перекур на балкон. – Еще как будешь, кобелек!» – «Возможно, возможно, – затягиваясь своим неизменным «Мальборо», отвечал он. – Но когда буду вспоминать о количестве твоих любовников и миллионах слов, сказанных тобой им и выслушанных от них, мне будет становиться легче». – «Ах ты мерзавец, – с улыбкой сказала она, щелчком отправила окурок вниз и крепко хлопнула его по заду. – Но мерзавец очень даже симпатичный, особенно под вискарек». – «Ну спасибо, – усмехнулся он. – Ты когда уезжаешь на работу?» – «На какую еще работу?» – очень естественно поинтересовалась она. «На свою ферму, на какую же еще?» – «А, на ферму! – вспомнила его партнерша, словно и не