Время закрытия и другие истории - Джек Кетчам

- Ага.

- Хорошо, Сьюзи. Твоя мамочка упала, да? В ванной?

- Да.

- И она без сознания?

- А?

- Она не проснулась?

- Ох-ох.

- Ты можете сказать, дышит ли она?

- Не знаю...

- Мы займемся этим, - сказала Дана. - Не бойся, все будет хорошо. Ваша входная дверь не заперта, Сьюзи?

- Дверь?

- Ваша входная дверь.

- Я не знаю.

- Ты знаешь, как запирать и отпирать входную дверь, Сьюзи?

- Да. Мама показала мне.

- Хорошо. Я хочу, чтобы ты положила телефон - но только не клади трубку, не прерывай разговор, а просто положи его куда-нибудь, хорошо? И пойди посмотри, не заперта ли дверь. И если она заперта, я хочу, чтобы ты открыла ее, чтобы мы могли войти и помочь твоей мамочке, хорошо? Но не вешай трубку, хорошо? Обещаешь?

- Обещаю.

Она услышала дребезжащий звук. Телефонa о дерево.

Превосходно.

Через мгновение она услышала, как девочка снова взяла телефон.

- Алло.

- Привет, принцесса. Ты отперла дверь, Сьюзи?

- Ага. Она была заперта.

- Но ты ее открыла, точно?

- Ага.

Мне нравится этот ребенок, - подумала она. - Этот ребенок потрясающий.

- Отлично, Сьюзи. У тебя все отлично. Мы будем там через пару минут, хорошо? Всего несколько минут. Ты видела, что случилось с твоей мамочкой? Ты видела, как она упала?

- Я была в своей спальне. Я услышала сильный удар.

- Так ты не знаешь, почему она упала?

- Не-а. Она только что это сделала...

- Она когда-нибудь падала раньше, Сьюзи?

- Не-а.

- Принимает ли мама какие-нибудь лекарства?

- А?

- Принимает ли мама какие-нибудь таблетки? Маме бывает плохо?

- Она иногда принимает аспирин.

- Только аспирин?

- Ага.

- А сколько тебе лет, Сьюзи?

- Четыре.

- Четыре? Да ты уже неплохо пожила!

Хихиканье.

- Послушай, с мамой все будет хорошо. Мы уже в пути и о ней позаботимся. Ты ведь не боишься или что-то в этом роде?

- Нет.

- Хорошая девочка. Потому что тебе не надо думать о плохом. Все будет хорошо.

- Хорошо.

- У тебя есть родственники, которые живут поблизости, Сьюзи? Может быть, тетя или дядя? Кого-нибудь, кому мы могли бы позвонить, чтобы он приехал и пожил с тобой какое-то время, пока мы будем заботиться о маме?

- Бабушка. Бабушка иногда остается со мной.

- Отлично, кто твоя бабушка? Можешь назвать ее имя? Она небось твоя ровесница?

Снова хихиканье.

- Бабушка, глупышка.

Она услышала сирены на заднем плане. Хорошее время реагирования, - подумала она. - Совсем неплохо.

- Хорошо, Сьюзи. Через несколько минут полиция приедет к вам...

- Я вижу их через окно!

Ей пришлось непроизвольно улыбнуться, уловив волнение и нотки радости в ее голосе.

- Хорошо. Все закончилось. Они зададут тебе много тех же вопросов, которые я только что задавала тебе. Ты сможешь им все рассказать еще раз. Справишься?

- Да.

- Скажи им то же, что и мне.

- Хорошо.

- А потом придут другие люди, они будут одеты во все белое, и через несколько минут они подойдут к двери. Они отвезут маму в больницу, чтобы врач осмотрел ее и убедился, что ей стало лучше. Хорошо?

- Да.

Она услышала голоса, шаги, закрывающуюся дверь. Женский голос попросил девочку взять телефон.

- Пока.

- Пока, Сьюзи. Ты очень, очень хорошо справилась. Ты чудо!

- Спасибо.

И она это сделала.

- Офицер Минти, жетон номер 457. Мы на месте. Благодарим за работу.

Она рассказала Минти о бабушке, а когда все закончилось, сотрудник службы спасения Дана Кили сделала очень глубокий вдох и улыбнулась. Это было незабываемо. Четырехлетний ребенок, который, вполне вероятно, только что спас свою мать от утопления. Позже она обязательно проверит состояние Л. Джексон в больнице, но она была морально уверена, что у них здесь все в порядке. Тем временем ей не терпелось рассказать Чаку об этом звонке и храброй маленькой девочке на другом конце линии. Она знала, что ее муж будет гордиться ею. Черт возьми, она сама гордилась собой. Ей казалось, что она задала правильный тон в общении с девочкой - дружелюбный и легкий - и выполнила свою работу с ювелирной точностью.

Девочка даже на слух не была испуганной. Конечно, так все и должно было произойти, она была здесь, чтобы поддерживать спокойствие, но все же это показалось ей довольно удивительным. Ребенок. Четыре года. Маленькая Сьюзи, - подумала она, - совсем еще малышка. Она надеялась, что когда придет время для нее и Чака, у них будет достаточно родительских навыков и просто удачи, чтобы дети получились такими же хорошими, как она.

Ей было интересно, попадет ли эта история в вечерние новости. Она подумала, что это заслуживает упоминания.

- Невероятно, - сказала офицер Минти. - Маленькой девочке всего четыре года. Она знает достаточно, чтобы набрать 911, дает диспетчеру все, что ей нужно, имеет здравый смысл выключить кран и нажать на рычаг слива, чтобы ее мама не утонула, точно знает, где находится записная книжка ее матери, чтобы мы могли найти миссис Джексон, проводит нас в ванную, где мама лежит голая, вся в крови, ради всего святого...

- Я знаю, - сказала сотрудница службы спасения. - Я хочу быть такой же, как она, когда вырасту.

Минти рассмеялась, но, возможно, это было совсем не смешно. Очевидно, Лайза Джексон начала набирать утреннюю ванну и, когда ступила в еще текущую воду, поскользнулась и упала, потому что, когда ее нашли, одна сухая нога была перекинута через бортик ванны, а другая подкосилась под ней. Она ударилась о керамическую мыльницу с такой силой, что кровь из раны на голове брызнула до самой душевой штанги.

Для маленького ребенка это было ужасное зрелище.

Странно, что она не упомянула диспетчеру о крови. Раны на голове - даже такие, как у Лайзы Джексон, которые не казались ужасно серьезными - кровоточили как сумасшедшие. Для четырехлетнего ребенка, по ее мнению, это было очень страшно. Но ей было не страшно наблюдать за тем, как бригада скорой помощи везет ее едва потерявшую сознание мать в машине скорой помощи. Это была крепко сбитая девочка.

- Что вы узнали от бабушки?

- Она не хотела много