С задержкой - Франк Тилье

Николя Белланже встретил взгляд Тении в зеркале. Он вдохнул и ворвался в ванную, держа пистолет наперевес. На долю секунды непонятная сцена выбила его из колеи. Мать, связанная и лежащая на ванне, в которой была зажата Элеонора, испуганная и близка к утоплению.

— Все кончено, Тения.

Полицейский поправил прицел. В черных глазах своей цели он прочитал полную решимость. Мужчина был недосягаем, прижатый к Элен Урдель. Видно было только часть его лица.

— Брось оружие, или я перережу ей горло.

В ушах Николя зажужжало. Пот щипал глаза. Сердце слишком сильно билось в висках. Тело начало подкашиваться, а страх промахнуться парализовал его. Лезвие ножа еще глубже вонзилось в кожу Элен Урдель.

— На счет три я перережу ей горло... Раз... Два... Три...

Капитан не закончил отсчет. Его голова отлетела назад под силой удара пули и ударилась о кафельную стену. Темная дыра посреди лба открыла путь кровавой струе, которая застыла между бровями. Николя опустил дымящееся оружие, ошеломленный грохотом выстрела. Он почти ничего не слышал.

Отчаянные крики Элеоноры были заглушены пронзительным свистом, разрывающим барабанные перепонки.

Пошатываясь, он направился к ванне и рухнул на краны. Лицо психиатра было прижато к стеклу, ее рот с трудом вдыхал воздух. Он сразу же опрокинул бетонные блоки на пол, а затем осторожно поднял и опустил на пол Элен Урдель, которая все еще была привязана.

— Я сейчас займусь вами.

Как только он откинул плексиглас в сторону, Элеонора выпрямилась с криком облегчения и обхватила его шею руками, как спасательный круг.

Она прижалась к нему и заплакала.

Эпилог

В это последнее воскресенье февраля Булонский лес был полон жизни. Внезапное потепление побудило парижан выйти на улицу, чтобы насладиться солнцем и природой, так что вокруг слышался веселый гомон, смех и отдаленный лай собак. Эта энергия казалась источником счастья для всех.

Сидя на скамейке рядом с Люси, с стаканчиком горячего шоколада в руках, Николя наблюдал за Франком, который вел ожесточенную футбольную игру со своими сыновьями. Отец дриблировал, делал финты, бегал как черт, преследуемый Адриеном и Жюлем, которые не отставали от него ни на шаг.

У Шарко еще были силы, и его лейтенант с трудом мог представить, что человек его закалки когда-нибудь повесит перчатки на гвоздь. Он будет похож на старых акул, которые плавают до последнего вздоха и в конце концов тонут в своей стихии, бесповоротно притягиваемые дном.

Устроившись на шерстяном одеяле, Анджел играл с интерактивной книжкой-картинкой. Мгновение счастья в больном мире. Мире, в котором невидимые монстры пожирали друг друга. Всегда будут такие люди, как Томер Тения, черные существа, вырвавшиеся из разлома, который увеличивался по мере распада общества.

Они не только продолжали существовать, но и становились все более многочисленными, жестокими и изобретательными. Даже здесь, в этом зеленом уголке, тьма могла возникнуть, и именно эта возможность пугала полицейского больше всего. Возможность того, что...

Николя улыбнулся сыну. Именно с таким миром ему предстояло столкнуться. Печальное наследие, но он верил в способность человечества преодолеть свои травмы и найти решения, даже оказавшись в безвыходном положении.

Звонок велосипеда вырвал его из раздумий. Он вздохнул, прежде чем рассказать Люси о том, что не давало ему покоя с тех пор, как они вдвоем сели на скамейку.

— Вчера днем я был в психиатрическом центре в Шамбли. Я пробыл там больше двух часов с Элеонор...

Люси повернулась к нему, удивленная его откровенностью.

— Как она?

— Она уволилась из UMD и собирается продать свой дом, когда... когда станет лучше. А пока она поступила в клинику «Tilleuls. - Она предпочитает быть там, за ней ухаживает ее знакомый коллега, ей доверяют. Ее приняли до того, как кризис достиг своего пика.

Последние анализы и сканирования обнадеживают. Антипсихотики и другие лекарства с непроизносимыми названиями, похоже, положительно влияют на воспаление, гораздо быстрее и эффективнее, чем специалисты могли ожидать. Вероятно, они впервые сталкиваются с таким случаем, поэтому действуют по ситуации. Но, похоже, это работает.

Люси кивнула.

— Я очень рада.

Прошло около месяца с тех пор, как умер Томер Тения, но поиски всех детей, заразившихся на рождественской елке двадцать два года назад, продолжались. По иронии судьбы, они обнаружили, что родители Артура Фруско никогда не работали в больнице Поншайо. На самом деле они были частью персонала, присланного кейтеринговой компанией на рождественскую елку, и привели Артура, чтобы он тоже мог повеселиться...

Параллельно дело дошло до высших эшелонов власти. Пытались пролить свет на работу, проделанную в то время лабораторией паразитологии. Понять, что стало с проектом. И почему выводы, сделанные в этом контексте, не были доведены до сведения научного сообщества. Люси представляла, как можно было бы использовать такое секретное открытие, в частности в бактериологической войне, и не сомневалась, что в ближайшие недели это вызовет бурную реакцию в политических кругах. Однако все это теперь не было их делом. Они сделали свою работу.

— Когда она выйдет из больницы, ее мать будет рядом, чтобы помочь ей, — продолжил Николя. — Ну, когда ей станет лучше. Эта бедная женщина тоже пережила кошмар... После всего этого ей придется начинать жизнь заново.

Люси заметила явное замешательство своего коллеги и друга. Он поставил пустой стакан рядом с собой и нервно потирал ладони между ног.

— Ты хочешь мне что-то сказать? — спросила она.

— Я не могу перестать думать о ней, Люси. Что-то произошло, когда я обнял ее тем вечером в отеле, когда она поняла, что действительно больна. Я не могу это объяснить, но я чувствую себя хорошо, когда она рядом.

Напротив, Шарко отдыхал, тяжело дыша. Он повернул голову к жене и высунул язык в улыбке. Люси слегка кивнула ему.

— Что ты собираешься делать? — спросила она.

— Не знаю.

Люси нежно посмотрела на своего мужа в течение нескольких секунд.

— Он был точно такой же, как она, и я влюбилась в него. Такие вещи не поддаются контролю, когда они случаются с нами. Вместе мы преодолели все препятствия. И посмотри на него сегодня. Посмотри на нашу семью.

Она посмотрела ему прямо в глаза.

— Так что не рассчитывай, что я скажу тебе сдаться.

Несколько слов от автора

Я мог написать эту книгу только при одном условии: понять, что