Ведьмина застава. 13 жутких историй - Антология

легче. На душе было неспокойно, возникло странное чувство тревоги, он как будто ощущал, что произойдет что-то плохое. Похожие чувства он всегда испытывал в школе по понедельникам. Но в итоге ничего дурного не случалось, и беспричинная тревога уходила сама собой. Парень подумал, что, возможно, тут то же самое, ничего особенного, просто негативная волна – как пришла, так и уйдет.

Странное случилось позже. Когда студенты вышли из двора и закрыли калитку, рядом с домом прямо в землю ударила молния. Начался сильный ливень. Никто даже не подумал возвращаться в дом старухи, ребята просто бросились бежать по улице.

Уже на остановке дождь стал утихать. Серега спросил:

– А почему мы не догадались в какой-нибудь заброшенный дом залезть? Хоть бы на крыльцо или в сарай. Промокли до нитки, а до автобуса еще час.

– Я подумал, что лучше промокну или сгорю от молнии, но ни в один из этих стремных домов не полезу. Они мне совсем не нравятся, – стуча зубами, сказал Диман.

– Испугался, что ли?

– Нет, там нечего бояться. Но есть у меня чуйка, которая еще ни разу не подводила. Вот и в этот раз я ей доверился. Не нравятся мне ни эти дома, ни бабка. Хрен с ним, с дождем. Домой приедем, там согреемся.

– Ну ты, Длинный, даешь, экстрасенс прям, – в своей манере съязвил Серега.

Женя промолчал, но он был полностью согласен с Диманом. Что-то нехорошее было в том месте, и студент надеялся, что никогда больше не пойдет туда даже днем, не то что ночью.

Дрожа от холода, практиканты дождались автобуса. На одной из остановок зашел Титька и, увидев троицу, спросил:

– Ну что, парни, удалось найти старушку на Пролетарской?

– Удалось, но лучше бы ты нам про нее не говорил. Стремная она какая-то, прям как наша жизнь, да и замотались мы туда-обратно ходить, под дождь еще попали, – ответил Серега.

– А мы хотели завтра туда пойти. Или думаете, что не нужно?

– Вы, конечно, как хотите. Но мы туда больше ни ногой, вон на Женька посмотри, бледный, как побелка в сортире. – Серега хлопнул сидящего впереди Женю по плечу, потом снова обратился к Титьке: – А как ты про бабку узнал?

– Ну, около вокзала тетка ходила странная – наверное, сумасшедшая. Она, когда нас увидела, сказала: «Пролетарская, Пролетарская, там живет женщина старая, не ходите туда». Ну а я что? Спросил у местных, говорят, да, живет. Вот вам и посоветовал.

– А мы как отмычки были, получается? Нас для проверки решил отправить?

– Нет, конечно, просто хотел вам помочь…

– Ну спасибо, помощничек. – Серега вздохнул, помолчал, затем добавил: – Фиг с ней, с бабкой, записали – и ладно. Хоть что-то…

* * *

На удивление, остальная часть практики прошла лучше. Мама Димана подбросила идею, которая в итоге помогла ребятам закрыть практику: найти активную бабулю, дать ей сборник русского фольклора и попросить начитать на диктофон. К пятнице злополучные триста единиц были записаны.

На выходные Евгений решил не ехать домой, а заняться расшифровкой. Парни уговорили остаться ночевать у них, хозяев съемной квартиры Женя предупредил, что уже с пятницы его не будет, а вернется, скорее всего, в понедельник.

Вечером в пятницу было решено отметить окончание практики: приготовить мясо, выпить пива и посмотреть какое-нибудь кино на диске.

Серега занялся мясом, Димка пошел на часок к Анжеле, пообещав на обратном пути захватить пиво, а Женя, чтобы не мешала громкая музыка на кухне, уселся в маленькой спальне и по совместительству рабочей комнате со столом и компьютером. Ему хотелось побыстрее начать расшифровку, чтобы наконец закончить с практикой и отправиться на долгожданные каникулы.

Включив записи диктофона, на которых Женя слышал себя, друзей и поговорки от жительницы Верхних Хом, он достал тетрадь, ручку и методичку по оформлению практики. Поговорки сменились записью, сделанной на Пролетарской. Женя услышал, как говорит: «Готово, Евдокия Степановна, рассказывайте!» – и, как только зазвучал тот самый плач неволи, его вновь передернуло. Чувство непереносимой тоски и беспричинного страха вызывало желание забраться под одеяло с головой, как он делал в детстве, и никогда не вылезать оттуда. Он бросил взгляд на окно: вместо привычной зелени улицы и домов напротив взору предстал очень густой туман, сквозь который ничего нельзя было рассмотреть. На долю секунды Женя увидел в окне улыбающееся лицо Евдокии Степановны, она пристально смотрела на него.

Парень пулей вылетел из комнаты.

На кухне громко звучали песни группы «Король и Шут».

– Серый, ты тут?

– Чего орешь как резаный, думаешь Горшка перекричать? Не получится. – Серега невозмутимо резал мясо на разделочной доске. – Ты бледный какой-то, опять, что ли, давление?

– Прикинь, я сейчас в окно видел туман и ту странную бабку, которую в Хомах записывали.

– Ту стремную с Пролетарской?

– А какую еще. Запись на диктофоне включил, после этого она в окне появилась. Посмотрела на меня, жутко улыбаясь, и исчезла. Туман тоже исчез.

Серега посмотрел на него как на дурака.

– Братан, вот зачем ты сегодня вообще этой ерундой стал заниматься? Вечер пятницы же. Отдохни, Длинный скоро пиво принесет, поужинаем. Че ты начинаешь?

– Да ничего я не начинаю. – Люмену стало обидно, что его приняли за психа. Но он понимал, как его слова звучали со стороны, поэтому не собирался спорить и что-то доказывать другу.

Серый молча направился в спальню, после чего вернулся к Жене на кухню уже с диктофоном.

– Смотри, ну, точнее, слушай: в бабкиной записи ничего особенного, обычная старуха, как и остальные.

Серега еще раз включил запись, и отрывок с речью Евдокии Степановны действительно не отличался от остальных.

– Женек, давай сделаем вид, что этого разговора не было. Ну, всякое бывает, всякое видится. Жизнь вообще сложная штука.

– Да, ты прав. Расшифровкой завтра займусь, давай картошку почищу, пока ты мясо готовишь.

Ему стало немного стыдно перед Серегой. Понятное дело, тот друг и спустит все на тормозах. Может, пару раз пошутит да и забудет. Но вот Женя чувствовал, что теперь еще долго придется прокручивать эту ситуацию в голове: такой уж был у него характер, всегда было сложно забыть неприятные моменты.

* * *

Диман пришел в районе восьми вечера с пивом и довольной улыбкой на лице.

– Че, с Анжелкой неплохо провели время? – пошутил Серый.

– Спрашиваешь тоже. Так, с вас по пятьдесят рублей за пиво и сухарики. Пятилитровая баклажка дешевая оказалась, сто двадцать рублей.

– Мы мясо и картошку приготовили, ты нам за это скинешь?

– Ну, это же у нас давно было в холодильнике. К тому же из дома