Узы Геркулеса - Жасмин Мас

У него что, фетиш на счет или что-то вроде того?

— Два.

У меня перехватило дыхание, и я сжала бедра.

Подождите... У меня?

Я подняла руку, открыв ладонь, как кукла. — Один, — сказала я, прежде чем он успел, посмеявшись над своей шуткой.

Ледяные пальцы обхватили мое горло — он оттолкнул меня, пока я не оказалась прижатой к грубому металлу. Он не смеялся.

Харон сжал тонкие точки пульса на моей шее, прижимая меня к искусственному дереву.

В замедленной съемке его лицо в маске приблизилось на уровень глаз.

Он надавил сильнее и перекрыл доступ кислорода к моему мозгу.

Через мою голову просочились чужие мысли, смесь эмоций и образов в сбивающей с толку куче.

Моя. Она моя. Нужно заявить на нее права. Контролировать ее. Обладать ею. Владеть ею. Уничтожить ее. Попробовать ее киску. Привязать ее ко мне. Защитить ее. Наказать ее. Нужно увидеть, как она подчиняется Августу. Пожрать ее.

Алые глаза контрастировали с белизной его маски.

Я ахнула.

Харон использовал свои хтонические силы — я могла слышать, что он чувствует.

Кровь отхлынула от моего лица.

Он был более животным, чем я могла себе представить. Уровень одержимости, исходящий от него, был непостижим.

Карэн был по-настоящему диким.

— Если не воспримешь это всерьез, стреляй в меня. — Его пальцы безжалостно сжались. — Ты не будешь спать неделю — мы будем держать тебя в заложниках в этой тренировочной комнате.

— Физическое... Не более т-того, — прошептала я.

Его чувства приняли мрачный оборот.

Харон оторвался от меня со сдавленным звуком.

— Ты ошибаешься. — Он втиснул пистолет мне в ладонь.

Пошел ты.

— Нет, не ошибаюсь. — Я прицелилась в его красивое лицо.

Харон резко свернул в сторону и увернулся; искусственное металлическое дерево взорвалось там, где только что была его голова.

— Ближе, детка, — дразнил он. Его хриплый смех разнесся эхом, и в нем была жестокая, резкая нотка. — Если бы это было только физическое, я бы трахнул и выбросил тебя, как я сделал с десятками других...

Пах. Пах. Пах. Пах. Пах.

Я выстрелила, ужас подползал к горлу при одной мысли о нем с другими людьми.

Харон засмеялся громче, пока я преследовала его, огонь, взрывы и крики Титанов эхом разносились вокруг.

Крича, я последовала за ним глубже в темноту. Это было место, где мы оба принадлежали.

— Алексис, куда ты идешь? — Голос Августа треснул, как кнут.

Очевидно, утопиться в душе.

— Стоять!

Я остановилась. Дрекс и Агата скрылись в раздевалке бункера.

Медленно я повернулась.

Харон свирепо смотрел на меня. — Тебя не отпустили, дорогуша. — Он произнес это ласковое слово как ругательство. — Они первыми пойдут в душ, а ты объяснишься. Дрекс задел одного из нас, а ты не попала ни в кого.

Патро и Ахилл стояли рядом, оба смотрели на меня сердитыми выражениями.

Замечательно, все злятся на Алексис. Просто праздник какой-то.

Я мысленно показала им всем средний палец.

— Желаешь объяснить свое выступление? — медленно спросил Август, жесткие черты его лица были неподвижны.

Мне не хотелось говорить, поэтому я промолчала.

Харон прищурился, и Август дернулся, словно у него был припадок.

Конечно, у меня был потенциал быть физически развитой и атлетически компетентной. Проблема в том, что я не хотела этого. Мне нравилось сидеть. Очень.

К тому же, я была частично слепа и глуха, так что вот так.

— ОТВЕЧАЙ МНЕ! — взревел Август.

— Не смей так разговаривать с моей подопечной, — огрызнулся Патро, скрестив руки на груди. — Мы разберемся с ее проблемами с производительностью в частном порядке. В конце концов, она выбрала нас.

Я подавилась от двойного смысла.

Харон повернулся с рычанием. Ахилл хрустнул костяшками пальцев, на которых было вытатуировано СМЕРТЬ.

— Вы, люди, когда-нибудь вообще замолкаете? — спросила я, пробормотав, искренне любопытствуя.

Харон замер. — Что ты сказала?

Я развернулась и отошла от них всех, рухнув на скамейку возле раздевалки, чтобы подождать в тишине.

Август последовал за мной и сел слева, в моей слепой зоне.

Я смотрела прямо перед собой.

Харон выбрал именно этот момент, чтобы агрессивно выстрелить по мишени через всю тренировочную комнату. В моем плохом ухе зазвенело от резкой обратной связи, а в висках застучала головная боль.

— Почему твоя меткость так плоха? — тихо спросил Август.

Я сохраняла бесстрастное выражение лица. — Понятия не имею.

Август издал звук недоверия, и сторона моего лица заколола под его пристальным взглядом.

Я взглянула.

Его полуночные глаза сузились от подозрения.

Казалось, он смотрит сквозь меня, прямо в мою душу. Он не знает о твоем глазе и ухе. Не паникуй.

Патро и Ахилл вели напряженный разговор на краю металлического леса. Ахилл подписал что-то про «Алексис, терпение, доверие» и «нужен план».

Мужчины думают, что они незаметны?

Когда Агата и Дрекс наконец вышли чистыми и в свежей одежде, мы впятером неловко двинулись к душам.

Патро и Ахилл свирепо посмотрели на моих мужей.

Харон поднял свой пистолет.

— Осторожнее, — мрачно сказал Август. — Я все еще старший наследник. — Его глаза наполнились кровью, и несколько капель стекли по щеке, оставляя след на его шраме.

Напряжение возросло.

— Ладно, — выплюнул Патро после того, что казалось вечностью. — Мы подождем... на этот раз. Но не забывай, она выбрала нас. — Он насмешливо ухмыльнулся.

Я скривилась на него. Прекрати их антагонизировать.

Ахилл нахмурился.

Харон толкнул Патро локтем,