Вызов Хроноса - Ирина Малаховская-Пен

Она что-то там бормотала – то, что в её сознание вкладывалось годами. С детства. От лукавого? Что ж… может быть. Гриша никогда не задумывался. Слушать убеждения Даши ему было неинтересно. Он пробормотал заклинание и исчез. Даша вскрикнула.

– Гриша! Где ты?

– Я тут, – спокойно ответил он. – Просто ты меня не видишь.

– Гриша! – с отчаянием в голосе повторила Даша.

Точно! Она же и не слышит его. Гриша появился.

– Прости… не хотел тебя напугать.

– Где ты был?

– Просто скрыл себя. Успокойся.

– Но ты… ты человек?

– Конечно. Самый обычный человек. Просто умею колдовать.

Он усадил Дашу в кресло, присел перед ней на корточки и взял руки девушки в свои:

– Я не знаю, что такое магия. Но как она может быть злом, если лечит болезни? А кого исцелила твоя вера, а?

Даша молчала, потупившись. Гриша со вздохом поднялся на ноги.

– Я тебя не неволю. Не хочешь со мной быть – не надо. Я думал, из нас выйдет отличная команда. Поездим по стране, поживём в своё удовольствие.

Даша подняла глаза:

– Я согласна. Но мне нужно в Москву. По одному делу, ненадолго. Поможешь мне?

Белов уже знал, что всю семью Даши расстреляли. Она одна уцелела и была выслана в Сибирь.

– Месть? – спросил он.

– Да! – горячо воскликнула Даша. – Да! И потом будем жить, как ты хочешь. Где хочешь. Сколько хочешь.

– Что даст тебе месть? Я вот сейчас как раз собираюсь проводить ритуал, чтобы избавиться от навязчивого духа матушки моей. Тоже та ещё была ведьма. Сгубил её батя, а она мести теперь требует. А я не хочу. Ну не хочу я! Что мне это даст? Лишний грех на душу? Так я и так по горло в них погряз. И тебе не советую, Дашенька.

Он говорил горячо, старался, чтобы звучало убедительно. Но у Даши глаза уже горели праведным огнём. Она вскочила с кресла, потянулась обниматься и ворковать, что любит, и на всё готова, и на всё согласна, но сначала они должны сделать, как она просит. Иначе не будет ей покоя до конца дней.

Гриша, скрепя сердце, согласился. Выправил им документы на другие имена. Они ехали в Москву в отдельном мягком купе. Как и обещал, Гриша рассказывал Даше по дороге о возможностях магии, а она что-то там себе мозговала – строила планы. Как использовать Гришины способности, чтобы добраться до своего кровного врага.

– Ты сама собираешься убивать того, кто приговорил твоих родителей?

– Конечно! Иначе в чём смысл?

– Странно… когда я тебя увидел, мне показалось, ты – добрейшей души человек. В Бога веришь, опять же. За магию мне пеняла. И хочешь руки об чекиста замарать.

– Хочу, – упрямо сказала Даша. – Это принципиально. Он приговорил моих родителей и брата без суда, без следствия. А меня, видишь, пожалел. Ну так не надо было жалеть.

Она сильно сжала руку Григория. Он отмахнулся от дурного предчувствия, и продолжил рассказывать Даше о магии. Он как раз нашёл заклинание вечной молодости и планировал его использовать.

– И можно жить вечно? – Даша распахнула свои прекрасные глаза.

– Нет, вечно всё же нет. Но можно продлить себе жизнь на очень приличный срок.

– Здорово! – воскликнула девушка. – Какой ты у меня… сильный, могущественный. Необыкновенный!

Белов был ведьмаком, магом – не провидцем. С годами в бесконечных практиках он натренировал третий глаз, получил доступ к ясновидению. Не на сто процентов, но краем глаза мог заглянуть в будущее. Но не тогда. Тогда он и близко не мог предвидеть. Только тоскливое тянущее чувство в груди поселилось у Гриши, когда он согласился помочь Даше. Что было дальше, что с ними случилось в Москве, он предпочитал не вспоминать. Всю жизнь он потратил на то, чтобы забыть тот кошмар.

Даша выполнила то, зачем приехала в столицу. А потом погибла сама. Они были невидимы, когда покидали учреждение в доме номер одиннадцать на Большой Лубянке, но в ВЧК поднялась паника, началась погоня и стрельба до того, как они ушли. До сих пор Гриша не разгадал эту загадку: почему молодой парень в кожанке и кепке вдруг выстрелил им вслед и попал в Дашу. Белов точно знал, что они невидимы. На все сто знал. Голову готов был дать на отсечение. А чекист с лицом человека из народа – Грише были знакомы эти лица, он вырос в деревне – взял да и выстрелил. Девушка споткнулась и начала падать лицом вперёд. Гриша обернулся и посмотрел туда, откуда прогремел выстрел. Чекист стоял в окне и пристально всматривался в никуда. Винтовку он опустил и держал в руке.

У Даши в сумке был пистолет – орудие её мести. Белов заколебался. Хотелось выхватить оружие и выстрелить в чекиста. Но что это ему даст? А вдруг Дашу ещё можно спасти? Он подхватил её на руки и унёс с улицы. Вернулся в квартиру, которую они наняли с Дашей. Там он понял, что его подруга окончательно и бесповоротно мертва. Магия многое может. Но людей из мёртвых она возвращать не способна. Так, по крайней мере, думал Белов, пока к нему не пришёл Марк и не позвал в Позднее.

Убегая с Дашей на руках, Белов не видел, как из здания высыпали молодые люди в кожанках, с винтовками. И как тот самый чекист, взгляд которого Гриша поймал в окне, вглядываясь себе под ноги, прошёл несколько метров от конторы и увидел темное пятно на булыжнике. Он присел на корточки и мазнул рукой по камню – пальцы окрасились свежей кровью. Ай да Ваня, ай да молодец! Не зря глава ВЧК ценил в нём необыкновенное чутьё. Но в кого он попал, если тут никого не было?

– Что у тебя, Иван? – окликнули его.

– Ничего. Пусто, – ответил чекист, вытирая кровь о кожанку.

Кожанке было не привыкать.

Долгое время Гриша не пользовался магией вечной молодости. Горевал, тосковал по Даше. Только достигнув сорокалетия, начал практиковать омолаживающую магию.

Долгое время Григорий Белов невыносимо скучал по любимой, которой он обещал продлить магией жизнь и молодость. И которая так нелепо погибла, потому что была охвачена жаждой мести. И тосковал, и запрещал себе и тосковать. И вообще вспоминать о ней. Как бы он пережил это без