Кейта: Дочь Леса. Книга 3 - Мария Эмви

Арслан подошел к костру и протянул руки к огню. Он не особо верил во все эти шаманские способности. Для него, степного воина, мир был прост и понятен: есть сила, есть сталь и есть враги, которых нужно убить. А все эти разговоры о душах и видениях были для него лишь женскими сказками. Арслан усмехнулся, опершись ногой на бревно.

— Ты что, хочешь сказать, что пока мы здесь мирно спали, наш улус, который с момента своего основания стоял нетронутым, просто взял и… вымер? Весь? От отравленного айрага? Ха-ха-ха, это самая нелепая история, которую я когда-либо слышал!

Но Арслан тщательно скрывал в своих насмешках зарождающийся страх. Если эта девчонка действительно владеет какой-то силой и эта новость была правдой, то это означало, что все, за что юноша боролся, все, ради чего он сюда пришел, рухнуло. Его дом, его народ, его прошлое и будущее…

— Это был не сон, Арслан, — тихо, но твердо ответила Кейта. Девушка уже оправилась от первого шока, заручившись незримой поддержкой Инсина, и теперь была полна холодной решимости.

— А что же тогда? — съязвил нойон. — Послание от ваших белок?

— Видение, — вмешался Инсин, косо глядя на своего брата. — Я верю Кейте, каждому ее слову.

— Ха, ну конечно, ты ей веришь! — Арслан смерил его презрительным взглядом. — Ведьмочка тебя, кажется, напрочь приворожила. Уже забыл, чья кровь в тебе течет? А, Сын Степи?

— Я помню, чья кровь, Арслан, — ответил младший сын степного хана, его голос был спокоен, но в нем слышалась угроза. — Именно поэтому и верю. Потому что знаю, на что способна Тьма, которой служит наш отец.

Между братьями повисло напряжение.

— Послушай, — выдохнула Кейта, пытаясь разрядить обстановку. Она обращалась к Арслану не как к врагу, а как к союзнику. — Я понимаю, что в это трудно поверить. Но я видела это так же ясно, как я сейчас вижу тебя. Степной улус в смертельной опасности. Если уже не…

— Хватит! — оборвал девушку Арслан, он не хотел этого даже слышать. — Это все ваши шаманские штучки! Морок, иллюзии! Вы просто хотите втянуть нас всех в свою войну!

— Нас хотят предупредить! — воскликнул Инсин, его терпение было на исходе. — Не время сейчас упираться рогами, как упрямый баран! Сейчас мы все в одной лодке, и эта лодка тонет, как ты не понимаешь.

— Да что ты понимаешь⁈ — взорвался Арслан, вскакивая на ноги. — Предатель, который сбежал к врагам? И ты, ведьма, которая чуть не убила моего старшего брата? Вы будете учить меня, что мне делать⁈

Юноша был напуган, и его страх, как это часто бывает, выливался в гнев.

— Угрожать Тьмой удумали, да вы поглядите! Не боюсь я вашей Тьмы, иначе бы меня здесь и не было. Даже если этот ваш Эрлик удумает сейчас напасть на нас, мои воины…

— Твои воины⁈ — прервала его Кейта, ее голос теперь тоже был полон ярости. — Посмотри вокруг, нойон! Посмотри внимательно!

Удаганка обвела рукой их жалкий лагерь, который только-только начал просыпаться.

— Здесь два десятка твоих воинов, уставших и деморализованных! А вон там горстка беженцев, женщин и стариков! Этот импровизированный лагерь и вовсе не способен сражаться! Да, мы можем отбить атаку небольшого дозора. Но если придет Эрлик и его новая армия…

Кейта отмахнулась, как от дурной мысли, после чего поднялась и подошла к Арслану вплотную, ее синие глаза горели так, что, казалось, могли прожечь его насквозь.

— Ты не понимаешь, Арслан. Речь уже идет не о битве с людьми, не о сражении кланов. А о сражении со страшной непостижимой силой, от которой можно ожидать чего угодно! Ты будешь рубить мечом того, кто соткан из твоего собственного кошмара? Будешь стрелять из лука в того, кто может просто исчезнуть и появиться у тебя за спиной? Твоя степная честь и воинская доблесть — все это превратится в пыль перед лицом такой угрозы!

Слова Кейты, полные страсти и ужасающей правды, наконец-то начали пробивать его броню.

— Мы не просим верить нам на слово, брат, — сказал Инсин, становясь рядом с удаганкой. — Мы просим тебя… подумать, как воин. Как стратег. Что, если Кейта права? Если прямо сейчас армия, которой не страшно ни железо, ни боль, идет, чтобы стереть с лица земли все, что осталось от нашего мира? Будешь ли ты и дальше сидеть, упиваясь своей гордыней? Или, наконец, откроешь глаза и встанешь с нами в один ряд?

Арслан молчал и смотрел на их серьезные встревоженные лица. На своего брата, на эту странную, пугающую, но такую сильную лесную ведьму. Юноша не просто понимал, он чувствовал, что ему не лгали. Мир рушился на глазах, и Арслану было страшно, очень страшно. Но он был сыном хана и не имел права показывать свой страх. Арслан стоял, переводя смятенный взгляд с Инсина на Кейту. Степной воин слышал их слова, и его разум, привыкший к четким приказам и понятным целям, отчаянно сопротивлялся. Армия мертвецов? Сражение с собственными кошмарами? Это звучало как бред сумасшедшего, как сказки, которыми пугают маленьких детей у костра! Но Арслан не был слепым, он видел, что творилось с отцом в последние недели его правления. Видел его пустые, лишенные света глаза. Ощущал ту странную, давящую ауру, что исходила от него, заставляя даже самых смелых воинов опускать глаза. Они с Мунко не просто так покинули улус, отправившись в этот долгий, бессмысленный, как казалось, поход. Они бежали от безумия, которое, как заразная болезнь, расползалось из ханского гэра, отравляя все вокруг. Родной дом бросать не хотелось, но и тонуть в одном болоте с жертвой непонятной сделки с темной силой было не лучшим решением. А теперь эта ведьма, эта Дочь Леса, дала этому безумию имя — Эрлик. И все встало на свои места.

— Абаасы вас всех побери… — Арслан провел рукой по лицу, стирая остатки сна и упрямого недоверия. Он посмотрел на эту невозможную парочку, на своего брата-предателя и колдунью, и горько усмехнулся. — Не думал, что докачусь до такого.

Юноша со всей силы хлопнул себя ладонью по лбу.

— Сотрудничать с братом, который бросил нас всех и якшается с врагами. И с ведьмой из шаманского клана, который нас с самого детства учили ненавидеть и презирать. Великое Небо! Если мой дед видит это с небес, он, наверное, умер во второй раз. От стыда.

Несмотря на всю сюрреалистичность и унизительность этой ситуации, Арслан понимал, что