Операция: Северное море - Уильям Микл

Бэнкс рассмеялся.

- У вас есть теория? Вот это сюрприз.

- Я работаю над этим уже много лет, и это связано с тем, что то, что мы считаем магией, на самом деле является лишь результатом повторения, ритма и силы воли.

Бэнкс провел рукой по макушке.

- Ух! - сказал он, и Сетон рассмеялся, прежде чем продолжить.

- Помните ту историю с Лох-Нессом, как песня заставила чудовище подчиниться, или, по крайней мере, успокоила его?

Смех Бэнкса угас так же быстро, как и возник, когда он вспомнил тот день на темных водах озера.

- Я вряд ли забуду, - сказал он.

- Простите, - ответил Сетон, хотя выглядел он совсем не так. - Но вспомните песню. Если она, или что-то подобное, сработало однажды, нет причин, почему это не сработает снова. Я нашел несколько заклинаний, зашифрованных в "Созвучиях Красного Змея"[3] и...

- Bы собираетесь петь ему? Это ваш план? - прервал его Хайнд.

Сетон пожал плечами.

- У вас есть идея получше?

Диспетчер повернулся со своего места и вступил в разговор.

- Если у вас есть план, пожалуй, пора его привести в действие. На радаре у нас что-то приближается, и оно чертовски огромно.

Бэнкс отбросил тлеющий окурок в дождь и вернулся к пульту управления. Радар пискнул и показал тусклый контур, приближающийся к их позиции.

- Я скажу вам еще кое-что, - сказал диспетчер. - Это не чертов кит. И оно несется прямо на нас.

Бэнкс в уме подсчитал время и расстояние. У них оставались считанные секунды.

- Если у тебя есть сигнализация, включай ее, - сказал он.

В этот момент раздался почти оглушительный гудок сирены, а через пять секунд вся платформа задрожала и зазвенела, словно ее ударили гигантским молотом. К первой сирене присоединилась еще одна.

- Что это, блядь, такое? - спросил Бэнкс.

- Неминуемое нарушение целостности конструкции, - крикнул в ответ диспетчер, белый от страха. - Еще один такой удар - и платформа перевернется.

- Я не собираюсь ждать здесь смерти, как какой-то хомячок в клетке, - сказал Бэнкс и направился к двери.

Хайнд и Сетон двинулись за ним, а он достал пистолет из кобуры на бедре. Одно только наличие оружия в руке подняло ему настроение - в лучшем случае на долю процента, но, по крайней мере, создавалось ощущение, что он что-то делает.

Он вышел под дождь и чуть не сбил с ног начальника буровой.

- Что, блядь, теперь происходит? - крикнул коренастый мужчина.

- Я думал, это твоя работа - знать? - ответил Бэнкс. - Лучше забирайся внутрь; дело может принять опасный оборот.

Руководитель впервые заметил пистолет в руке Бэнкса, и его глаза широко раскрылись.

- Я не допущу, чтобы на платформе стреляли, - сказал он.

- А я не допущу, чтобы бесполезные, полные идиоты указывали мне, что я могу, а что не могу делать, - ответил Бэнкс, оттолкнул мужчину в сторону и подошел к краю козлового крана, с которого открывался вид на зону швартовки.

Внизу вода бурлила и кипела, словно ее взбивали снизу, но никаких признаков чудовища не было.

- Давай же, ублюдок, - пробормотал Бэнкс. - Я хочу в кого-нибудь выстрелить, и ты подойдешь как нельзя лучше.

Словно в ответ на это, чудовище вышло на сцену.

Сначала из воды показалась морда - две огромные черные ноздри, каждая шире человека, из которых с хрипом вырывалась струя воды, вонявшая гнилой рыбой и водорослями. Голова поднялась, и Бэнксу вновь пришла на ум гигантская лошадь, словно скульптуры кельпи у Фолкеркского колеса ожили и обрели жизнь. Он почувствовал странное отстраненность, как будто наблюдал вовсе не за настоящим зверьем, а за каким-то фантастическим спецэффектом в кинотеатре, разворачивающимся прямо перед его глазами с полным объемным звуком.

Голова продолжала подниматься, невероятно высоко над водой, пока он уже не смотрел вниз, а прямо в пронзительный взгляд пары небесно-синих глаз, каждый из которых был больше пляжного мяча.

Он поднял пистолет, почувствовав, как Хайнд подошел к нему. Они стояли бок о бок и прицелились, не нуждаясь в каких-либо устных договоренностях: Бэнкс целился в левый глаз, Хайнд - в правый. Они выстрелили одновременно... и в тот же миг чудовище моргнуло - обоими глазами сразу. Пули отскочили, словно ударившись о камень.

Не успели они снова прицелиться, как чудовище опустило голову. Когда она опустилась, глаза снова открылись, и у Бэнкса сложилось явное впечатление, что они смотрят прямо на него. Более того, если бы он не знал наверняка, то сказал бы, что эта проклятая тварь улыбается.

Зверь с полной силой врезался в погрузочную платформу; его вес заставил всю площадку под порталом обрушиться в воду, превратившись в груду погнутого и разорванного металла. Колонны крана заскрипели под давлением, и вся конструкция тревожно накренилась в одну сторону, прежде чем стабилизироваться. Кабель завыл так громко, что заглушил даже звук сирены, и вырвался из крепления, устремившись куда-то в сторону Бэнкса слева. Он услышал, как кабель свистнул, при рассекании воздуха, и краем глаза увидел, как тот мчится на него. Инстинкт взял верх, и он бросился в сторону. Падая, он обернулся и увидел, как сержант отталкивает Сетона из зоны опасности. При этом Хайнд полностью открыл свой левый бок для несущегося на него кабеля из скрученного металла. Кабель ударил его под ребра, подхватил его, пролетая мимо, и с силой швырнул о дверь диспетчерской позади них.

Через несколько секунд Бэнкс оказался рядом с Хайндом. Лицо сержанта было бледным, веки дрожали. На губах были кровавые пятна.

- У меня что-то сломано внутри, Джон, - сказал он, из уст которого вырывались пузырьки крови. - Сломанные ребра, возможно, проколотое легкое. И это чертовски больно.

- Медик! - закричал Бэнкс, стуча в дверь над головой. - Нам нужен медик, блядь, прямо сейчас!

Он быстро перешагнул через подвесную конструкцию и посмотрел вниз. Никаких следов чудовища не было. Не было видно и стыковочной площадки; ее разнесло вглубь, оставив после себя лишь скрученный и разорванный металл.

К чести экипажа буровой установки, они отреагировали на ситуацию с почти военной скоростью и эффективностью. Прибывший врач оказался небольшим, аккуратным человеком, который игнорировал все, кроме своего нового пациента, и ответил на вопросы только после того, как тщательно осмотрел Хайнда,