Погружение в ад. - Александр Науменко

Подлетел Мюррей, замахиваясь паукообразным роботом, нанося мощный удар по затылку. Черепушка влажно хлюпнула, а клочки волос остались на механизме. Ева резко вывернула голову, с хрустом, на сто восемьдесят градусов, уставившись бельмами на мужчину.

— Дрянь! – закричал Кевин.

Мерзкая рожа Ной расплылась в жуткой улыбке. Она молниеносно поднялась, отбрасывая руку роботехника, вонзая большие пальцы ему в глазницы. Брызнули сопли, и мужчина завопил, отшатываясь назад. По щекам полились кровавые слёзы, а в горле послышался клёкот.

Вытащив из кармана швейцарский нож, Фридман бросился вперёд, на тварь, вонзая лезвие в грудь, валя чудище на плиты. Они оба рухнули, но археолог оказался сверху, другой рукой нанося удары по голове, в челюсть, нос, мерзкие чёрные губы. Костяшки обожгло болью.

«Что же это происходит?» — промелькнула в голове одинокая мысль.

Ева лишь тонко хихикала, издеваясь над жалкими попытками. Тогда Маркус ухватил поудобнее рукоять, и вонзил лезвие в шею, всё глубже и глубже, пытаясь отделить голову от тела. Полилась зелёная кровь, больше прозрачная, но с травянистым цветом. Рана постепенно расширялась, но, в конце концов, нож столкнулся с препятствием, уткнувшись в кость, позвоночник.

— Не смей смотреть на меня! – закричал археолог. – Я не виноват, ты, гребаная тварь!

Высвободив истекающее слизью лезвие, он вновь и вновь рубил и резал поганое лицо монстра, нанося жуткие раны, уродуя его. А из глотки демона по-прежнему доносилось ненавистное хихиканье, словно у заевшей куклы.

Наконец задыхающийся, Маркус отвалился назад, тяжело дыша, с хрипом выпуская из себя воздух. Сердце неприятно покалывало, а виски стучали, толкая кровь. Он тяжело поднялся на негнущиеся ноги, опираясь на стену, оглядываясь. Дул ветер, но как-то мимо него, прямо посередине храма, уходя наверх, по лестнице.

— Профессор! С вами всё в порядке?

К нему нерешительно приблизилась Мишель Шелдон, выступив из-за ближайшей колонны. Лицо девушки оказалось белым, а губы мелко дрожали. В руках она держала фонарь.

— Да, наверное, — неуверенно протянул мужчина, будто до конца и сам не понимал, жив ли ещё?

— Что с ней произошло?

Студентка кивнула на неподвижное тело Евы Ной в паре шагов отсюда.

— Я думаю, это заклинание.

Маркус откашлялся, ощущая ещё более сильную сухость, чем раньше.

— Мы вызвали в мир древнее существо, Пазузу. Его ещё называют Чумным ветром. И теперь не знаю какими бедствиями это всё грозит для нас.

Он приблизился к стонущему Кевину, помогая тому встать. Мюррей держался за свои глаза, а сквозь пальцы сочилась кровь. Точнее, за то место, где раньше они находились, а нынче была лишь влажная пустота.

— Помоги Генри, — приказал археолог.

Мишель бросилась к Вайсу, хныкающему, дрожащему. Шелдон то и дело косилась на неподвижное тело Евы Ной, но, по-видимому, существо умерло, так как лежало с наполовину отделённой головой.

— Это было большой ошибкой, — вздохнул Маркус. — Но кто мог знать, что эти слова смогут вызвать такие последствия.

— Но теперь ведь всё кончено? — с надеждой поинтересовалась девушка. — Она же мертва?

Студентка кивнула на аспирантку.

— Я надеюсь на это. А теперь, девочка, давай двигаться к выходу. Нам следует оказать помощь нашим товарищам.

Он позвонит в Шираз, и вызовет подмогу. Но сколько потребуется времени властям добраться сюда? И вообще следует ли их оповещать обо всём этом? Их лагерь располагался на ровной поверхности, уходящей на десяток километров, но все равно дальше тянулись горы. Так что если и прибудет помощь, то только на вертолёте. Да и местным жителям вряд ли понравится то, что сотворили американцы. Очередной конфликт с Израилем, а к США здесь относились, если не плохо, то подозрительно. И без того с огромным трудом удалось выбить разрешение на раскопки, а тут ещё такое...

— Мои глаза, — подал голос на лестнице Мюррей. — Что с ними?

Фридман поглядел на лицо роботехника, в пустые окровавленные глазницы, и промолчал. Ему стало дурно от увиденного. Конечно, медицина далеко шагнула, выбросив на рынок бионический глаз, но какие все-таки сейчас испытывает мучения Кевин, трудно просто представить. Да и Генри... Но у него лишь порваны щёки. Пластический хирург совершит очередное чудо, так что даже шрамов не останется.

— Скажи, что с ними, — всхлипнул мужчина дрогнувшим голосом.

— Нам нужно спешить, — ушёл от ответа археолог.

* * *

Они выбрались наружу, в пыльную бурю. Ветер дул с запада, неся ледяной холод. Впереди находились палатки, а возле них несколько автомобилей. Но глаз Фридмана упал на Хаммер H7, 37-го года выпуска, созданный для гражданских нужд. Их группа двинулась к этой машине, как вдруг со стороны послышались хлопки выстрелов, раз, другой. Следом раздался душераздирающий вопль и рычание. Явно там происходило нечто ужасное, скрытое за занавесом пыли.

— Какого чёрта, — простонал Мюррей, хватаясь за лицо, крича от попавшего в свежие раны песка.

— Проклятье! – выругался Маркус.

Щуря взгляд, он смотрел на приближающуюся быстро фигуру, нащупывая в кармане швейцарский нож, который так сильно выручил его внизу. Спустя пару секунд мышцы расслабились, но сердце по-прежнему продолжало биться сильно, причиняя ноющую боль. Это оказался всего лишь один из студентов, Сони Купер, молодой человек с рыжими волосами и худощавым телосложением.

— Профессор! – воскликнул тот изумлённо.

Парень затравленно огляделся, словно за ним шла погоня, а затем бросился к группке людей.

— Что здесь происходит? – потребовал ответа Фридман.

— Я… Я…Мать вашу, я не знаю! Просто некоторые из наших, вдруг изменились, и стали нападать на остальных. Их облик… Мне никогда не доводилось видеть ничего подобного.

Маркус сунулся было за руль, но вдруг замер, будто что-то припоминая. Затем, рывком вытащив из кармана наладонник, включил его, от изумления открыв глаза, в которые тут же сразу попала пыль. Но ему хватило той секунды, чтобы убедиться в правильном решении.

— Нужно уезжать отсюда! — прокричал Сони. — К гребаной такой-то матери!

— Садись за руль, — приказал профессор, отступая назад.

Археолог взял у Мишель фонарь, следя за тем, как Мюррей и Вайс устроились на заднем сиденье. Дверца Хаммера с грохотом захлопнулась, а Купер воззрился на мужчину, будто тот являлся сумасшедшим.

— Что, мать вашу, вы удумали?

— Нужно остановить всё это.

— Как?

Фридман покачал головой, подаваясь вперёд, удерживая