Фантомные боли - Люсинда Берри

Я встала, пошатываясь. Роза обхватила меня рукой вокруг талии. Я поразилась, какая она тощая, сущий скелет, однако этот скелет сумел меня поддержать. Мы вышли из туалета и прошли по коридору к моей комнате.

– Да, тут не мешало бы добавить уюта, – заметила Роза, но тут же уточнила: – Конечно, только если тебе придется остаться. Но ты-то точно здесь не задержишься, так что не волнуйся. Забудь.

Я хотела ей улыбнуться, но губы не слушались. Кровать снова захрустела, как накануне вечером. Джинсы я снимать не стала, мне было все равно, лишь бы закрыть глаза. Отдохнуть.

– Я буду сразу за дверью. Дам тебе поспать час. Потом зайду и посмотрю, как твое самочувствие, – откуда-то из-за закрытых век послышался голос Полли.

– А меня знаешь, где найти. Я сегодня никуда не собираюсь, – пошутила Роза.

Я сосредоточила внимание на темноте под веками и отключилась от всего остального, не пуская мысли в голову. Они пытались вторгнуться, но я сразу их отгоняла. Сон накрыл меня как волна и принес видения той последней ночи с Эмили. Одна и та же сцена прокручивалась снова и снова, словно диск заело на повтор, – моменты перед тем, как я нашла ее в ванной.

Я шла по коридору, раз за разом, но стоило положить руку на дверную ручку, как меня отбрасывало назад к началу, и все повторялось. Я отчаянно рвалась вперед, пыталась открыть дверь и увидеть ее. Но заканчивалось все одинаково. Мне не удалось ни открыть дверь, ни увидеть Эмили. Я резко проснулась, словно и не спала, и увидела Полли – она сидела в коридоре на стуле, уткнувшись в свой телефон.

Полли заметила, что я пошевелилась, подняла голову и спрятала телефон в карман. Я молча лежала в постели, чувствуя себя полностью опустошенной, будто из меня выскребли все внутренности, как из тыквы, и выбросили.

– Тебе лучше?

– Да, – солгала я.

Я и сама не понимала, как себя чувствую. Тело казалось чужим и незнакомым.

– Уже собиралась тебя будить. – Она загнула уголок страницы книги, лежавшей у нее на коленях. – Мне жаль, что у тебя выдалось такое тяжелое утро. Тебе, наверное, очень трудно. Обнять тебя, может, легче станет?

Я покачала головой.

– Хочешь об этом поговорить?

Я снова покачала головой.

– Ну тогда пойдем к остальным, в общую комнату.

Мы вернулись в общую комнату. Я поискала глазами Розу и с удивлением обнаружила, что Шелли, Тоби и Дениз отодвинули стулья от стола и поставили их полукругом перед диваном, где та сидела. Шелли закатала рукав, обнажив руку, а остальные женщины разглядывали ее. Усевшись рядом с Розой, я невольно взглянула тоже. Рука Шелли напомнила мне тело Эмили – сплошное месиво шрамов, как будто ее затянуло и покалечило в каком-то механизме.

– Это вот последние, перед самой больницей, – показала Шелли пальцем, но я не увидела разницы между этими шрамами и остальными.

– Это ерунда, – сказала Тоби и, задрав штанину, продемонстрировала дырки на коже: одни совсем маленькие, другие размером с четвертак.

– А ты, значит, по ожогам? – спросила Роза. – Никогда этого не понимала. Когда режут – это еще куда ни шло, потому что можно заставить себя не двигаться и резать, но как стоять спокойно, когда жжешь себя? Ведь человек инстинктивно отдергивается, когда горячо?

– Нет. Это все только в голове. В этом весь кайф. – В глазах Тоби вспыхнула гордость. Я уже видела такую в глазах у Эмили. – Идешь против естественной реакции тела. Очень мощно вставляет.

Шелли повернулась ко мне:

– А ты что? Тоже резчица?

Я помотала головой.

– О как, а что же ты делаешь? – спросила Шелли с удивленным видом.

Я тупо смотрела на нее.

– В смысле?

– Мы говорили о группе по самоповреждению. Слыхали, что ты тоже будешь в ней с нами, а раз так, значит, ты себя режешь или еще что-то с собой делаешь, – объяснила Тоби.

– Тут явно какая-то ошибка. Меня не определили ни в какую особую группу.

Они переглянулись, посмотрели на меня, а потом улыбнулись друг другу, словно знали некий неизвестный мне секрет. Я взглянула на Розу в поисках объяснения или поддержки, но та лишь пожала плечами.

– Тоби, у тебя какая максимальная глубина? Я…

Полли перебила ее:

– Дамы, мне кажется, пора сменить тему. Разговор приобретает нездоровый характер.

Иногда я совершенно забываю о ее присутствии.

Шелли показала Полли язык.

– Ну и пожалуйста.

– Девочки, хотите сыграть в пики? – спросила Дениз.

– Конечно, – сказала Роза. – Элизабет может со мной в паре.

– Я не умею играть.

– Научим.

Мы переместились к столу. Женщины по очереди объяснили смысл игры и правила. Я была только рада отвлечься. Чтобы убедиться, что я все поняла, мы сыграли пробный круг. Женщины смеялись над моими ошибками и отпускали шуточки о своих мужьях и о разных происшествиях в психиатрии. Я разглядывала их с неменьшим интересом, чем свои карты. Казалось, они смеются совершенно искренне – но мыслимо ли чему-то радоваться здесь? Судя по шрамам, изнутри их терзала чудовищная боль. Как они попали в это странное место и кем были в прошлой жизни?

Я оставила вопросы при себе и молча играла в карты. Мы сидели за столом, пока не пришло время полдника, о чем возвестило появление работника больничной столовой с заставленной подносами тележкой и еще одного мужчины, который позвал Розу за собой.

– Зашибись. Мое любимое занятие, – бросила она, вставая из-за стола. – Увидимся, когда прибавлю еще пять фунтов.

– Просто невероятно – тощая как скелет, а сама думает, что толстая, – Шелли шептала, будто Роза все еще могла слышать ее. – Эти с РПП такие странные.

– РПП? – переспросила я.

– А, ну да, забыла, что ты по первой, – рассмеялась Шелли. – Расстройство пищевого поведения. Все, кого видела, – совершенно отъехавшие. Я их немного стремаюсь.

Я была другого мнения – Роза казалась здесь самой нормальной.

– Ну, а с тобой что такое? – спросила Шелли.

Вопрос застал меня врасплох, и к лицу прилила кровь.

– Я, м-м… думаю, просто… попала сюда.

– Просто попала, – повторила Тоби и закатила глаза, будто я чем-то оскорбила ее. – Сюда так просто не попадают. Здесь только долбанутые на всю голову. Остальные в других отделениях. – Она будто гордилась этим.

– Меня привезли сюда из больницы? – я словно просила какого-то разрешения.

Шелли и Тоби снова переглянулись.

– Мы все равно дознаемся, в чем дело, мисс тихушница, – пообещала Шелли. – Мы знаем обо всем, что здесь творится.

На вид Шелли было под сорок, но она напоминала мне противных девчонок из старших классов, которые вечно докапывались до Эмили, когда та заваливала математику, или обжималась с едва знакомыми парнями, или спала с их бойфрендами. Как и вчера, Шелли уложила волосы