Ведьмина застава. 13 жутких историй - Антология

Здравствуйте, молодой человек. Тебя Женя зовут, правильно? Мне отец Артемий еще вчера позвонил. А теперь расскажи все как есть, с подробностями. И даже не сомневайся: уж кто-кто – а я точно тебе поверю.

За время рассказа Ирина Ивановна ни разу не перебила студента, а когда тот закончил, еще минуту молчала, о чем-то раздумывая.

– Твоему другу, Сергею, нужна помощь, но врачи здесь ничего не сделают, а вот мы постараемся, – уверенно сказала она.

– Так что с ним в итоге? Это как-то связано с той самой Евдокией Степановной? – спросил Женя.

– Перед тем как я тебе расскажу, должна предупредить. Все, что ты сейчас узнаешь, может противоречить твоему мироощущению. Ты, скорее всего, не поверишь. Но если все-таки поверишь, у тебя будет два выхода: хранить тайну или забыться. Многие выбирают второй вариант.

Сердце Жени начало стучать быстрее. «Неужели потустороннее все-таки существует? Не то, про которое говорят шарлатаны-экстрасенсы, а настоящее – то, что действительно можно увидеть?» – подумал он.

– Вы поверили мне, а я поверю вам.

– Хорошо. Так вот, вы с ребятами, сами того не ведая, освободили Туманницу. Это темное существо, наводящее морок на жертву и поедающее его позитивные чувства. Встретившись с ней, человек начинает плохо спать, видеть кошмары и часто слышать угнетающую музыку. Очень быстро он впадает в затяжную депрессию и заканчивает жизнь самоубийством. Иногда умирает от сердечного приступа или припадка.

Женя хотел что-то спросить, но Ирина Ивановна продолжила:

– Ты обещал выслушать до конца. Туманниц осталось мало, я даже думала, что их всех истребили еще лет сорок назад, но нужно будет поднять архивы. Существо, которое охотилось на тебя, было голодным. Не знаю, как оно продержалось столько лет без еды, но теперь убивает быстро. Тот мужчина, Виктор, мертв, потому и приходил к тебе в видениях. Обычно Туманница наводит на жертву морок и долго мучает, но Виктор был слаб, из-за этого погиб так быстро. С Сергеем есть еще надежда.

– Я вчера сходил в церковь, и мне спалось лучше. Но музыку я все равно слышал.

– Туманницы – как клещи, если они наметили себе жертву, то уже не отпустят. Поход в церковь временно убрал часть симптомов, но не избавил от болезни. Надо уничтожить темное создание, тогда и Сергей, надеюсь, поправится.

– А когда Сережа набросился на меня, он был в собственном сознании?

– Не совсем. Как я и сказала, Туманница голодна и не стала выжидать. Она хотела, чтобы Сергей тебя убил, а сам покончил с собой, тогда она бы насытилась вволю и на какое-то время успокоилась.

– А как она освободилась? Я не совсем понял.

– Ее кто-то запечатал, она не могла покинуть пределы дома, в котором находилась. Прикидывалась немощной старушкой. В диктофонную запись она через заклинание вложила свой дух и покинула дом, как только запись была проиграна.

– Стоп. Вы сказали, что кто-то запечатал ее. А кто это мог быть? И кто вы на самом деле? Вы знаете слишком много про Туманниц.

– Мы зовем себя «Изгои». Не потому, что мы нелюдимы или что-то подобное, а в другом смысле. Уже много веков Изгоями с большой буквы называют людей, изгоняющих злых духов и борющихся с нечистью. До революции в каждом городе было отделение, потом их стало значительно меньше. Сейчас и подавно. Кто-то погибает, кто-то с семьей переезжает в большие города, и тогда за маленькими городами и деревнями уже некому присмотреть.

– И про вас, получается, никто не знает? Даже милиция?

– Ты прав, не знают. И ты, если захочешь, тоже сможешь забыть. После уничтожения нечисти мы проводим обряд отпущения увиденного. Люди забывают все, что связывает их с паранормальщиной.

– И много вас таких?

– Здесь четверо всего. А соседнее отделение в трехстах километрах отсюда.

– Мало человек на такую площадь, – прикинул Женя.

– Мало, но деваться некуда. Все, кто занимается этим, – добровольцы, вынужденные зарабатывать на жизнь другим трудом. А за риск никто не платит. Смешно, но Изгои и под общепринятое понятие тоже подходят: одинокие, отверженные, изгнанные из традиционного миропорядка. Нас мало, и нужна твоя помощь. Как минимум прошу, чтобы ты показал нам то место в Верхних Хомах.

– А разве Туманница не поселилась в доме, в котором нас мучила? Там, где умер Витек и Серега впал в кому?

– Там только ее дух. А нужно уничтожить тело и гнездо. Желательно сжечь. Сейчас карту района достану, покажи на ней, пожалуйста, улицу.

– А можно мне с вами? – Женя без раздумий предложил помощь. Он с детства мечтал участвовать в чем-то подобном и ни за что не упустил бы такой шанс.

– Это опасно.

– Я хочу воочию посмотреть, как работают Изгои. К тому же вы говорили, что вас мало, вот и помогу, чем смогу.

– В таком случае мы отправимся туда сегодня ночью. Днем показываться нельзя. Могут вмешаться местные, и тогда жертв не избежать.

* * *

Весь оставшийся день Женя был как на иголках. Он не мог расслабиться, только и делал, что ждал вечера. Позвонив Диману, он узнал, что хороших новостей о самочувствии Сереги ждать не стоит, но очень надеялся, что сегодняшней ночью сможет ему помочь. Однако Женя так до конца и не осознавал, как уничтожение нечисти, которая, оказывается, существует не только в сказках, но и наяву, исцелит его друга. После разговора с Ириной Ивановной он больше не обижался на Серого, понимая, что во всем виновата Туманница.

Наконец в окне моргнули фары автомобиля: за ним приехали.

* * *

Это был уазик, обычный серый уазик. В нем уже сидели трое: водитель лет сорока, его имени Женя еще не знал, рядом Ирина Ивановна, а сзади отец Артемий, но не в церковной рясе, а в обычной одежде – джинсах, толстовке-балахоне.

– Ну что, ты готов? Еще есть возможность отказаться, – сказала Ирина Ивановна.

– Я не отступлю, – подтвердил Женя и полез на заднее сиденье.

– Отца Артемия ты уже знаешь. Познакомься с еще одним членом нашего отделения, его зовут Максим. Он около года с нами. Он, как и каждый в этой машине, столкнулся с нечистью и после присоединился к нашей организации, чтобы помогать людям. Максим, это Женя, студент филфака, кстати.

Максим угрюмо буркнул:

– Приятно познакомиться.

* * *

Через тридцать минут они въехали в Верхние Хомы. Уазик внезапно остановился.

– Мы же еще не доехали до Пролетарской, – удивился Женя.

– Дальше пойдем пешком, иначе можем спугнуть Туманницу, – ответил отец Артемий. – Конечно, она и шаги услышит, но к этому времени мы успеем окружить ее гнездо. Женя, тебе