Коллекционер - Александр Варго

— Собака? — переспросил Максим. И снова его прожигали темные глаза Павла, они были похожи на незримые щупальца, которые пытались проникнуть в его мозг, сканируя каждую мысль, даже самую незначительную.

— Да, Вуди. Он видел убийцу.

С этими словами Шибаев вышел в прихожую и, отцепив от ручки поводок, вернулся в комнату c собакой. Вуди прерывисто дышал, таращась на Максима круглыми блестящими глазами.

— Я надеюсь, ты не обидишься, если мы на всякий случай проверим тебя? — спокойно проговорил Павел. — Думаю, на моем месте ты сделал бы то же самое.

Максим горько усмехнулся:

— Нет, не обижусь. Наверное, ты прав. Единственное, я могу тебе сказать, что ты напрасно проделал такой путь, если подозреваешь меня. Я бы никогда…

Он осекся, когда Павел едва не ткнул ему в лицо влажную морду Вуди.

Прошло несколько мучительных секунд, показавшихся Максиму вечностью, затем корги принялся ерзать и скулить, дрыгая задними лапами.

— От тебя несет этим блядским скипидаром, — фыркнул Павел, опуская собаку на пол. — Вуди ни хрена не чувствует.

— Растворитель, а не скипидар, — сказал Максим. — Уж извини, я не специально. Откуда мне было знать о твоем визите? Послушай, Паш… Это ведь полная ерунда. Неужели ты считаешь, что я на такое способен?! Да, я лишился своей коллекции, но это ведь не повод выкрасть ее у своего единомышленника!

Павел приблизил к нему свое лицо, и теперь коллекционеров разделяло всего несколько сантиметров.

— Где ты был в ту ночь, Старлей? Когда все произошло? Двадцать четвертого июня, в ночь c пятницы на субботу?

Максим сделал вид, что погружен в воспоминания. Он старался вести себя спокойно и естественно, в то время как внутри бушевало самое настоящее цунами.

Раз, два, три…

— Двадцать четвертое июня… — пробормотал он, затем хлопнул себя по лбу. — Вспомнил! Я был в походе, в Истру ездил. Поругался накануне c бывшей, ну и решил развеяться. Я часто на природу выбираюсь.

— Ты был один? — уточнил Павел, и Максим утвердительно кивнул.

— Паш, ну сам посуди… — мягко промолвил он. — Ты же меня знаешь. Это каким нужно быть самоубийцей, чтобы решиться на такое?

Несколько секунд Павел изучающе смотрел на него, затем сказал:

— Дело не в самоубийстве. Просто сотворить такое у тебя действительно кишка тонка. Уж говорю как есть. А этому отморозку еще и в другом повезло. Я ведь собирался на дачу увозить все свое хозяйство, уже прикидывал, куда что поставить… Но Лена отговорила, мол, давай просто отдохнем, шашлык пожарим, а через неделю уже делай что хочешь…

— Да уж. А как это произошло? Дверь в квартиру вскрыли? — спросил Максим.

— Нет. В пятницу у сына ключи украли. За ним следили.

— Все это какое-то безумие.

— Ну да, — протянул Павел. — И как провел время на природе? Рыбу ловил? Или просто отдыхал?

Максим заставил себя выдавить очередную улыбку:

— Какой из меня рыбак… Я больше по грибам. Хотя еще не сезон…

Шибаев вздохнул:

— Ладно, Старлей, мне пора. Надеюсь, ты не сильно обиделся на меня за эту проверку?

— О чем речь, дружище, — сказал Максим. — Давай я тебя провожу. Коньяк заберешь?

— Оставь себе.

Пока Павел зашнуровывал кроссовки, Долин молча смотрел на его массивную шею.

«Убей его».

Долин вздрогнул.

«Ты не должен выпускать его. В следующий раз он придет не к тебе, а ЗА ТОБОЙ», — настаивал голос, и Максим ощутил, как к горлу подступила едкая желчь.

Он не тронулся c места. Хотя совершенно некстати вспомнил, что на кухне в раковине лежит столовый нож. С длинным и острым лезвием.

«Убей! — взревел голос. — Трус проклятый!»

— Ну, вроде все, — сказал Павел, выпрямляясь. — Знаешь, сообщу тебе неприятную вещь. У меня погибли родные, украли мечту моей жизни… Но сейчас ты выглядишь хуже, чем я, Старлей. Ты похож на больного помойного пса, которого замучили клещи. Такое ощущение, что еще немного — и отдашь Богу душу. Ты не заболел?

Максим c озабоченным видом потрогал лоб.

— Пару дней назад температура была, — соврал он. — Но сейчас уже получше.

Заметив туристический рюкзак, стоявший рядом c обувницей, Павел спросил:

— С ночевкой в поход ходил?

Раз, два, три…

— А как же. С ночевкой, c палаткой, как полагается, — отозвался Максим. Слова давались тяжело, он будто выплевывал песок. Ему начинало казаться, что Павел никогда не уйдет, так и будет стоять в прихожей со своей блохастой псиной и задавать всякие каверзные вопросы, пытаясь поймать его на противоречиях в ответах. — Картошку в углях испек, костер, сто грамм перед сном… Все супер, в общем.

Корги непрерывно скулил, терся о ноги Павла и с нетерпением поглядывал на дверь.

— Паша, а как ты узнал, где я живу? — решился спросить Максим. Этот вопрос неотвязно крутился в голове c того самого момента, как Фельдмаршал переступил порог его квартиры. — Ты ведь только на работе у меня был.

На крупном лице Шибаева появилась ухмылка:

— Мне Док твой адрес подсказал. Вы же c ним приятели.

— Понятно.

— Я ему, кстати, звонил сегодня, но он куда-то подевался. Трубку целый день не берет. И на форуме второй день отсутствует.

«Правильно. Потому что Док сейчас у меня в гараже, разложен по сумкам», — подумал Максим. Ему стоило больших усилий изобразить на лице недоумение:

— Странно. Он обычно на форуме постоянно пасется…

Попрощавшись, Павел закрыл за собой дверь, и Долин обессиленно сполз на пол.

«Молодец, — известил голос, и тон его был презрительным. Как у отца, чей сын не оправдал надежд. — Правда, чуть в штаны не наделал от страха».

На Максима нахлынула волна ненависти, и он заорал:

— Заткнись, тварь! Из-за тебя я чуть не убил его!

«Тебе не привыкать», — усмехнулся тот.

— Я хочу, чтобы ты ушел из меня!

Он c силой ударил себя по щеке, которая тут же онемела от боли. Затем еще раз.

В голове раскатисто расхохотались, и этот жуткий смех еще долго резонировал в висках.

«Ты похож на человека, который тонет в болоте, но, вместо того чтобы выбраться, лупит себя палкой. Я и есть ты. Если хочешь от меня избавиться, убей себя».

— Ты сам и загнал себя в болото, — безмерно уставшим голосом проговорил Максим. Неожиданно его пронзила мысль, от которой стало по-настоящему страшно, и он торопливо поднялся на ноги, начав обуваться.

«Далеко собрался?» — осведомилось его второе «я».

— В гараж, — хрипло ответил Максим. — Вдруг этот умник пойдет в гараж?! Он ведь узнал, где я живу!

«Не пойдет, — последовал уверенный ответ. — Павел пока что сомневается. Но могу тебе сказать, что ты у него на карандаше».

Словно сомнамбула, Максим зашел на кухню и уставился на