Thornbird - Эль Кеннеди

— Итак, — говорит Жасмин, когда мы отстраняемся. — Швейцария, значит? — Затем она ахает. — Райан! Марко вообще существовал?

Я сжимаю губы, чтобы не улыбнуться.

— Марко существует, — обещаю я. — Просто он живёт в Аллентауне, а не в модной школе — интернате в Цюрихе.

Она издаёт драматический вздох.

— О, слава богу. Я бы никогда тебя не простила, если бы ты выдумала себе парня. Шипли не настолько отчаянные, — заявляет она, и мы обе заливаемся смехом.

Когда отношения между мной и Жасмин налаживаются, моё настроение немного поднимается. Мэгги привозит домой жареную курицу, и мы проводим приятный семейный ужин, говоря о вещах, не связанных с делом Торна. Коннор и Жасмин рассказывают забавные истории о своих экзаменах по вождению. Мы говорим о моих планах после выпуска, вернее об их отсутствии, потому что я всё ещё понятия не имею, что буду делать. Мы говорим о том, как Дэн помог ещё одному сбежавшему подростку вернуться домой к семье, о доме, который Мэгги наконец смогла продать после нескольких лет поисков покупателя. После этого мы сидим за столом и играем в «Яхту». В общем, это был весёлый, беззаботный семейный вечер. Я забыла, какими они могут быть.

Я так хорошо провожу время, что остаюсь сыграть ещё одну партию с тётей и дядей, даже после того, как кузены отказываются.

Дэн выигрывает последнюю игру, выбросив три «Яхты» подряд, что, по моему мнению, является статистической аномалией.

Когда мы убираем игру и протираем стол, я наконец нахожу в себе смелость поднять вопрос, который не даёт мне покоя с тех пор, как я прочитала дневник отца. Я знаю, что рискую испортить наш чудесный вечер, но не могу остановить вопрос, срывающийся с моих губ.

— Как вы думаете, что случилось с мамой Эверетта?

Рука Мэгги замирает на полотенце, которое она держит. Мой дядя неловко ёрзает на стуле.

— Честно? — наконец говорит тётя. — Я думаю, она ушла от него.

— От Джей — Пи?

— Все в городе знали, что у Джей — Пи и Лии были... трудности, — медленно говорит она, тщательно подбирая слова. — Они поженились сразу после школы. Многие считали их идеальной парой, но к концу это была скорее маленькая деревенская сказка, которая теряла свою магию.

— Вы правда верите, что она сбежала? — спрашиваю я, глядя на них. — Что она оставила всё позади? Вы тоже так думаете, дядя Дэн?

Его взгляд на мгновение устремляется в окно. Он молчал с тех пор, как я подняла эту тему, но теперь заговорил хриплым голосом.

— Да. Я так думаю.

— Определённо ходили слухи о том, что она уходит, — говорит Мэгги. — Люди строили догадки. Некоторые говорили, что у неё был парень, которого она встретила в городе. Я думаю, она просто... хотела уйти. Она была несчастлива с Джей — Пи. Мы все это видели.

Дэн встаёт со стула, язык его тела всё ещё выражает напряжение.

— Пожалуй, я пойду спать пораньше, — говорит он, не глядя ни на кого из нас. — Завтра долгий день.

Когда он исчезает в коридоре, я поворачиваюсь к Мэгги.

— Как думаешь, Лия всё ещё где — то там? Жива?

— Я не знаю, дорогая. Я правда не знаю.

Глава 42

Проклятая

Чейз пишет мне после того, как все уснули, и задает случайный вопрос, от которого я улыбаюсь своему телефону.

Чейз: Хочешь покататься?

Я знаю, что должна сказать «нет». С тех пор как мы в последний раз разговаривали, ничего не изменилось. Я до сих пор не знаю, заслуживаю ли я такого человека, как он. И все же я не могу удержаться и печатаю ответ из двух букв.

Я: Да.

Хоть мне и не терпится улизнуть из дома, я усвоила урок: не стоит заставлять Шипли беспокоиться. Поэтому я легонько бужу кузину, чтобы сообщить, что иду на встречу с Чейзом.

— М — м — м, ладно, — бормочет Жасмин в полусне. — Просто держи телефон при себе. — Она зевает, уже более бодрая. — И раз уж мы снова разговариваем, я жду всех подробностей о том, как у вас с Чейзом всё случилось.

Я сдерживаю вздох. Это был лишь вопрос времени, когда она поймет, что я должна ответить на ее вопросы.

Я выскальзываю за дверь и спешу к концу подъездной дорожки, где на обычном месте меня ждет Чейз на мотоцикле. Он ухмыляется, увидев меня, и протягивает запасной шлем.

— Куда мы едем? — спрашиваю я, дрожа от холодного ночного воздуха.

— Никуда конкретно. Просто решил украсть тебя ненадолго. — Его голос становится хриплым. — Я скучаю по тебе.

Чейз не сентиментальный парень, так что это, наверное, самое приятное, что он когда — либо говорил мне. И будь я проклята, если от этих слов у меня не замирает сердце.

Я сажусь позади него, крепко держась, пока он мчится по пустой дороге. Несколько блаженных мгновений я слышу только рев мотора и чувствую тепло его тела сквозь куртку.

Когда он, наконец, останавливается на смотровой площадке неподалеку от Старлинга, вид открывается бесконечный, звезды рассыпаются по ночному небу во всех направлениях. Мы слезаем с мотоцикла, и я следую за ним к краю смотровой площадки, откуда мы можем видеть городские огни, мерцающие внизу.

— Итак, — говорит он, опираясь на перила, — ты ведь знаешь, что всё это не твоя ответственность? Всё, что он сделал?

— Скажи это всем остальным.

— Мне плевать на всех остальных. Они не правы. Ты не твой отец. Я не хочу, чтобы ты корила себя за его ошибки.

Я прячу улыбку. Чейз, кажется, всегда знает, что сказать, чтобы я чувствовала себя легче.

— Спасибо. Это помогает.

— Что помогает?

— Когда рядом есть кто — то, кто не смотрит на меня как на проклятую или что — то в этом роде.

— Ну, мы все в каком — то смысле прокляты, разве нет?

— Правда? Хорошо. Какое твоё проклятие?

Он смотрит на горизонт, и его лицо становится серьезным.

— Этот город. Он слишком маленький. Я чувствую себя здесь как в ловушке. Не могу дождаться, когда уеду.

— Значит, это действительно произойдёт? Твоё большое путешествие?

— Да. После выпуска. Я просто отправлюсь колесить по дорогам, посмотрю все штаты. В конце концов я выберусь за пределы страны и увижу все остальное. — Он подталкивает меня плечом. — Ты могла бы поехать со мной.

Он говорит это почти небрежно, как будто бросает мне дикое предложение, но проверяет мою