Искусственные ужасы - Борис Хантаев

плохо старались, а потому, что все они уже давно лежат в могиле. Видимо, Роберт сам его уже наказал. – Ведущий сделал небольшую паузу, чтобы все присутствующие услышали стоны и плач его пленников, которые находились на сцене, но не могли пошевелиться. – И сейчас, чтобы доказать всем, что мы не злодеи, мы сохраним одну жизнь. Потому что Роберт умеет прощать. Но кто из них достоин жизни – пусть решит судьба. Так как наши антагонисты из России, я предлагаю их родственникам сыграть в исконно русскую игру.

На сцену вынесли серебряный поднос, на котором лежали револьвер и горстка патронов.

– Игра называется «русская рулетка», и мы будем играть в неё, пока в живых не останется кто-то один! – Ричард вставил пять патронов в барабан револьвера и крутанул его.

– Ты безмозглый баран! – выругался на немецком Артём. – Я и мои мама с папой из Беларуси, так что давай с нами в другую игру играть. Мне нравится игра «пни ведущего по яйцам», эта забава исконно белорусская.

– А это даже смешно, но чувство юмора тебе вряд ли сегодня поможет, – ехидно произнёс Ричард. – Мне абсолютно плевать, откуда ты и твои родители. Играть все будем в русскую рулетку, скажи спасибо за это своей сестре.

Ричард направил револьвер на отца Павла.

– Прокурор, вас правда было сложно привезти в Германию, всё-таки у вас такая охрана. Хорошо, что наши люди есть везде.

– Это всё из-за меня, – очень тихо проговорил Виктор и опустил взгляд. – Лен, Маша, простите за то, что втянул вас в это безумие. – Он снова посмотрел перед собой. – Не медли, хочу побыстрее с этим покончить, – обратился он к Ричарду.

Ведущий нажал на спусковой крючок, и раздался выстрел. Мужчина дёрнулся, на его рубашке стало быстро расползаться огромное тёмно-красное пятно. Кровь закапала на пол. На сцене тут же появились помощники, которые увезли мёртвое тело на каталке за занавес.

– А я надеялся, прокурору повезёт, – признался Ричард. – Ну, значит, у остальных теперь больше шансов.

Ведущий крутанул барабан и наставил его на мать Павла. Она отчаянно замотала головой. Раздался щелчок без выстрела, и он перевёл оружие на девушку, что стояла рядом.

– Так как вы, Маша, беременны, будем считать, что у вас две жизни. Поэтому честно будет начать с ребёнка, ведь без него вы можете выжить, а он без вас – нет, – предложил Ричард и тут же направил револьвер на её живот. Раздался громкий выстрел.

Ужасный, душераздирающий вопль сорвался с её губ. Из живота тут же хлынула кровь, окрасив её ноги и полсцены.

В зале послышались оживлённые вздохи, не все сегодня ожидали увидеть такое представление.

Металлический запах и горький аромат пороха повисли в воздухе.

– Помогите ей! – приказал Ричард. – Пока погиб её ребёнок, а не она сама. Нужно по возможности сохранять ей жизнь, ведь милосердие нам не чуждо.

Помощники кинулись к девушке, в их руках находились какие-то лекарства, бинты и капельница. Они сразу же стали пытаться остановить такое сильное кровотечение. Так как Маша сильно кричала, ей сделали наркоз, чтобы она вела себя поспокойнее и не портила остальным развлечение.

Люди в зале ликовали: перед ними свершалась праведная месть. В это время ведущий направил оружие на маму Кати, выстрел не состоялся, направил на её отца, снова нет. Теперь револьвер смотрел на Артёма, в то время как его родители отчаянно кричали и молили всё это прекратить.

– Я хочу сам нажать на курок. Если и доверять судьбе, то лучше всё делать правильно, – вдруг высказался парень. – Освободите меня, и я немного оживлю ваше чёртово шоу! Пусть это будет моим последним желанием. Или вы боитесь, что я от вас убегу?

– Посмотрите, у нас здесь мистер самостоятельность! – сообщил Ричард, и зал взорвался смехом. – Тебе некуда бежать, так что мы не боимся. Освободите ему одну руку.

Помощник ведущего подошёл к Артёму, по глазам было видно, что освобождать парня ему не очень хотелось, но приказ есть приказ. Он отвязал одну руку и тут же сделал несколько шагов назад.

– Держи его крепче, – с улыбкой вручил револьвер Ричард.

Артём пытался быстро соображать, настолько быстро, насколько это вообще возможно в таком положении. Его сестра верила, что безвыходных ситуаций не бывает. Что всегда можно что-то придумать. Его пальцы крепко сжимали револьвер, который мог и не выстрелить. Рядом стояли родители, привязанные так же, как и он. Можно было попробовать направить оружие на ведущего, заставить всех отпустить, но это вряд ли сработает. Артём не знал, как Катя могла вляпаться в такое дерьмо, ведь из них двоих обычно именно он попадал во всякие неприятности. Только теперь он точно понимал: так просто им не выбраться, их никто не отпустит. Эти фанатики пойдут на всё, чтобы довести эту казнь до конца, а значит, его родители сегодня умрут, и он, скорее всего, тоже. Или всё-таки нет?

Никто в этом зале не знал, что любимый писатель Артёма – это Чак Паланик, который когда-то написал «Бойцовский клуб», величайшую книгу на свете. В финале главный герой стреляет себе в рот, но при этом остаётся в живых: пуля проходит не сквозь мозг, а сквозь щёку, выбивая при этом челюсть. Он понимал, что этот приём крайне сомнительный, но разве оставался у него другой выбор?

– Давай побыстрее, парень, не стоит зацикливаться на своих мыслях, – поторопил его Ричард и демонстративно посмотрел на часы у себя на запястье.

– Мама, папа, я вас люблю. – Артём засунул револьвер себе в рот.

«Была не была», – последнее, что пронеслось у него в голове, прежде чем раздался выстрел.

Его рука повисла, и револьвер с грохотом упал на сцену. Публика радостно закричала.

– А это было даже круто, но надо поторопиться, у нас на сегодня столько всего заготовлено.

Помощники быстро увезли тело Артёма, в то время как ведущий подобрал револьвер.

Следующим погиб отец Кати, за ним пулю в голову получила Елена – биологическая мать Павла.

– И вот у нас финалисты! – с гордостью объявил Ричард. – Справа находится Маша: девушка уже потеряла ребёнка, потеряла своего мужа, но она сама всё ещё может остаться в живых. Слева же от меня – мама Кати. Бедная женщина не заслужила всего этого, но её дочь сама выбрала для неё такую судьбу. Может быть, сохраним жизнь обеим, как считаете?

Большинство зрителей стало скандировать «нет», хотя нашлись и те, кто просил сохранить жизнь двум женщинам, но их возгласы тонули в общем шуме.

Маша не плакала и не брыкалась: наркоз подействовал, и она уже плохо