Коллекционер - Александр Варго

Сил кричать уже нет, из глотки Максима вырывается лишь хриплое бульканье. Он уже видит, что Ольга превратилась в разлагающийся труп, который жадно поедают чайки, выклевывая самые лакомые куски.

Волны становятся все тяжелее, они будто не желают выпускать Максима из моря, сковывая каждое его движение. Он опускает глаза и видит, что это уже не море, а какая-то темная муть вроде холодной слякоти, которая остается после осеннего ливня…

«…я убью тебя за это…» — слышит он пронзительный голос сына…

…и в одно мгновение разлепляет веки.

Приснившийся кошмар расплылся по краям, постепенно превращаясь в мутное пятно, но подсознание Максима почему-то цеплялось за него c бессмысленным упорством.

Кругом царила могильная тьма, все тело до пояса было погружено в ледяной кисель, вязкий и холодный. Максим сунул руку в карман, чтобы достать телефон и включить фонарь, но его пальцы лишь тщетно скользили по липкой материи куртки. Похоже, телефон он оставил в кресле… Или еще где-то.

Над головой слышались мерное гудение и плеск: жидкость падала прямо сверху.

Что это?! Продолжение ночного кошмара? Или какое-то страшное наводнение?! Только почему его заливает не водой, а какой-то тягучей дрянью, похожей на грязь?

— Помогите! — крикнул он.

Максим попытался пробраться к лестнице, но путь ему преградили многочисленные коробки c солдатиками. Некоторые из них открылись, и наружу, прямо в жидкую слякоть, вывалились миниатюрные фигурки: викинги, кельты, мидийцы, хетты, ацтеки…

Долин отчаянно забарахтался, и ему наконец удалось вслепую добраться до ступенек.

— Кто-нибудь! — отплевываясь раствором, снова позвал он. — На помощь!

Ничего.

Только монотонное гудение и бульканье бетонной смеси.

Максим начал подниматься по лестнице, но ноги постоянно скользили, и он, потеряв равновесие, рухнул в клейкую серую жижу. Нос, уши и рот в один миг забились жидким бетоном. Долин вынырнул на поверхность, судорожно хватая воздух ртом. Дышать было неимоверно тяжело: раствор уже попал в легкие, которые сдавило стальным обручем от нехватки кислорода.

Смесь дошла ему уже до самой шеи и все прибывала.

«Лев».

Эта догадка сверкнула в угасающем мозгу, словно одинокий маяк, затерянный на далеком острове.

Конечно, Лев.

Кто же еще?!

Этот безумный адвокат не умер, следил за ним, а сейчас пытается утопить его в подвале вместе c солдатиками…

— Ди… ма… — прохрипел Максим, и его голова полностью скрылась под плотным слоем жидкого бетона.

Наступила кромешная тьма, чернее самой темной ночи.

И в этой мгле Максим вдруг отчетливо услышал до боли знакомый смех.

— Привет, Старлей, — прошипел ему в ухо Лев. — Я же сказал, что мы скоро увидимся… Я ждал тебя…

Из последних сил Максим открыл рот, чтобы закричать, но свет вокруг него уже померк. Так гаснет отслуживший свой срок кинескоп в допотопном телевизоре: расплывчатая картинка, затем чуть заметная световая точка… а потом его поглотила чернота, ледяная и бескрайняя, как океан.

Грузовик, израсходовав несколько тонн бетонной смеси, вскоре уехал. Двери гаража остались открытыми настежь, и на самом пороге сиротливо валялась крошечная фигурка мексиканца. От падения у нее отломалась рука c револьвером. Это был редкий солдатик итальянской фирмы Salpa, уже давно прекратившей свою деятельность. Фигурка мексиканца c облезлой от времени краской и отломанной рукой была единственной, которая уцелела. Больше ничего не осталось от уникальной и редчайшей коллекции Павла Шибаева.

* * *

Из последних новостей:

«Внук заживо сжег бабушку c дедушкой

Шокирующий по своей жестокости случай произошел минувшей ночью на северо-западе столицы. В одном из домов по улице Зорге шестилетний ребенок устроил пожар, в котором погибли его родные бабушка c дедушкой!

Как проинформировали в пресс-службе ГУВД Москвы, у мальчика Виктора (имя изменено) была непростая судьба. Сначала из семьи ушел отец. В настоящее время его разыскивают за целый ряд преступлений, включая убийства. Затем вся семья, включая Витю, бесследно пропала, и впоследствии нашелся только сам мальчик. Витя не мог пояснить, что произошло c его семьей, они до сих пор числятся пропавшими без вести.

В эту трагическую ночь Витя достал c балкона несколько бутылок c растворителем и разлил их на кровати своих пожилых родственников. Спросонья те не успели ничего понять. Малолетний душегуб поджег постель, вспыхнувший огонь тут же охватил всю спальню, не оставляя бедным старикам никаких шансов на спасение. Они буквально сгорели заживо. Между тем их внук как ни в чем не бывало вышел на улицу и сидел на лавочке, пока не приехали пожарные.

Примечательно, что, когда ребенка забирала полиция, он объявил, что намерен убить собственного отца! Якобы за то, что тот расправился c его мамой и старшей сестрой. Вся эта история вызывает множество вопросов, и сейчас c Витей работают специалисты, выясняя мотивы столь жестокого поступка. Вероятно, мальчик будет помещен в специализированный интернат.

Поиски его семьи продолжаются…»

* * *

— Макс! Макс, че c тобой? Очнись!

Багровая пелена медленно сползала c глаз, бледнея и растворяясь, как легкая дымка.

Максим c трудом приоткрыл глаза и увидел перед собой… встревоженную физиономию Носа. Покрасневший шнобель напоминал стоп-сигнал, набрякшие мешки под отекшими глазами, свежая ссадина на заросшем щетиной подбородке — это был тот самый Нос, которого Максим всегда помнил и ежедневно видел в своем дворе…

— Фу, слава яйцам, — вздохнул Нос, увидев, что его племянник пришел в себя.

— Ты… — Долин медленно приподнялся c пола. — Ты живой?

Нос недоверчиво на него покосился:

— Ну, типа, да. А че со мной должно было случиться?

«Ничего, — ошарашенно подумал Максим. — Если не считать того, что я перерезал тебе глотку и ты склеил ласты. Я умер и очнулся в аду? Вряд ли такой, как я, попал бы в рай…»

Только сейчас он ощутил острую боль, стегающую по затылку. Он осторожно потрогал голову, нащупав сзади крупную шишку.

— Что случилось? — спросил он, изумленно озираясь по сторонам. Рядом валялась табуретка, а вон железная пушка… об которую разбил голову Димка… Только странное дело: после падения сына c табуретки эту пушку Максим самолично убрал на балкон, запрятав в самый дальний угол.

«А не странное дело, что Нос живой?» — мысленно спросил он сам себя.

Долин сел. Продолжая оглядываться, он вдруг замер, не в силах поверить собственным глазам.

Солдатики.

Полки c солдатиками. Все полки были под завязку забиты солдатиками!

Его коллекция… она была на месте! Ни одного пробела на полках, все на своих местах!

— Нос, — хрипло позвал он дядю. — Какое сегодня число?

Тот почесал затылок.

— Вчера было шестое мая, — сказал он. — Мы бухали c мужиками. Значит, сегодня седьмое.