Глазок. Сборник мистики и хоррора - Сергей Жоголь

Димка, почувствовав тепло женского тела, испытал страх, но с ним пришло и возбуждение. Кровь прильнула к животу, голова закружилась. Димка с силой сжал Славу в объятьях.

То, что произошло потом, было ужасно. Девушка отскочила, словно её окатили кипятком. Беспорядочно замахала руками. Скулы девушки напряглись, глаза округлились.

— Что ты творишь? Я же к тебе со всей душой, а ты… Я же думала, что ты не такой!

— Я… я не такой! Прости!

— Лезешь в душу, чтобы залезть в трусы́? Сволочь.

— Прости. Я сам не знаю, как это случилось.

Слава пятилась, споткнувшись о диван, упала на него, снова попятилась и упёрлась в стену. Рука девушки указывала на Димкину ширинку, на лице была гримаса.

— Фу-у! Ты что и вправду решил, что мы с тобой…

— Прости. Прости. Я так не думал, я не хотел, — Димка рефлекторно прикрыл руками пах. — У тебя есть твой Ромка. Я всё помню.

— Ты думаешь не головой, а тем, что у тебя в штанах! Если я сказала этим ублюдкам, что мы с тобой переспали, это вовсе не значит, что мы и в самом деле будем с тобой… Блин. Какая же я дура, доверилась тебе. Дура, дура. Ты такой же, как все. Вы все ублюдки.

Димку, словно окатили холодной водой. Напряжение тут же спало. А она и впрямь неадекватная. Говорила же, что её в психушке держали. Димка попятился. Слава, истерично всхлипывая, продолжала голосить:

— Я же сказала, что люблю Ромку, а ты не Ромка. Ты такой же, как все. Ты извращенец. Убирайся. Убирайся к своим друзьям. Я больше не хочу тебя видеть. Я вижу, как чёрная роза плачет розовыми слезами.

— Но, Слава…

— Не называй моего имени!!! — девушку трясло. — Убирайся!!! Пусть тот ублюдок, который бродит под окнами, которого вы все так боитесь, придёт сюда и прикончит всех вас!!!

— А ты?

— Я остаюсь! Видеть вас не хочу!

Димка на подгибающихся ногах, спустился вниз.

Прошло ещё несколько часов. Тихо звучала музыка.

Димка сидел на полу и держал в руках опустевший стакан. Голова кружилась, его подташнивало, ведь он никогда не умел пить. Яростные крики Славы всё ещё звучали в мозгу. Зачем я с ней связался? Слышал же от людей, что все эмо — параноики.

Танюха и Марик курили в коридоре. От Иринки Димка узнал, что пока они со Славой были наверху, Лео всё-таки снова дозвонился до полиции, и помощь уже едет. Танюха, в перерывах между перекурами, то и дело подходила к окну. Мужик с топором больше не появлялся, тем не менее, выходить на улицу больше никто не решался.

Лео снова пил и что-то напевал, на Димку поглядывал косо, но задевать больше не задевал. Как-то, проходя, шатаясь, мимо мраморной лестницы, Лео вдруг взмахнул руками и рухнул на паркет. Тут же раздалась грубая брань.

— Твою ж мать! Кто воду пролил?

Димка и Марик тут же подбежали. Лео сидел на влажном полу, держался за локоть и громко ругался.

— Да здесь кругом вода, — сказал Марик. — Сверху течёт и странная какая-то.

Жидкость разлилась до самого ковра, покрывавшего большую часть комнаты. Димка поднял голову. Со второго этажа, по лестничным ступенькам стекали розовые потоки. Нет, этого не может быть. Димка прошептал:

— Это он — маньяк, взобрался по козырьку.

Иринка побледнела.

— Да нет, скорее всего — она сама…

И тут до Димки дошло. Так вот что она имела в виду, говоря про розовые слёзы. Димка, ухватившись за перила, рванул наверх.

— Слава!!!

Лео, ничего не понимая, крикнул:

— Там что, воду прорвало?

Димка уже никого не слушал. Хлюпая тапками по мокрым ступенькам, он влетел на второй этаж и, пробежав по коридору, дёрнул ручку ванной комнаты. Дверь была заперта изнутри. Было слышно, как шумит вода. Из-под щели внизу извергались розовые потоки. Димка отступил и со всей силы ударил плечом в дверь, та не поддалась.

— Дай ка я, — подоспевший Марик отстранил Димку в сторону и мощно двинул ногой в область замка. — Качественные двери, не китайское говно.

Марик ударил ещё раз. Послышался треск, но дверь устояла.

— Слава, ты там? Открой сейчас же! — кричал Димка. Никто не отвечал.

Держась за ушибленный локоть, подошёл Лео, мокрый и злой, и протянул Марику кочергу.

— Попробуй этим.

Марик схватил кочергу и, просунув её в образовавшуюся щель, с силой надавил. Дверь поддалась, Марик отступил и снова ударил ногой. Дверь с треском влетела внутрь.

Вода мощной струёй извергалась из крана. Слава в одной чёрной тунике лежала в наполненной кровавой жидкостью ванной. Одна её рука свисала через край, красные капли падали с неё на мокрый пол. Теперь девушка вовсе не походила на куклу. Она была бледна, голова откинулась в сторону, обнажив тонкую шею. Чёрные от расплывшейся туши глаза были закрыты. Рядом на полу валялся нож с чёрной ручкой. «Это же тот самый, — ужаснулся Димка, — это же я оставил его лежать в коридоре, а она значит…» Димка закрутил вентиль и, подхватив девушку за подмышки, вытащил из воды. Потом перекинув через плечо, понёс в спальню, положил на кровать.

— Жива? — вошедший Лео был бледен.

— Может ей руки забинтовать? — поинтересовалась подоспевшая Танюха, на её лице застыла глупая усмешка.

Димка приложил руку к шее обмякшей Славы.

— Поздно. Пульса нет.

Марик строго посмотрел на Димку.

— Чего тут у вас произошло?

— Ничего!!! Просто я её хотел, а она меня нет. А ваши скотские шутки довели её до паранойи.

— Может что-то ещё можно сделать? — промямлил Лео.

— Чего ты тут ещё сделаешь? Холодная она! Труп! — подытожил Марик.

Димку трусило. Голова закружилась, спазм сдавил горло словно клещами. Нет же, нет, не всё ещё пропало. Что-то просто нужно сделать… Скорую? Да какая тут скорая?

Димка судорожно вспоминал, когда они поднимались по лестнице во второй раз, Слава держала руку за спиной. Значит, она уже тогда взяла этот проклятый нож. Я бы мог её отговорить, мог, но теперь…

— Если уж она решила вскрыться, то мы тут не при делах, — Лео мгновенно протрезвел.

— Это я оставил этот проклятый нож, — стонал Димка. — Чёрная роза, плачущая розовыми слезами. Она ведь намекала, что собирается убить себя, а я не понял и сбежал. Я мог бы её спасти, а я снова испугался, испугался её криков!

— Прекрати, мы тут не причём!

В спальню зашла Иринка.

— Доигрались, я же говорила, что ничего хорошего из этой затеи не выйдет. Это уже совсем не смешно.

Девушка с презрением смотрела на Лео, тот смотрел в сторону