Тени Штарнбергского озера - Анна Казинникова

– К сожалению, пока нет, – напряженно ответил Вильгельм, медленно подбирая слова. – Адвокат работает, но без ощутимого прогресса. Складывается впечатление, что ловушку подготовили заранее. С изяществом… – Он замялся. – Которое наводит на дурные мысли. Я бы не удивился, найдись в его комнате прямые доказательства вины.

Вильгельм многозначительно посмотрел на подруг. Те замерли, ошарашенные новостями; Леа почувствовала, как холодеют ладони.

– Ты хочешь сказать, Райнера подставили намеренно? – Она принялась нервно теребить сережку-гвоздик. – Но кому он мог помешать со своим романом? Особо рьяному критику?

Стаси прожевала тост и с грустной усмешкой заметила:

– Тому, кого этот роман разоблачает. Райнер, может, и балбес, но фигура заметная. А там, похоже, действительно есть что защищать. – Она недовольно взглянула на Вильгельма. – А этот Тобиас! Ты не должен был выпускать его из виду после выходки с видеокамерой. Неужели ни одной зацепки?

– А не может быть замешан тот бугай, что таскается за нами? Йохан? – предположила Леа. – Райнер намекал вчера, что с ним связался кто-то знакомый и обещал поделиться информацией. Кто-то из ордена.

Стаси удивленно вскинула брови: вчера, наедине, Леа была менее откровенна.

– Я обескуражен не меньше вашего. С герром Шильтом мы договорились, это верно, – сконфуженно произнес Вильгельм. – Полиция опирается на телефонный звонок, сделанный накануне. Полагаю, Шильт стал жертвой банального нападения, а Райнеру не повезло оказаться рядом сразу после попытки его подставить. Впрочем, люди умеют удивлять. Об участии Йохана в убийстве мне ничего не известно. Но я наблюдаю. За всеми.

Вилли многозначительно посмотрел на Стаси, и та быстро отвела взгляд.

– Но есть и хорошие новости, – наконец добавил Фог, выкладывая на стол аккуратную стопку документов.

– Вы же вчера что-то нашли в расследовании Эммануэля? – осторожно спросила Леа.

Прапрадедушки Эммануэля. От мысли, что она ко всем этим интригам намного ближе, чем хотела бы, Леа передернуло. Какая же хорошая жизнь у нее была еще какую-то неделю назад. Без королевских игр, без семейных скелетов, без призраков, чтоб им всем пусто было! Без Райнера… Она вдруг улыбнулась. Райнера, пожалуй, можно оставить. В умеренных дозах.

– Да, – кивнул Вильгельм. Только сейчас Леа обратила внимание на старомодный планшет, который Вилли положил на соседний столик. Мужчина потянулся за бумагами. – Судя по этим пометкам. – Он сначала ткнул пальцем в письмо Элизы, а потом указал на записи на полях расследования, сделанные рукой Штайна. – Следующий тайник находится в Линдерхофе.

– Грот Венеры? – предположила Стаси, перечитав строчки.

– Нет, – категорично возразил Вильгельм. – Это упоминание – ложный след. Искать надо в Западной гостиной.

– Почему? – Стаси возмущенно передернула плечами. – Тут прямо про грот Венеры, а ты усложняешь!

– Это письмо, – Вильгельм потряс распечаткой, – писала очень умная девушка. Грот Венеры – место, меньше всего подходящее для тайника. Там слишком много своих секретов. А вот Вагнер упомянут не случайно…

– В западной гостиной стоит инструмент Людвига, – тихо произнесла Леа. – На нем он играл Вагнера. Лично.

– Верно, – с улыбкой кивнул Вильгельм.

– Все такие эрудированные, – проворчала Стаси, большим глотком осушая чашку. – Ты же у нас больше по временам Карла специализируешься.

– Мама могла болтать о Людвиге и его привычках часами. – Леа пожала плечами. – Удивляюсь, что что-то уже позабылось.

