Моё проклятие - Мария Меркер

я смогу похоронить прошлое, закрыть эту черную страницу нашей жизни. Затем я выставил дом на продажу. Здесь было слишком много воспоминаний, слишком много боли. Мы не могли оставаться тут.

Дни превратились в недели. Ева не звонила. Я проверял телефон каждые пять минут, но экран оставался темным. Мое беспокойство росло с каждым днем, съедая меня изнутри. Однажды я не выдержал и набрал номер ее отца.

— Здравствуйте, Эдуард Сергеевич, — сказал я, стараясь, чтобы мой голос звучал спокойно. — Могу я услышать Еву?

— Здравствуй, Даниил, Ева не может говорить, — глухо ответил он. — Не сейчас. Прошу тебя, оставь ее в покое.

Он повесил трубку, оставив меня наедине с тяжелым предчувствием. Я не находил себе места, каждый шорох казался ее шагами, каждый звонок телефона — ее именем.

За эти две недели Анита заметно поправилась. Щеки ее порозовели, она начала набирать вес, к ней вернулся здоровый цвет лица. Она снова смеялась, пусть и тихо, но это было уже что-то. Натан начал приходить в себя и быстро нашёл себе нормальную человеческую работу. За то время, что мы избавляли людей от монстров, как из внешнего мира, так и от тех, что сидели внутри, у нас набралось множество хороших связей.

Почему мы не сделали этого раньше? Черт знает. Отец умер, а нас обоих начала преследовать эта мерзкая тень. Только Натан знал о моей. Я же ничего не знал о нём. Он скрывал это как мог.

Анита, казалось, кое-что вспоминала. Иногда она замолкала посреди разговора, ее взгляд становился отсутствующим, но потом она трясла головой и возвращалась к реальности. Она, видимо, не помнила самого главного, той ужасной ночи. Или просто не хотела помнить. Она удивительно быстро простила моего брата. Между ними снова все было хорошо, как не было никогда, никаких секретов, кроме одного, никаких недосказанностей. Они были неразлучны. Решили пожить отдельно, пока я не продам дом и внезапно, без предупреждения, сорвались и переехали в город, в квартиру. А через полторы недели мне пришло приглашение на скромную свадьбу. Я сидел и смотрел на маленькую октрытку, и в груди стало так пусто. Они нашли свое счастье. А я? Я остался совсем один.

Прошло ещё примерно две недели. Дом, наконец, был продан, на удивление, быстро, (конечно, покупатели были не в курсе одного секретика, лежащего во дворе под слоем бетона, но им и не нужно было об этом знать. Призраков не существует). Я сидел в новой, еще непривычной для меня квартире — снял на полгода, пока всё не устаканится, уставившись в окно на суетливый городской пейзаж.

Два дня назад мне пришло странное сообщение. От Евы.

«Надеюсь, у тебя всё хорошо, Дань» — написала она. Я чуть не взорвался.

Что-то подсказало мне, что этим сообщением она поставила точку в наших отношениях.

«У меня все будет гораздо лучше, когда ты будешь рядом со мной» — напечатал я в ответ. А после, немного подумав, написал свой адрес с подписью «Сейчас живу один. Я всегда дома.

Я не стал добавлять, что вчера только вернулся с одного довольно опасного заказа, который добавил парочку глубоких порезов на теле.

Такая вот ирония. Я всегда был на стороне матери, отец и брат тянули меня в эту работу, теперь отца не стало, Натан после «снятия проклятия» с сестёр, понял, что семья ему дороже и всё бросил, чтобы никогда не оставлять Аниту одну. А что я? А я продолжил... Так было проще гасить боль. Каждый божий день меня рвало на части. Но я ничего не мог с этим поделать.

Кто-то уходит в себя, кто-то прикладывается к бутылке. Я же сражался с чудовищами...

«Хорошо, Дань» — пришёл ответ от Евы.

А спустя несколько часов тишину разорвал стук в дверь. Негромкий, но решительный.

Я сорвался с места и кинулся открывать. На пороге стояла она.

Сердце камнем полетело вниз.

Она сильно осунулась, была немного бледной, но в ее глазах горел тот же огонек, что я помнил.

— Ева… – выдохнул я, не веря своим глазам, взял ее под руку, заводя в квартиру. — Что с тобой такое? Что случилось?

— Привет, Дань, – ее голос был немного хриплым. Она поставила сумку с вещами — я не мог не обратить на это своё внимание и, повернувшись, прильнула к моей груди. Мне было уже всё равно, что она скажет. Она вернулась. Это главное.

— Беременность перестала развиваться, — сказала она. — Я ходила по врачам. Потом мне было нужно побыть одной. Анита так быстро восстановилась, это наверное тоже какая-то магия, только на меня она почему-то не подействовала. Может, так и нужно. Чтобы она спокойно доносила, не вспоминала, как ее чуть не похоронили заживо. Но мне до сих пор снятся кошмары, и я не знаю, как от них избавиться, Дань.

Я чувствовал, как мир замер. Я не знал, что сказать, как реагировать. Только прижимал ее к себе как можно крепче.

— Оставайся, Ев. Будем вместе бороться с твоими кошмарами, — выдавил из себя. — Мне очень жаль, правда. Но у нас всё впереди, верно? Если ты меня простила...

— Я много думала, — вздохнула она, подняв голову, её глаза встретились с моими. В них не было упрека, только усталость и решимость. — Я прощу тебя. Забуду обо всем, что случилось, если ты… если ты больше никогда не вернешься на свою работу. Если будешь жить как обычный человек, вместе со мной. У тебя опять будет шрам. — Ева отстранилась и коснулась пальцами пореза на моей левой скуле. — Всё оттуда, да?

— Да. Я уже давно хотел ее бросить. И брошу. Только останься со мной. Я так люблю тебя... — выдохнул я, взяв ее ладони в свои. Взгляд упал на помолвочное колечко. Оно стало велико ей, едва держалось на пальце. Но она носила кольцо — когда я пошевелил его пальцем, заметил бледную полосу под ним. Она носила, не снимая. — Ты носишь моё кольцо. Ты согласна?

— Согласна. Я же тоже люблю тебя, Дань. С самого нашего знакомства люблю, — ответила она, одарив меня самой тёплой и светлой улыбкой. — Но сначала мы с тобой сделаем две вещи.

— Какие?

— Сходим на свадьбу к твоему брату и моей сестре и посетим могилу Лейлы. Я не только по больницам ходила, я перерыла столько материала, сколько за время