Другие миры кроме этого - Стивен Кинг

— Поехали, — сказал он Софи. — Вперед, к Прорве. Потому что все, что стряслось в Перниле…

— …уже стряслось, — закончила она за него. — Ты говорил это раньше.

— Разве?

— Примерно тысячу раз.

— Допустим, они разнесли Пернил к чертям, — рассуждал он. — Куда дальше? Дези? Меджис? Дебария? Есть ли у того, кто ими вертит, хоть какая-то конечная цель?

— Я не знаю, — отозвалась Софи.

Логично, ведь не знаю и я.

Джек проверил, не вывалилась ли его новая пушка из кобуры, где раньше покоился «Глок», и снова завел дизель «Бинни». Из приборной панели торчал короткий рычаг переключения передач всего с тремя пазами: «Вперед», «Нейтраль» и «Назад». Джек включил заднюю передачу и начал выезжать с парковочного места под трескучий, бьющий по ушам рокот дизеля. Из-за этого шума он едва расслышал слова Софи:

— Ты ничего не забыл?

7

Джек вернулся в комнату, где провел ночь, и достал из шкафа противорадиационный костюм.

— Костюм, предотвращающий радиационное заражение, — поправила его Софи. — По крайней мере, ты на это надеешься.

— Естественно. — Детей он заводить больше не планировал (для этого был уже староват), но вот схлопотать рак ему точно не хотелось.

Комбинезон оказался из серии «один размер на всех». Джек шагнул в штанины и потянул застежку вверх — под пальцами затрещала старая добрая, чисто американская липучка-велкро. Он вздрогнул, когда автоматический женский голос произнес: «Майор Юлия, ваш статус — зеленый. Повторяю, зеленый». Сначала Джек задрал голову к потолочному динамику, но затем опустил взгляд на грудь. Прямо над его собственным сердцем пульсировало зеленое электронное сердечко. На нашивке костюма красовалась надпись на английском: «МАЙОР ЮЛИЯ».

— Похоже, ты готов к выходу, — заметила Софи. — Не забудь шлем.

Джек взял сетчатый шлемофон, но надевать не стал. Если сердце на груди сменит цвет на желтый или красный, тогда и нацепит. Хотя вопрос о том, чем ему дышать, по-прежнему оставался открытым.

Он вернулся в автопарк, завел «Бинни», врубил «Вперед» и выкатился по пандусу под слепящее, яростное солнце. Стекла в окнах машины автоматически взлетели вверх, и в лицо Джеку ударила струя ледяного воздуха из кондиционера. Он проехал по внутренней дороге базы около сотни ярдов в сторону ворот, как вдруг мотор заглох.

— Ну зашибись, твою мать, — выдохнул Джек. — Хорошего понемножку…

Над закрытой кабиной раздалось жужжание сервоприводов. Прежде чем он успел выйти наружу и разобраться, в чем дело, женский робо-голос доложил: «Солнечная панель развернута».

— Ну еще бы, — буркнул Джек. — Все тридцать три удовольствия.

Он откинулся на спинку водительского сиденья. Стоило только выжать педаль газа, и «Бинни» на своих огромных шинах плавно и абсолютно бесшумно покатился вперед, к главной дороге (или к тому, что от нее осталось). Миновав ворота, он притормозил и на секунду прикрыл глаза. Пэй мертв. Дейл мертв. Мэри, возможно, тоже мертва. Что же до Софи…

Он открыл глаза и негромко попросил:

— Ну, скажи мне хоть одно доброе слово на дорожку, милая?

Ни слова — ни доброго, ни какого-либо еще. Софи тоже была мертва.

Вместо руля в «Бинни» стоял джойстик. Джек качнул его влево и направил машину к Прорве, забирая значительно южнее Проклятых земель — от греха подальше.

8

Ближе к полудню по обе стороны от дороги начали проступать два глубоких оврага, сходящиеся под углом. Сначала он подумал, что это и есть Прорва. Джек съехал с тракта и приблизился к правому разлому, но не слишком близко, опасаясь, как бы земля не обрушилась под тяжелыми колесами внедорожника. Он припарковался, дошел до края и заглянул вниз. Овраг представлял собой глубокую, извилистую расщелину глубиной футов в восемьдесят-девяносто, промытую рекой, высохшей бог весть сколько веков назад.

В полдень дорога пересекла это сухое русло по мосту из ржавых стальных решетчатых пластин. Джек остановил машину у въезда на мост и выключил зажигание. Женский робо-голос тут же осведомился: «Желаете продолжить зарядку от солнечных батарей?»

— Ладно, валяй.

— Команда «валяй» не распознана.

— Продолжить зарядку от солнечных батарей.

— Текущий уровень заряда батареи — восемьдесят два процента. Зарядка продолжится до достижения девяноста пяти процентов. Зарядка свыше девяноста пяти процентов может привести к повреждению аккумулятора.

«Прямо как „Тесла“», — подумал Джек.

Он подошел к мосту и посмотрел вниз. Джек немного страдал клаустрофобией, но высоты боялся ровно настолько, насколько это положено нормальному человеку с развитым чувством самосохранения. Тем не менее, когда он разглядел острые камни и обломки в девяноста футах под собой, в желудке неприятно екнуло.

— Если мост рухнет, когда я на нем стою, — подал голос Пэй, — я, скорее всего, выживу. В детстве у меня частенько бывал понос. Ну, сечешь? Меня про-не-сет…

— Оценил шутку, — отозвался Джек.

Он стоял у борта «Бинни», пытаясь решить, как поступить. Если он повернет назад, вся поездка потеряет смысл. Конечно, если мост подломится и он разобьется насмерть… бывает ли что-то еще более бессмысленное? Пожалуй, нет.

Без особой надежды он обратился к машине:

— Эй, кто ты там есть. Ты случайно не знаешь, безопасен ли этот мост?

Со стороны «Бинни» донесся глухой стук. Джеку пришлось отскочить в сторону, когда из тупого носа внедорожника выдвинулась короткая штанга. На ее конце тускло поблескивал медный квадрат. Джек уловил едва слышный гул. Через несколько секунд гудение прекратилось, и штанга убралась обратно.

— С учетом веса штурмовой машины «Бинни Динг» Модель 4 и последних зарегистрированных данных о несущей способности Моста № 775 через реку Томас, вероятность успешного перехода составляет девяносто два процента. Вероятность разрушения конструкции Моста № 775 под весом «Бинни Динг» Модель 4 — восемь процентов. Рекомендую воспользоваться автопилотом.

Автопилот? Кто бы мог подумать. Впрочем, про солнечную панель он тоже не знал. Как и про бортовой компьютер с женским голосом. Не говоря уже о датчике, которым «Бинни» только что просканировал прочность моста.

— Раз уж мы в одной лодке, как мне тебя называть, мэм? Назови мне какое-нибудь имя.

— Я буду откликаться на любое имя, выбранное вами, майор Юлия.

Первой мыслью было назвать ее Софи, но давать бортовому компьютеру с безжизненным робо-голосом имя покойной жены показалось неправильным. Почти кощунством.

— Миссис Тэлбот, — произнес он. Так звали его первую учительницу — она всегда улыбалась и прижимала к мягкой груди плачущего ребенка, когда тот разбивал коленку на игровой площадке или получал синяк на качелях. — Ты будешь Миссис Тэлбот.

Машина отозвалась: «Я — Миссис Тэлбот».

— А когда были зарегистрированы эти последние данные о несущей способности моста, Миссис Тэлбот?

Пауза. Затем: «Не могу указать