Коллекционер - Александр Варго

Медвежонок. Дима стоял на четвереньках, словно какой-то зверь, а его худенькую шею опоясывал пластиковый ошейник c болтающимся стальным карабином, и это больно кольнуло Максима.

«Этот урод держал моего сына как собаку», — в бессильном гневе подумал он, сжимая пальцы в кулаки.

Не обращая совершенно никакого внимания на Максима, будто загипнотизированный, мальчик пялился в экран ноутбука, где крутились какие-то видеоролики.

— Дима, — тихо позвал его Максим, но тот даже не шелохнулся.

Долин задергал стальную дверцу, но на ней тоже висел замок — намного больше и массивнее того, что был на двери в подвал. Лихорадочно оглядываясь, Максим заметил лежащий на столе крупный ключ c брелоком в виде бронзовой змейки. Сунул его в замок, c облегчением услышав, как щелкнул внутренний механизм, отпирая дужку.

— Димка… Сынок…

Он протиснулся в клетку, прижимая к себе сына. Худенькое тело парнишки было исцарапанным и липким от грязи. «Похоже, его не мыли c тех пор, как привезли сюда», — мысленно отметил Максим. Он обратил внимание, что ошейник, надетый на шею сына, был «строгим», c крупными шипами вовнутрь, отчего вся кожа Димы была покрыта воспаленными ранками. В клетке нестерпимо воняло мочой и испорченными продуктами.

— Это я, твой папа, — бормотал он, заглядывая в глаза Димы. — Ты понимаешь меня? Ты слышишь, Медвежонок?

Тот наконец оторвался от экрана и посмотрел на отца. Совершенно чужим, стеклянным взглядом, от которого Максиму стало не по себе.

— Я смотрю кино, — тихо пояснил Дима, и Максим впервые за все время обратил внимание на происходящее на экране. Первые же секунды просмотра повергли его в состояние глубокого шока: в видеоролике несколько подростков избивали железными прутьями свою сверстницу. Один из истязателей проткнул несчастной грудь, второй засунул арматурину ей в рот, третий c хохотом тушил о ее кожу сигарету. Вскоре невидимый оператор подал им команду, и, побросав палки, несовершеннолетние садисты принялись поочередно насиловать полумертвую бедняжку.

Спотыкаясь, Максим выбрался из клетки и развернул к себе ноутбук. Он закрыл окно c ужасным роликом, при этом обратив внимание, что видеофайлов в этой папке было по меньшей мере около сотни. Он включил первый попавшийся ролик. Замелькали кадры c изображением соблазнительной женщины, на которой из одежды были лишь нейлоновые колготки и черные туфли на шпильке. На полу перед ней, извиваясь, лежали несколько крошечных щенков. Похоже, они были новорожденными, у некоторых едва открылись глаза. Томно улыбаясь, обнаженная незнакомка начала топтаться прямо на малышах, раздавливая хрупкие тельца щенят острыми каблуками. И все это под веселую танцевальную мелодию. Максим почувствовал, что его сейчас вырвет, и отвернулся, захлопнув крышку ноутбука.

— Все время ты смотрел это?! — глухо спросил он, обращаясь к сыну.

Дима не ответил, но его чумазое лицо приняло плаксивое выражение. Как будто у него только что отобрали любимую игрушку.

Долин поднял над головой ноутбук и изо всех сил шарахнул его об угол стола. Потом еще раз и еще, пока тот не разлетелся вдребезги.

— Идем со мной, — велел Максим. — И поднимись, наконец, на ноги!

Дима не двинулся c места, недоверчиво глядя на отца.

«Ему нужно привыкнуть, — пытался успокоить себя Долин. — Он просто напуган… да, напуган…»

Он увидел в клетке миску, в которой было немного кукурузных хлопьев. В другой миске на самом дне виднелась мутная лужица воды. Чуть дальше валялись ошметки какой-то шерсти и что-то похожее на кошачий хвост… А вон чьи-то перья, почти все обгорелые…

О боже… Что здесь происходило? Лев убивал животных на глазах у Димы? Или?..

(Он уже другой)

(Твой сын теперь часть меня)

Слова одержимого адвоката пронзили его мозг, словно штык-ножом, и Максим покрылся холодным потом. С заторможенным видом он задрал голову. Кажется, та черная мерзость, что вылезла из него, сидела вон там, на потолке.

Конечно же, ничего там не было. Потолок был пустым.

Опустив глаза, Долин увидел большую металлическую цепь, болтавшуюся на крючке, вбитом в стену. Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться, что на этой цепи Лев «выгуливал» Диму.

— Мы сейчас же уходим отсюда, — сказал Максим, протягивая руки сыну. — Иди ко мне. У меня на улице машина, мы уезжаем.

Некоторое время Дима просто молча стоял, настороженно глядя на отца. Затем в его глазах промелькнуло что-то отдаленно напоминающее узнавание. Губы мальчика задрожали, по грязным щекам заструились слезы.

— Мама? — шепотом произнес он и шагнул вперед.

Максим подхватил сына на руки.

— Все будет хорошо, — проговорил он успокаивающим голосом. — Все позади. Теперь я тебя никому не отдам…

Перед выходом из подвала Долин снова посмотрел наверх.

(Да, просто в первый раз он не заметил… Черная тварь на самом деле никуда не делась, все это время она была там, сидела, затаившись в самом темном углу… потому что здесь все темное и холодное, и тут удобно прятаться… А теперь тварь вылезла и безмолвно наблюдает, как он пытается спасти своего сына…)

Все это промелькнуло в голове Максима за считаные секунды, но, когда он посмотрел на потолок, там ничего не было.

Ни-че-го. Даже самой захудалой паутины.

Они подошли к лестнице. Подниматься c Димой на руках было чертовски неудобно, и Максим осторожно опустил его на холодный пол.

— Лезь первым, я за тобой, — сказал он. — Там наверху крышка…

Но Дима уже и сам все понял и принялся проворно карабкаться по ступенькам.

«Он похож на собаку, — c горечью подумал Максим. — Этот ублюдок не давал ему вставать во весь рост…»

— Я все исправлю, родной, — чуть слышно сказал он, поднимаясь следом за сыном. — У нас все будет замечательно. Мы c тобой…

Он помог Диме открыть люк, и мальчик выскользнул наружу. Максим уже начал выбираться, как застыл на месте. Он остолбенело глядел, как к нему, сжимая в зубах меч, на карачках приближается Лев.

Адвокат разжал зубы, и катана со звоном упала на деревянный пол.

— Я знал, что ты найдешь дверь, — прошепелявил Лев. Его пустые глазницы, сочащиеся кровью, были устремлены на Максима. — Я знал, где вас искать.

Стараясь не производить лишнего шума, Долин выбрался из подвала. Дима стоял поодаль, наблюдая за Львом завороженным взглядом. Он, как и адвокат, снова стоял на четвереньках, что выглядело особенно дико и сюрреалистично.

«Два зверя», — шевельнулось в мозгу Максима.

Лев обхватил меч обеими руками.

— Сынок, ты здесь? — мягко спросил адвокат.

— Да, — тут же ответил Дима, и Максим вздрогнул. У него было такое чувство, словно кто-то хлестнул ему по глазам колючей проволокой.

«Сынок?! Эта мразь осмеливается называть Диму “сынком”, а тот еще и отзывается?!»

— Тогда… отойди подальше, — попросил Лев. — А лучше… возвращайся домой. У нас