Кровавый сад - Алёна Моденская

Тома ступила на железный настил моста, и по нему тут же прошла гулкая дрожь. Два шага, и мост с грохотом вздрогнул так, что Тома на автомате вцепилась в перила, чтобы не упасть. Под ногами всё вибрировало, и даже зубы начали стучать. Оглушительный перестук стал ещё сильнее, и в сером тумане начали медленно проявляться чёрные фигуры. Длинные морды, острые уши, упряжь, длинные ноги с массивными копытами. На мост въезжала двойка чёрных лошадей, тянущих за собой карету Доры Гориной.

Держась за поручень, Тома обернулась. За Роминой спиной маячил оживший мертвец в лохмотьях. Куда теперь? В воду? Тома быстро глянула на зеркало озера, подёрнутого мутной плёнкой и мусором. И в лучшие времена нырять в эту лужу было не безопасно, а тут ещё работы по углублению, плюс история с Изи.

Кажется, всё. Приехали. Вернее, прибежали, а вот кто прикатил на шикарной чёрной карете, так и не понятно. Наверное, этот вопрос уже и не прояснится. Вернее, как раз прояснится, только рассказать об этом будет некому.

Лошади лупили копытами по мосту, будто вырастая из тумана. За их головами показалась верхушка кареты и кучер, напоминающий большой куль. Но тут за спиной раздался глухой звук вроде удара.

Тома, уже успевшая зажмуриться, открыла глаза как раз в тот момент, когда Вальпургия Карловна с размаха клюкой лупанула громилу-зомби под колено. Нога у него подогнулась, и он рухнул на мост, тогда бабушка ещё раз замахнулась и, будто топором, ударила его клюкой по макушке. Раздался хруст, и часть головы мертвеца немного отошла. И тут бабуля нанесла последний, сокрушительный удар, расколов голову громилы на части, как кокос. Однако это ему совсем не помешало и дальше бессмысленно перебирать конечностями по мосту и перилам.

Зато лошади вроде бы притормозили. Теперь они стояли на месте, топча копытами металлический настил моста, громко фырча и пуская густой пар из ноздрей.

— По что ты вылезла, а? — чётко произнесла Вальпургия Карловна, шагая по мосту прямо к лошадям. — Кто тебя звал?

Ответа не было. Кони лишь трясли головами и лупили копытами по мосту. Рома потянул Тому за руку, и они попятились, оказавшись за спиной Вальпургии Карловны.

— Говорили же вам, что ничем хорошим это ваше благоустройство не кончится, — бормотала бабушка, напирая на коней. — Нет, полезли. С рассуждением же надо ко всему подходить, тупые ваши головы.

Наконец она оказалась прямо перед мордами лошадей. Маленькая согнутая бабушка в платочке прямо напротив двух огромных голов. Да и странные это были лошади, будто здоровенные ожившие мумии в железной амуниции. И ноги у них — что скрученные кожаные жгуты.

Кучер привстал, вытянул руку вбок, потом размахнулся и развернул кнут. Длинная гибкая плеть сделала изящный круг и полетела прямо в бабушку, но та ловко отмахнулась клюкой от удара. Лошади беспокойно перебирали копытами, и тут кучер стегнул их так, что оба монстра разом заржали и встали на дыбы, метя в Вальпургию Карловну огромными копытами.

Но бабушка перехватила трость поперёк и выставила над головой так, что кони могли бы попасть по ней копытами. Но они лишь размахивали в воздухе согнутыми ногами, видимо, не решаясь задеть палку-перекладину. Вот, оказывается, как женщины раньше останавливали коней на скаку. Хотя такая бабуля, как Вальпургия Карловна и в горящий дом без проблем влетит. Если, конечно, не она сама его подпалила.

Ну и бредовые же мысли лезут в голову. И тут стало светлее — туман чуть рассеялся, пронизанный белыми лучами. Но не солнечными, а лунными, от почти полной луны в небе. Тома мысленно застонала. Только этого не хватало. Где бы сейчас помочь бабуле, да Тому при почти полной луне даже слабый ветерок запросто с ног сшибёт.

Что ж за день-то! Вальпургия Карловна продолжала размахивать перед мордами коней клюкой, а Тома кляла всё на свете. Подойти бы сейчас с той стороны и хотя бы внимание отвлечь. Стоп. А кто это там?

С обратной стороны моста к карете подходила какая-то девушка в платье и куртке. Да это же сама Тома! Снова приехали. Опять она раздвоилась. Точно — вон же она сама стоит, тупо вцепившись в перила, и таращится сама на себя.

Тома подошла к карете сзади и со всей силы пнула по колесу. Кучер на миг обернулся, и это дало Вальпургии Карловне возможность зарядить клюкой по мордам лошадей. Они громко завыли и беспорядочно заметались на узкому мосту, раскачивая из стороны в сторону грохочущую карету, которая, теряя устойчивость, опасно накренилась.

Кучер встал во весь рост и мощно стеганул коней, так что они наконец обрели направление и помчались вперёд, едва не затопотав Вальпургию Карловну, в последний момент успевшую отскочить в сторону.

— Это ещё кто? — спросил Рома прямо над ухом Томы.

Но она ничего не могла ответить — просто тупо пялилась на саму себя, причём сразу с двух сторон. От этой раздвоенности голова пошла кругом, мост под ногами будто закачался, и Тома чуть не упала. Хорошо, что сумела уцепиться за перила моста и повиснуть на них.

Вальпургия Карловна подошла и просунула руку под Томин локоть.

— Поднимайся давай, — произнесла бабуля, осматриваясь. — Неровён час она вернётся. Надо делать ноги, пока они есть.

— А вторая куда делась? — озадаченно спросил Рома, поддерживая Тому с другой стороны.

Но ему никто не ответил. У Томы на объяснения сил не было, а Вальпургия Карловна обернулась и что-то пробурчала себе под нос. Потом передала Тому полностью Роме и пошаркала по мосту в обратную сторону, где тупо барахтался громила с расколотой головой.

Бабуля повела над ним руками, и он, как примагниченный, пополз следом за ней, потом приноровился и побежал на четвереньках, как собака.

— Этого с собой возьмём, — произнесла бабушка, бодро топая по мосту. — Не оставлять же его тут.

Тома немного пришла в себя и даже попятилась, когда мужик с головой, торчащей кусками в разные стороны, оказался рядом. Не удержавшись, Тома всё же заглянула к нему в черепушку, но там лишь переваливалась тёмная густая жижа, похожая на сгнивший творог.

Вальпургия Карловна обернулась, указала клюкой на Рому и Тому и по-командирски произнесла:

— И вы двое. Марш за мной.

— Есть, — вяло ответил Рома.

Хорошо, что он придерживал Тому. Это не давало споткнуться, упасть и заснуть прямо на дорожке парка.

Так они