Другие миры кроме этого - Стивен Кинг

Огнемет выдал еще один желто-оранжевый всполох и иссяк. Джек швырнул его в окно. Новые заряды застучали по лобовому стеклу, стоило ему выжать рулевой рычаг до упора влево. Переключаясь на повышенную передачу и вдавливая педаль газа в пол навстречу бьющему из Прорвы сиянию, он выкроил мгновение и помахал Мэри рукой из окна.

Она помахала ему в ответ.

Ярко светящийся Талисман рухнул в Прорву, озаряя ее тьму. Последние несколько красноголовых в ужасе бросились врассыпную.

Джек и Мэри рухнули вниз, навстречу загадке.

Груз доставлен.

3

Сияние угасло мгновенно. Уцелевшие красноголовые из клун-делах уставились друг на друга с ошеломленным видом людей, пробудившихся от глубокого сна и кошмара. Несколько человек развернулись и прыгнули в черную расселину в земле, улетая вниз вслед за «Колдуном», «Лазаро» и Талисманом. Двое из них, парень и девчонка, крепко взялись за руки. Два эха Чарльза Старкуэзера и Кэрил Энн Фьюгейт, Роя Киннестона и Тары Линн Спекхоффер, подарили друг другу поцелуй, а затем прыгнули вместе.

Остальные побрели прочь — кто-то умирать от лучевой болезни в Проклятых землях, а кто-то искать дорогу обратно к общинам живых. Раскаялись ли они? Навряд ли; раскаяние зависит от памяти. Лишь немногие из них найдут приют, по большей части у народа Мэнни, чьим главным символом веры оставалось прощение. Большинство вздернут на виселицах под их собственные крики, что они понятия не имеют, за что их казнят.

В вышине кружили две плунджи, дожидаясь начала пиршества.

Глухой стон донесся из недр земли. Камни, пыль и грязь водопадами посыпались в Прорву. Края ее осыпались вниз, и расселина начала — очень медленно — сужаться. Пройдет немало времени — делах-делах, можно сказать, — прежде чем она затянется окончательно, оставив лишь шрам на лице земли, но зловещая сила, обитавшая в ней, была поглощена Узлом Генерации Искусственного Интеллекта, который доставили Джек Сойер и Мэри Кли. Создатели разделили его — саморазвивающийся искусственный интеллект — надвое, когда осознали, что он превращается в бога. Артефакт, который призвал Узел — Талисман — выходил далеко за пределы технологий Древних. И то, что сила из Прорвы, возможно (но не обязательно), являвшаяся сущностью Алого Короля и вознамерившаяся призвать Дискордию, попутно уничтожила и Узел, — это, пожалуй, к лучшему. В конечном счете, несмотря на все свои благие намерения (А что, если они добрые? — не зря спрашивала Мэри), Узел — также известный как El Grande Plasum или Великий Плазум— мог оказаться таким же опасным и склонным глотать миры, как и клун-делах.

Да вы и сами видите.

Часть третья. Эхо гаснет, эхо остается

Конец одного часто становится началом другого.

— Фред Роджерс

Что посеешь, то и пожнешь.

— Поговорка

Глава 37

1

Нью-Йорк, Апрель 1976 года

Мэри Кли вздрогнула и очнулась от какого-то безумного сна, сидя на унитазе со спущенными до лодыжек штанами. Штанами из темно-синего льна, нижней половиной щегольского костюма, купленного ей в магазине «Анри Бендель» — жуткое расточительство, но первое появление на ТВ — вещь неповторимая. Даже если оно становится последним.

Неужели она уснула перед своим звездным часом? Или отключилась? Бабочек у нее в животе не водилось, так с какой стати ей отключаться? И кем вообще приходится ей этот Джек? Она не могла вспомнить. Не могла вспомнить даже его фамилию. Сотель, может быть?

Она сидела в туалетной кабинке в четверть восьмого утра, и возникни у кого сомнения насчет того, где именно эта кабинка расположена, плакат на двери быстро бы все прояснил. Реклама мыльной оперы под названием «Надежда Райана». Кабинка находилась в здании телекомпании ABC на Западной 66-й улице. Чуть ниже плаката красовалась наспех прилепленная наклейка в поддержку предвыборной кампании Картера и Мондейла. А еще выше какой-то остряк нацарапал: «Мечтай дальше, киса!»

Раздался вежливый стук в дверь туалета, а затем женский голос поинтересовался:

— Мэри? С тобой все в порядке?

— В полном!

Она спустила воду и подтянула штаны, стараясь не помять шелковую блузку, когда заправляла ее за пояс.

Появилась продюсер (или кто она там была).

— Ты меня малость встревожила, я уж думала, не сбежала ли ты. Такое, знаешь ли, случается.

— И упустила свой главный шанс стать звездой?

Продюсера звали Таня или Талли. Что-то в этом роде. Она подождала, пока Мэри вымоет руки, а затем повела ее в яркую гримерку — куча зеркал, усыпанных лампочками по контуру. В одном из кресел сидел Майкл Дуглас — до чего же хорош! — с салфеткой поверх пиджака и галстука. Он мазнул по ней взглядом и бросил:

— Ни пуха ни пера, юная леди.

Мэри посмотрела на себя в зеркало и убедилась, Бог

(и Ган)

свидетель, что она и в самом деле юная леди. Разве еще мгновение назад ей не было пятьдесят восемь и разве не вела она грузовик посреди бесплодной пустоши?

— Глупости какие, — обронила она, и Дуглас удивленно приподнял бровь. — Я имею в виду, желать ни пуха на утреннем шоу. Это ведь не «Макбет», в конце концов.

— Ну вот, теперь ты навлекла проклятие на всех нас, — заметил Дуглас и одарил ее таким взглядом и улыбкой, от которых внутри у нее сладостно екнуло.

Теперь ее сон угасал, теряя краски и детали, как обычно и бывает со снами.

Гримерша проворковала:

— Ты прекрасна, куколка. Буквально один штрих пудрой. Закрой глаза.

Она закрыла и увидела устремленные на нее янтарные глаза.

«Ричард», — подумала она.

А затем: «Надо же, сплю на ходу как древняя старуха».

— Нам пора за кулисы, — скомандовала Талли или Таня. — Сама знаешь, в прямом эфире пауз быть не должно.

Майкл Дуглас снова выдал свою фирменную улыбку:

— Ослепи их, леди Макбет.

— Леди у нас была Элис, — ответила она, отчего Майкл недоуменно наморщил лоб. Мэри разделяла его недоумение. Единственной Элис, которую она знала, была ворчливая старуха, жившая в квартире этажом выше.

И вот она за кулисами, дожидается своего выхода перед лицом Гану одному известно скольких миллионов зрителей. Конечно, это вам не «Сегодня» — «Доброе утро, Америка» АВС котировалось сугубо в дворовой лиге по сравнению с утренним шоу на NBC, — но все равно прилично. Мэри запустила руку в карман жакета от «Анри Бендель» и сжала в пальцах свой талисман на удачу. У каждого экстрасенса обязан быть талисман. Им оказался девятимиллиметровый патрон, идеально подходивший