Вызов Хроноса - Ирина Малаховская-Пен

– А ты? – ехидно переспросил Игорь.

– Надо остаться. Обоим.

– Ну уж нет!

– Надо, Игорь! Просто нужно оружие. На всякий случай. Достанем и будем носить с собой.

– Так есть же оружие, – не понял Игорь.

– Ты дурак? Ты с ружьём будешь по деревне ходить?

– Да я вообще больше не хочу тут ходить! Мёртвый Марк – это слишком. Он же не собирается отказываться от своих полномочий, правильно я понимаю?

Белов пожал плечами. Сейчас, когда он говорил Игорю, что надо остаться, и быть заодно… и вооружиться – он сам себе поверил, и думал, что это выход. Не самый лучший, но выход. Быть начеку. Вооружиться.

– Да не откажется! – сказал тем временем Игорь. – Что он, дурак, что ли?

– Обереги не пускают их внутрь домов. В любое время, не только в день равноденствия.

– Знаю. Надя сказала.

Белов только головой покачал. Ему очень не хотелось покидать Позднее, в котором ничего не нужно было делать, чтобы быть бессмертным. Но если откажется Игорь, придётся либо уходить тоже, вместе с ним; либо искать союзников среди местных. А их было тут не так много, и Белов почти никого не знал. Не интересовался. Какое ему было дело до прочих жителей? Его и Игорь-то не особо интересовал. Просто если уж иметь союзников, то сильных. Хорошо бы ещё и умных, а этот дурак Соболева упустил…

– Видишь. Надя тебе помогает. Она тебе не враг. Нам.

– Ну, тебе-то само собой! – неприятно ухмыльнулся Игорь.

– Ты согласен или нет? Пистолеты я достану.

Белов протянул ему руку для рукопожатия.

– Эх… и чего я, дурак, просто не прошёл мимо тебя? Ладно. Но достань, и поскорее!

Они пожали друг другу руки. Провожая Игоря, Гриша сказал:

– Веди себя естественно. Виду не подавай, что боишься. Достану оружие – дам тебе знать. Где ты ещё найдёшь вечную жизнь на халяву, а?

– Слушай… а если нам их сразу… того, а? Не дожидаясь нападения. И будет нормальная деревня, без трупаков. Все живы, все счастливы. Не надо двое суток в году по домам прятаться.

– Игорь, ты же понимаешь, что тут никто не застрахован от смерти. От гибели, точнее. Никто из жителей, в том числе мы с тобой. Ну, убьём мы Надю с Марком… а потом кто-нибудь в погреб полезет, шею сломает, и будут новые живые мертвецы. Этих мы хотя бы уже знаем. А сбежать никогда не поздно. Пока попробуем остаться.

Игорь ушёл, а Белов, постояв минуту над рюкзаком, разобрал его. Вынул книги, травы, телефон. Он понимал, что Игорь предложил правильную вещь, хоть вслух и не согласился с ним. Начал приводить контраргументы. Но прав был именно Игорь. Вообще, можно было установить тут такой закон: умер – расстрелять. Пулю в голову, и всё. И это был бы правильный закон, логичный. Зачем вообще ходить по деревне этим тварям? Вот только была одна проблема. Белов любил одну из этих тварей. Любил и хотел. И рука бы у него на Надю никогда не поднялась. Никогда. Ни за что в жизни!

В груди что-то заныло. Гриша потёр грудь. Ему сто двадцать один год. Не хватало ещё скопытиться от инфаркта и пополнить ряды живых мертвецов…

Глава 36

Полупьяный Морозов проснулся от крика за стеной. Он помотал головой в попытке избавиться от хмеля, – целый вечер они с Костей дружно зарабатывали амнезию, – подскочил и выбежал из спальни. Соболев, весь в поту, метался по дивану и вскрикивал.

– Костя! Костян, слышишь меня? – Андрей потряс друга за плечо. – Проснись! Тебе снится кошмар.

Соболев вдруг мёртвой хваткой вцепился в кисть Морозова и снова вскрикнул. Потом отпустил Андрея и сел на диване:

– Я должен быть там. Она зовёт!

Встал и, покачиваясь, пошёл в сторону коридора.

– Да твою мать! – воскликнул Андрей, которому больше всего на свете в данный момент хотелось спать. – И что мне с тобой делать?

Он обогнал Соболева и запер входную дверь на ключ, после чего убрал его в карман. Пока Костя пытался открыть дверь в каком-то сомнамбулическом состоянии, Морозов забрал себе его комплект ключей, вернулся в гостиную и присел в кресло около балконной двери. На тот случай, если Соболев попробует выйти с этой стороны. Но сомнамбулический Костя, тыркнувшись в дверь пару раз и громко вздохнув, затих в коридоре. Андрей пошёл посмотреть и увидел Соболева лежащим на полу. Ну уж нет! Перетаскивать он его точно не станет. Морозов вернулся в кресло и вытащил из кармана телефон. Всего-то час ночи. Они, считай, только легли. Но от страха за Соболева Андрей почти протрезвел. Хорошо, что не протрезвел Костя. Алкогольное опьянение оказалось сильнее магической тяги. Это то, что пришло на ум Морозову. А вообще, неплохо бы уточнить у Лизы. В час ночи. А что делать?

«Спишь?» – написал Андрей ей в вотсап.

«Нет, – ответила девушка. – Что случилось?»

Морозов заперся в кухне, приложив к одному уху телефон с длинными гудками в динамике, а вторым, как локатором, ловя тишину в квартире. Точнее, малейшие нарушения тишины. Лиза сняла трубку на седьмом гудке. Говорила она тихо.

– Алё.

– А чего ты шепчешь? Ты же сказала, не спишь.

– Я не сплю. А бабуля спит.

– Ты у неё разве? – удивился Морозов. – Я же тебя домой отвёз?

– Мы с ней договорились, что завтра утром я помогаю ей тут. Ты меня отвёз, а я приехала к бабушке. Ну, чтобы рано утром не ехать.

– На чём?

– Андрей, это что, допрос?

– Да что ты! Просто… время тяну. Перед тем, как сказать, зачем звоню.

– Я поехала на своей машине. У меня тоже есть машина.

Андрей кивнул. Логично. Бабушка – состоятельная ведьма. У её внучки есть квартира в новостройке, есть и машина – что тут такого?

– Если не хочешь, чтобы бабушка услышала, ты же можешь поджечь свою травку. Как там её?

– Полынь тишины. А что? Мы собираемся долго разговаривать?

– Мне очень неудобно, что я вообще тебя беспокою среди ночи. Честно. Но тут такое дело…

Лиза требовательным шепотом сказала Морозову, чтобы он немедленно прекратил мямлить и рассказал, какое там у него дело. Он рассказал. Как мог. И о прошлых