Клуб убийц «Горячие девчонки» - Эшли Уинстед

“Он ее ненавидит”, - сказал я. “Ты слушал ссылки на подкасты, которые я отправил? Он сделал целую вторую карьеру на том, что обвинил Скаут в самоубийстве Олдена”.

Брукс провел рукой по своим темным волосам. — Холлоуэй на это не купится.

“ Что? Почему? Права ли была Скаут, не доверяя полиции?

Он скрестил руки на груди. “Я думаю, что она так долго думала о Скаут, что ей трудно рассмотреть другого подозреваемого. Но я убедил ее вызвать Истона на допрос. Этим утром он прилетел с одного из мероприятий предвыборной кампании Нокса. Мне нужно, чтобы вы со Скаут приехали...

“Он что?” Холодок пробежал по моей спине. “Истон вернулся?”

Брукс нахмурился. “ Это хорошо. Это значит, что мы вызовем его на допрос...

Дакота, возможно, и предпочла бы жить в доме Бэнксов на Голливудских холмах с привидениями, но Истон переехал со своей малолетней невестой в роскошное поместье в Малибу. Скаут и я нашли адрес вместе. Паника ледяными пальцами пронзила меня. “Брукс, мне нужно идти”. Я попыталась захлопнуть дверь, но он протянул руку и поймал ее.

“ Что происходит? И не смей мне ничего рассказывать. Его глаза вспыхнули. “ Я предупреждаю тебя, Изабель. Я уже не тот человек, каким был десять лет назад. Я не позволю тебе прогнать меня.

Беги, подсказывали мои инстинкты, что прямо противоречило его словам. Сейчас.

Красивое лицо Брукс исказилось от гнева. “Если происходит что-то, имеющее отношение к делу, мне нужно знать. Я пошел на огромный риск ради тебя. Я ставлю под угрозу свою карьеру”.

Я ничего не мог с собой поделать — он открыл дверь десятилетней давности, и вопрос вылетел сам собой. “Я даже не понимаю, почему ты присоединился к ФБР. Когда я тебя знал, все, чего ты хотел, — это стать юристом.

— Почему ты так думаешь? он взорвался. “ Ты и Скаут были не единственными, чья жизнь изменилась после смерти Джорджии. Я видел, как ты страдаешь, и был беспомощен что-либо с этим сделать. ” Он резко отвернулся в сторону, как будто не хотел, чтобы я видела его лицо. — Ты знал, что я беспомощен. Вот почему ты больше не хотел меня.

Я ошеломленно уставилась на него.

“ Ты можешь винить меня за то, что я выбрал работу, которая давала мне хоть какой-то чертов контроль? Он овладел собой и повернулся ко мне, стоя в дверях. “И если мы спрашиваем о мотивации, вот вопрос, который мучил меня годами: у той Изабель, которую я помню, были свои мечты. Почему ты отказалась от них, чтобы стать помощницей Скаут?” Брукс грубо вытер рот рукой. “ Что это было? Ты чувствовал себя настолько виноватым в том, что она потеряла сестру, что решил, что твоя жизнь — подходящая замена?

Он не знал, чем я занималась под видом личного помощника Скаут. Но это не означало, что его слова не задели меня. Или, может быть, он был прав, и все было так просто: возможно, Джорджию забрали, и какая-то часть меня решила, что мой долг — исправить это для Скаут, чего бы это ни стоило.

“ Прошло десять лет, а ты все еще не готов к честному разговору. Надежда в глазах Брукса угасла. — Ты не дашь мне даже этого.

“ Мне жаль. Правда жаль. ” Я молилась, чтобы он услышал мое искреннее сожаление. “ Я действительно любила тебя, чего бы это ни стоило. Все остальное... Может быть, когда-нибудь я смогу рассказать тебе. Но не сегодня.

Сегодня я все еще выбирал ее.

Я полетел на запад по шоссе, уворачиваясь от безумного потока машин, забивающих съезды в Центр города, гвоздями впиваясь в руль полумесяцами. Что, если у меня ничего не получится?

Малибу возвышался над Тихим океаном и славился двумя вещами: комплексами, возвышающимися над волнами, и последствиями стихийных бедствий — эрозий, оползней и пожаров. Самые богатые каждый раз перестраивались, но мой агент по недвижимости предупреждал, что наступит день, когда климат земли продолжит ухудшаться, и само море затопит Малибу и похоронит его под водой, и никакой достаток не сможет предотвратить эту участь. Фактически, в ближайшие годы был шанс, что океан вернет себе весь Лос-Анджелес. Как и многое другое, это была бомба замедленного действия.

Но до этого апокалипсиса оставались годы. Тот, к которому я мчался, происходил сейчас.

Каким-то образом я узнала дом Истона еще до того, как проверила адрес. Он стоял на краю утеса, над ним собирались грозовые тучи, крышу окружали темные миазмы. Огромная лужайка, окруженная деревьями, ограждала дом от улицы, и сквозь просветы между ветвями я мог видеть Скаут. Одинокая женщина, стоящая лицом к лицу с Адской Пастью, в центре которой был убийца ее сестры.

Приближаясь, я молчал. Но Скаут все равно повернулась и протянула руку, как будто все это время знала, что я приду. Мы стояли бок о бок, переплетя пальцы.

“ Прости за то, что я сказала о тебе и Джорджии. Скаут сжала мою руку. — Она была такой же твоей сестрой, как и моя.

Это было то, что я жаждал услышать в глубине души. Доказательство того, что я значим, что все, что я отдал, что-то значит. — Спасибо тебе, — прошептала я.

Некоторое время мы стояли молча, наблюдая, как надвигается шторм. Я перевел взгляд с единственного освещенного окна в доме на пояс ее джинсов, куда она засунула тонкий пистолет. — Ты сказал мне, что избавился от этого.

— Я солгал.

— О чем еще ты мне солгал?

Она повернулась ко мне. “ Я специально оставила свой нож в комнате Олдена. Чтобы он никогда не забыл, что я была там.

“Мы”, - поправил я. “Мы были там”.

Она улыбнулась. — Мы.

Мы обошли дом по периметру, проверяя окна и прихожие, пока не обнаружили, что раздвижная стеклянная дверь Истона не заперта. Здесь, в защищенных анклавах Малибу, он, должно быть, чувствует себя неприкасаемым. Мы прокрались внутрь, звук наших шагов на лестнице заглушала классическая музыка, доносившаяся со второго этажа, где мы видели свет в окне.

Кабинет Истона был заставлен полками с наградами и толстыми бутылками скотча. Огромный стол из люцитового стекла стоял в центре комнаты, Истон сидел за ним, импозантный, как король.

Скаут подняла пистолет прежде, чем он успел заговорить.

“ Что? Истон оттолкнулся от своего стола, вскакивая на