Возвращение в Навь - Татьяна Филатова

всему телу пробежали мурашки. Он стоял у крыльца и смотрел на покосившуюся избу ведьмы, не зная, как ему сейчас поступить. Он понимал, что должен войти в нее, а еще понимал, что это, вероятнее всего, было ловушкой, и за дверью его могло ожидать что угодно. Когда Сергей ступил на ступени крыльца, ему показалось, что у открытого, незастекленного окна что-то промелькнуло, но, отбросив страхи и сомнения, он поднялся и открыл дверь…

Внутри избы все было так, как и в доме Настасьи, но в то же время весьма отличалось: казалось, что все находилось на своих местах, как и оставил Сергей, однако весь дом изнутри была покрыт толстым слоем пыли и паутиной, которые просматривались даже несмотря на то, что внутри царил зловещий полумрак. Сергею показалось, что под потолком, откуда и свисала, словно занавеска посреди комнаты, паутина, сидел огромный черный паук, но разглядывать его он не стал. Он видел кровать Анастасии, на которой под слоем пыли даже не просматривался цвет оставшегося на ней покрывала; видел раскрытый сундук, что теперь был наполнен паутиной с белыми маленькими шариками в ней – паучьими яйцами, как понял Сергей, отложенными туда, вероятно, тем самым огромным черным пауком, что сидел под потолком. На столе стояли железные кружки, пустые стеклянные банки, которые также были покрыты пылью и паутиной. Все в этом доме указывало на запустение и забытье, но, несмотря на полумрак, Сергей увидел в дальнем углу ее – Анастасию. Она стояла недвижимо, повернутая лицом к Сергею, опустив подбородок на грудь и глядя на гостя исподлобья. Он не мог разглядеть ее отчетливо, ведь она находилась в тени, но светящиеся злостью глаза ведьмы Сергей видел ясно. Он понял, что с ее лицом что-то произошло: всматриваясь в него, ему показалось, что оно выглядело обезображенным, но что именно с ним случилось, Сергей, находясь на расстоянии около шести метров от Анастасии, разобрать не мог.

- Ну здравствуй, Сережа, - ехидно усмехнувшись изуродованной улыбкой, сказала ему ведьма. – Вот и свиделись.

- Где мой сын? – не двигаясь с места, спросил ее Сергей, с трудом борясь с желанием броситься на Анастасию и придушить ее.

- Поводила тебя Мара по закоулкам твоих снов, да? – продолжала ухмыляться Настасья. – Показала тебе сказку? Даже Генке голову снесла ради такого… Поделом ему. Но не волнуйся: ничего с ним не станется. Он же и без того уже помер. Наутро снова болтаться будет в своей петле.

- Где мой сын, ведьма? – теперь уже грозно повторил Сергей. Анастасия устало рассмеялась, и Сергей смог немного разглядеть ее лицо: половина губ как сверху, так и снизу, отсутствовала, обнажив зубы; кожа под одним из глаз была оттянута вниз настолько, что, казалось, глазное яблоко вот-вот выпадет из глазницы; щеки были покрыты волдырями, под которыми пролегли глубокие морщины, вызванные не старостью, а воздействием чего-то иного. Анастасия не выглядела старухой – она выглядела по-прежнему молодой, но перенесшей нечто ужасное, нечто, после чего простой смертный человек ни за что бы не выжил. Но она не была человеком. Больше не была…

- Он все это время был так близко, - с ехидством и ухмылкой проговорила она. – Он буквально был у тебя под ногами, но ты, как всегда, слишком слеп, чтобы видеть очевидные вещи. Его не может почувствовать нечисть Нави, но ведь ты его родной отец. Как же ты его не чувствовал?

- Где он? – сделал шаг вперед, отодвинув от своего лица свисающую с потолка паутину, в очередной раз спросил Сергей.

- У меня к тебе предложение, - проговорила Анастасия, и Сергей слышал, что говорить ей было нелегко. – Да, признаю: ты сделал меня слабее. Но на что ты рассчитывал? Убить меня? – она выдавила из себя ироничный смешок. – Наивный человек… Да, ты знатно меня побил… Но убить одну из самых сильных ведьм в Нави не так-то просто. Когда ты сжег мои кости, ты лишь отбросил меня на несколько этапов назад. Спасибо, что указал на мои слабые места – теперь я буду осмотрительнее.

- Ты сказала, у тебя есть для меня предложение, - с раздражением в голосе перебил ведьму Сергей.

- Ах да… - усмехнулась Настасья. – Твой сын по-прежнему в моей власти. Ты думал, что, убив меня, разрушишь мои чары. Что ж… Ты, возможно, прав. А, возможно, и нет, и тогда у твоего сына не останется никаких шансов.

- Ты блефуешь.

- А ты хочешь это проверить? – снова смешок. – Сережа… У меня нет сил с тобой бороться. Пока нет… Я обязательно верну себе свою власть, свое могущество, у меня есть для этого все необходимое, но сперва нужно закрыть вопрос с тобой. Видишь ли, Сережа… Ты лишил меня всех моих игрушек, распустил всех моих пташек, - она посмотрела в сторону раскрытого сундука. – Ты обязан за это ответить. Я предлагаю тебе добровольно остаться со мной в моей кукле, а я взамен верну твоего сына твоей дражайшей бывшей женушке.

- Где гарантии, что ты меня не обманешь? – спросил Сергей.

- Их нет, - язвительно ухмыльнулась Анастасия. – Тебе придется поверить. Душа твоего сына, как я уже говорила, все это время была буквально у тебя под ногами, но она спит. На нее наложен особый сон, и разбудить Ярослава могу только я. А иначе… Я думаю, ты прекрасно знаешь, что будет иначе: здесь он просто исчезнет, растворится, отправившись туда, куда отправляются души детей, а на том свете его тело будет предано земле. И все будут обвинять в этом тебя.

- Я соглашусь, только при одном условии: сперва ты освободишь Ярослава.

- Э, нет… - медленно замахала обгоревшим, полностью оставшимся без кожи указательным пальцем ведьма. – Я отпущу мальчика, а ты, пользуясь моим нынешним состоянием, снова что-то учинишь и увильнешь от своего наказания. Выходит, кому-то из нас все же придется поверить на слово, и это будешь ты, ведь это ты боишься потерять сына, а мне уже терять нечего – все, что можно было, ты у меня уже забрал… Я знаю, что ты придумал, как попасть в Навь, но продумал ли ты, как покинуть ее во второй раз? – Анастасия сделала шаг вперед, и у Сергея перехватило дух, когда он увидел ее обезображенное лицо. – Тебе все равно не вернуться, - попыталась усмехнуться она, оголяя половину своих зубов. – У той