Немые муляжи - Влад Райбер

* * *

Мой телефон стоял на режиме вибрации, но я разом получил столько уведомлений, что это услышали все. Преподаватель сдвинул очки на нос и пронзил меня неодобрительным взглядом. Я суетливо тыкал пальцами в экран. Уведомления всплывали одно за другим:

Муляж на третьем этаже!

Быстро!

Беги сюда!

Он в мужском туалете!

Я не любил беспокоить окружающих и нарушать учебную дисциплину, но всегда считал странным просить разрешения для того, чтобы выйти.

– Прошу прощения! – крикнул я, выбегая из аудитории.

Кто-то смеялся, профессор кипел от ярости, а моя бывшая подруга Вероника смотрела так, будто ей за меня стыдно. Ничего страшного! Они просто не знают, насколько всё это важно.

Коридоры были пусты. Стараясь не создавать шума, я вбежал на третий этаж. Эл уже стояла там. Всё её лицо было перемазано розовой слизью. Из кармана толстовки торчал деревянный кол. Она бросила мне незастёгнутый рюкзак и сказала:

– Подержи!

Девушка подбежала к двери туалета. Случайно сбив жёлтую табличку, она остановилась.

– Что там происходит? – поинтересовался я, догнав её.

Девушка напряжённо прислушивалась. За дверью слышался стук ведра и плеск воды в унитазе.

– Эл? – я нетерпеливо трепал подругу за рукав.

– Тихо ты! – сказала она нервным шёпотом. – Уже поздно. Муляж кого-то убил. Теперь будем ждать. Пусть за собой приберётся. Мы же не хотим сами отмывать кровь со стен, верно?

Она сжимала деревянный кол, дышала злобой, и розовая слизь пузырилась на её губах.

Мой взгляд упал на сбитую жёлтую табличку. Красный текст гласил: «ВНИМАНИЕ! ИДЁТ УБОРКА». Я содрогнулся, представив, какая на самом деле уборка там идёт.

Швабра скребла по полу, тряпка хлюпала, и унитазы шумели без конца. Какими страшными казались эти звуки! Кого-то ещё из наших студентов отправляли в утиль…

Скрипели колёсики, приближались шаркающие шаги. Дверь туалета дёрнулась. Прозвучали три щелчка. Эл стиснула зубы. Я стоял рядом, представлял, что сейчас увижу… Дверь медленно открылась. Вперёд выкатилась тележка с ведром и шваброй. Её толкала старуха в форме уборщицы.

Муляжи прогрессируют с каждым поколением. Одновременно эволюционируют и функции, приобретая новые способности противодействия.

Я впал в ступор, когда увидел её мёртвое ненастоящее лицо. А моя подруга не растерялась.

– Я задержу вас на минутку! – сказала она, пнув ногой тележку обратно в уборную.

Пытаясь сохранить равновесие, старуха попятилась назад. Она тоже не была растяпой и мигом настроилась на драку. Пусть эта тварь выглядела как старая немощная бабка, но в ней была звериная сила. Старуха отбросила тяжёлую тележку в сторону. На стене треснули и откололись несколько плиток.

Девушка и муляж замерли в паре метров друг от друга. Я стоял в дверях и наблюдал напряжённую сцену.

Эл сжимала в кулаке острый дубовый кол. Старуха ощетинилась, с неё слетел платок, седые волосы растрепались. Теперь я заметил, что у неё нет глаз, а только две пустые дырки.

Она вытянула руки, и в воздухе что-то замерцало. Какие-то серебряные блики полетели в мою подругу. Я не сразу разглядел, что это нити. Тонкие и упругие. Они вырывались из пальцев монстра, как рыболовная сеть.

Не знаю, что могло произойти, если бы Эл не отскочила влево. Муляж снова выкрутил ладони в попытке схватить подругу. Металлическая леска пролетела над её макушкой. Девушка резко присела и оттолкнулась. Прокатилась по скользкому полу под сетью прозрачных нитей. Выпрямилась прямо перед лицом бабки и с размаху воткнула ей кол прямо в пустую глазницу.

Старуха-уборщица, как и все монстры, тут же обмякла и потеряла свои силы. Её руки обвисли, колени зашатались. Она вздыхала и переминалась с ноги на ногу. Разложение началось почти мгновенно: лицо бабки стало похоже на испорченный сыр. Оно скукожилось и покрылось чем-то вроде плесени. Серебряные нити волочились по полу с лёгким звоном. Я подумал: должно быть, они очень острые и способны разрезать человека.

– Муляж прикинулся уборщицей, – сказала Эл, наблюдая, как тело монстра теряет форму. – И почему я сразу не догадалась? Молчаливая старушка-убийца. Порешила кого-то, протёрла всё за собой и смыла остатки в унитазы. Удобно!

Липкая масса шмякнулась на пол и начала растекаться по всему туалету.

– И никто из руководства колледжа не удивился, что появилась лишняя уборщица, – сказал я, глядя, как серый халат утопает в липкой жиже.

Девушка дёрнула плечом:

– Да кто их считает?

Всю уборную затопило чёрной жидкостью. Жуткий запах отравил воздух.

– Эл, пошли отсюда, – попросил я. – Что ты там возишься?

Девушка зачем-то зашла в одну из туалетных кабинок. Там заплескалась вода. Уверен, она что-то выловила из унитаза и спрятала в кулаке, когда вышла оттуда.

– Что у тебя в руке? – спросил я, хотя не был уверен, что хочу знать.

– «Чёрный ящик»! – ответила Эл. – Потом посмотрю, как всё было. Не бери в голову. Смываемся, пока нас не застукали!

Не иначе функция третьего поколения нашла глаз жертвы и взяла его с собой, чтобы увидеть предсмертные минуты.

Подруга вышла из туалета и побежала по коридору. Я хотел её догнать, ведь у меня в руках остался её рюкзак. Он был не застёгнут, а я так торопился, что всё рассыпал, и его содержимое меня удивило. Свалка, а не рюкзак! Почему там ещё не завелись мыши? Учебники, ручки, тетради, цветные карандаши вперемешку с грязными салфетками и высохшими корками от пиццы. А это что? Вилка?

Вот блин! Я начал быстро запихивать всё назад. И вдруг кто-то закашлял рядом. Передо мной стоял сам декан колледжа.

– Ой! Константин Сергеевич. Здравствуйте! – сказал я цыплячьим голоском.

До этого мы не были знакомы лично. Этот мужчина не был высоким, но его уверенная осанка обманывала зрение. Гордый вид делал его авторитетной фигурой среди коллег и студентов.

Я почувствовал себя неловко под прицелом этих ясных глаз.

– У вас окно, молодой человек? – Константин Сергеевич дёрнул брюки на коленях и присел, будто собирался помочь собрать вещи.

– В туалет вышел, – я сразу пожалел, что ляпнул это.

Там всё побито, грязь и вонища. И кто теперь будет главным подозреваемым? Верно!

– С вещами? Понятно… – ответил декан. – Разрешите полюбопытствовать: что это такое?

У его ног лежала открытая записная книжка с описаниями и портретами чудовищ! Он потянулся к ней. Но я не мог этого допустить, опередил его, захлопнул книжку и бросил в рюкзак.

– Какие интересные картинки, – Константин Сергеевич пригладил пальцами седые усы.

Я встал и спрятал