– Зачем она вообще прятала письма? Это же сенсация!

– Она не Райнер, – неожиданно жестко осадил ее Вильгельм. – Очевидно, переписка перешла к Элизе по наследству, и она понимала, какую опасность эти бумаги представляют для семьи. Но и уничтожить их не могла. Это была воля короля. Ее любимого короля. В расследовании Эммануэля описаны старые тайники – Элиза просто решила ими воспользоваться.

– Так наивно, – хмыкнула Анастасия.

– Любовь часто наивна и слепа, – вздохнул Вильгельм. – Ладно, фройляйн, вернемся к делам. В Линдерхофе сегодня экскурсия для участников конференции. – Он задумчиво почесал подбородок. – Посторонних в парке, скорее всего, не будет. Думаю, вам стоит прогуляться.

Стаси бросила короткий, пронзительно-серьезный взгляд на документы и медленно кивнула.

– А ты? – осторожно уточнила Леа.

– А у него, полагаю, рандеву с очередной… рулькой, – оскалилась Анастасия. – Не будет же наш герр сыщик лично марать руки, раз уж нас припахал.

– Основную работу, дорогая фройляйн Заноза, я уже выполнил: оплатил экскурсию для ваших коллег, тем самым обеспечив вам прикрытие. – Вилли усмехнулся. – Дело за малым. А я постараюсь разобраться с Райнером и теми, кто… поспособствовал его задержанию, – тихо добавил он, опасно сверкнув глазами. – Поверьте: я не оставлю герра Фаста без защиты. Да и герр Йохан – персонаж любопытный. Надо бы познакомиться поближе.

От его интонаций по коже Леа пробежали мурашки. Сейчас людям принято угрожать открыто, с хамской уверенностью демонстрируя грубую силу. Чего далеко ходить, если пример в виде накачанного красавчика Йохана постоянно маячит за спиной? Это не удивляет и не пугает – скорее бесит. Даже Леа с ее неконфликтностью разозлилась настолько, что открыто накричала на наглеца. Но Вильгельм… Совсем другое дело – говорить беззлобно, с искренней улыбкой и мечтательным выражением лица, когда лишь мимолетный блеск глаз выдает истинные намерения. С Вильгельмом определенно хочется дружить. Хотя бы из чувства самосохранения.

Будто прочитав ее мысли, Вильгельм чуть склонил голову набок и добродушно улыбнулся:

– Не бойся, Леа. Если что, я рядом.

– Райнеру ты тоже это обещал? – скептически нахмурилась Стаси.

По лицу Вилли пробежала тень.

– Райнеру не обещал. Он знал, на что идет. Ладно, фройляйн, разговор затянулся. Вам пора. До Белтейна не так много времени.

Обворожительно улыбнувшись выглянувшей из кухни Хайке, Вильгельм положил на стол купюру в пятьдесят евро и вышел.

– Эх, не того ты парня выбрала, подруга, – усмехнулась Стаси, косясь на деньги.

Леа закатила глаза. Для нее и слава Райнера казалась перебором. Желать публичности может только незрелый идиот. Что это за жизнь, когда на каждом шагу тебя пытаются поймать в самый неловкий момент или вовсе выставить преступником ради хайпа? Но связываться со «старыми деньгами» – тут нужен интеллект не выше утиного. Леа, может, и глупила временами, но все же была дипломированным историком и хорошо представляла, чем подобные связи могут закончиться.

Дорога до Линдерхофа заняла чуть меньше часа, но показалась Леа бесконечно долгой. Она уже не обращала внимания на щебет Стаси и меняющийся за окном пейзаж. Очарование альпийских деревень с мирно гуляющими по холмам буренками отступало подобно приливу, оставляя шлейф из древних поверий о жестоких духах. Страх, поселившийся в груди с момента ареста Райнера, давил все сильнее. Леа не понимала: то ли нервы шалят, то ли она на грани настоящего сердечного приступа. В таком состоянии сидеть без дела в машине было сродни пытке. Стаси хотя