Глазок. Сборник мистики и хоррора - Сергей Жоголь

— Что всё это значит? Не смешно? То есть до этого вам было смешно? Маньяк с топором, сломанная тачка, три трупа в полицейской машине? И теперь вот Слава.

Иринка схватилась за голову.

— Дурачок! Не было никакого маньяка! Ничего не было. Всё, что произошло тут за последнее время, — это лишь спектакль, розыгрыш. А вот твоя окровавленная девочка-эмо… Это всё он, — Иринка указала на Лео, — он придумал.

Димка отступил. Что же здесь происходит? Он перевёл взгляд на Марика, тот лишь пожал плечами.

— Как же так, ведь я видел того здоровяка своими глазами? Он размахивал топором. Танюха видела.

Танюха тоже опустила голову.

— Она только сделала вид, что видит, а ты поверил, — пояснила Иринка. — Потом Марик вышел во двор, потоптался там, вернулся и сказал, что видел следы. Пока ты тут трясся от страха, они с Лео вышли и вскоре вернулись, заявив, что машина сломана. Потом Лео ну, типа… позвонил в полицию.

Димка не верил своим ушам. Как они могли?

— Значит, никаких трупов, никаких полицейских не было? И УАЗик у ворот не стоит?

Иринка пожала плечами.

— Ты их видел? Нет? Ну и? Тебе, дружок, с самого начала пудрили мозги. Когда вы с этой крашеной кошёлкой остались в спальне, Марик нацепил на себя балахон, взял топор и стал бродить по двору и стучать по железным воротам гаража. Когда ты его увидел в окно и спустился вниз, мы все сделали вид, что собираемся спасать Марика от маньяка. Видел бы ты свою рожу в тот момент, когда Лео вручил тебе нож. Потом Марик скинул свою хламиду, вернулся и рассказал про якобы убитых полицейских.

Димка по стенке сполз на пол. Голова кружилась, в ней не укладывалось услышанное.

— А что же Слава, ты говоришь, что она не была частью вашего… вашей шутки?

— Эту девку мы сегодня увидели впервые. Я не решился оставлять её на дороге, боялся, что она заявит на нас, — вмешался Лео. — Она могла помешать нашей затеи, но выбора не было. Мы решили ничего не менять из задуманного. Поэтому ей тоже пришлось стать объектом нашего розыгрыша. Кто же знал, что она чокнутая и сотворит такое? Да… маньяк с топором, похоже, совсем её не напугал, — Лео усмехнулся.

Димка встал и гневно оглядел всех.

— И теперь она мертва. Чёрная роза умылась розовыми слезами. Всё как она и говорила. А виноваты в этом вы!.. Вы!.. И я! Вы, потому что вы бессовестные ублюдки, а я — потому что трус. Это мы! Мы дали ей умереть! — Димка ткнул пальцем в грудь Лео. — И заруби себе на носу, урод — никакая она тебе не девка.

— Да, прекрати, — Лео попытался улыбнуться. — Не сгущай краски. Она эмо. Для них характерно выставлять свои эмоции, свои чувства, напоказ.

— А что характерно для вас — зажравшихся детишек бесчувственных богатеев? Выставлять напоказ свои тачки и свои особняки, швырять деньгами и демонстрировать своих напомаженных красавиц, чтобы другие разрывались от зависти? А ещё, и это самое страшное, вам свойственно заводить друзей, таких как я, но не для того чтобы дружить. Вы любите иметь рядом с собой свиту и клоунов вроде меня, для того, чтобы всегда было можно кого-то мокнуть лицом в грязь… унизить. А потом посмеяться. Я же для всех вас просто шут. Вас же от этого прёт… и ещё как прёт. У эмо есть чувства, а у вас их нет. Гореть вам, твари, в аду.

Димка оттолкнул стоявшего в проходе Марика и выбежал из спальни. Он спустился по мраморным ступеням, вышел в коридор. Пока Димка надевал куртку и натягивал шапку, со второго этажа доносились отдельные выкрики. Иринка ругала Лео, тот назвал свою подружку дурой и истеричкой, предлагал убираться ко всем чертям. Марик и Танюха тоже собачились, но тише.

Димка усмехнулся, сунул ноги в кроссовки и открыл дверь.

Ветер утих, снегопад прекратился, и на линии чёрного как смоль горизонта показалось бледноватое светило. Чёрный горизонт и розовое солнце.

Чёрная роза снова плачет розовыми слезами!

Прежде чем Димка спустился по ступенькам, он услышал подрагивающий голос Лео, судя по всему, тот звонил отцу.

* * *

Талый снег, грязный и рыхлый, чавкал под сапогами. Ноги скользили и разъезжались, и чтобы не упасть приходилось то и дело хвататься за ветки и кусты. Роман злился, что выбрал именно этот путь, но двигаться по открытым дорогам было небезопасно. Он выругался и посмотрел вниз: полы шинели намокли, стопы увязли в серой жиже. Потянув ногу, он едва не оставил сапог в грязи, огляделся и увидел поваленное дерево. Присев на упавший ствол, Ромка стянул сапоги, вылил скопившуюся воду и принялся выжимать портянки. Пальцы на ногах посинели, руки тряслись.

— Похоже, простудился?!

Парня знобило. Он посмотрел вверх. Вокруг плотными рядами возвышались деревья. Тучи заволоки небо, солнце исчезло, и теперь даже по звёздам нельзя было определить, в какую сторону идти. Сомнений не осталось — он заблудился. Роман наспех замотал портянки и натянул сапоги.

— Что теперь? Эх, если бы не эта чёртова коробка!

Ночь приближалась.

1

Их привезли в часть уже под вечер. Створки ворот распахнулись и тут же захлопнулись, как только старый «ПАЗик», тарахтя, вполз на территорию полка. В тот день, кроме Романа, в часть прибыло ещё двенадцать человек. Когда новобранцы гурьбой вывалили на плац и выстроились, к ним приблизились двое: невысокий майор с усиками и чернявый верзила с нашивками старшего сержанта.

— Чёртова дюжина, — офицер осмотрел молодых солдат и остановил взгляд на Романе, замыкавшем строй. — Не повезло тебе, парень, ты тринадцатый.

— Плюс к тому рыжий, — добавил сержант и оскалился.

Новобранцы захихикали. Глаза Романа сверкнули, чернявый сразу ему не понравился.

— Заместитель командира по воспитательной работе майор Лещинский, — представился офицер. Он пропустил мимо ушей шутку старшего сержанта и начал вводный инструктаж. «Воспитательная беседа» длилась не меньше часа, по крайней мере, Роману так показалось. После долгой дороги хотелось завалиться в кровать, другие прибывшие тоже заметно подустали. Лишь рослому сержанту, похоже, всё было нипочём. Он стоял, откинувшись чуть назад и засунув большие пальцы за ремень. «Матёрый воин» жевал жвачку и разглядывал «молодёжь» с надменным видом победителя. Потом новобранцев повели в казарму, Лещинский растворился, и прибывшие остались наедине с чернявым сержантом.

2

Почему замкомвзвода Дёмин невзлюбил именно его, Ромка не знал. Может, тому не понравился взгляд, которым первогодок одарил бывалого «дедушку» при первой встрече, а может Дёма (таково было прозвище чернявого) просто решил