Самая страшная книга. DARKER. Твари и хвори - Алексей Гибер

Рэн вздрогнул, когда пальцы Харуки прикоснулись к его шее.

– Я благодарен тебе, Харука… И все-таки это подарок. Вещь, данная лишь на время, тоже подарок… И само это время тоже является подарком.

Раньше Рэн даже любил впадать в спячку, лишь бы сны были спокойными. Но теперь, когда у него появилась Харука, долгое зимние забытие не приносило ему успокоения. Приносило же только тревогу. За нее.

Каково ей будет в опустевшей школе? Миюко с родителями зимует в Таиланде, все подружки Харуки из кружка по вязанию, милые толстощекие медведицы, барсучихи и ежихи, уже уснули, и даже директриса Госпожа Летучая Мышь уснула, не дождавшись первого снега. Один Рэн держится.

И кто будет помогать Харуке с алгеброй?.. Она и так не поняла последнюю тему. Без него она отстанет от программы и потеряет шанс поступить в престижный университет.

Глаза закрываются… Нет, он не может оставить ее!

– Харука… Возможно, у меня не получится, но я хочу попытаться не уснуть этой зимой. Мне потребуется твоя помощь, твое апельсиновое какао! Конечно, я все равно буду проваливаться в дремоту, но… Кажется, я смогу с этим справиться.

Рэн никогда не скажет Харуке, насколько это рискованно. Каждая зима, проведенная вне спячки, отнимает у лягушек его вида пять лет жизни.

А еще – он никогда не скажет, что готов на это только ради нее.

– Видишь ли, я всегда мечтал отпраздновать Рождество. Могу ли я рассчитывать на твое какао?»

Спустя год олениха и лягушка так и сидели в пахнущей лекарствами, деревом и плесенью комнате. Все горела гирлянда, не наступало Рождество.

Как-то Игорю приснилось: Харука знала, что каждая зима без спячки отнимает у лягушек пять лет жизни. Она говорила Рэну, что мечтает поступить на факультет русской литературы, сделать смыслом жизни произведения Достоевского и Чехова, но на самом деле ее целью была дарк-академия, тайный факультет изучения смерти. Попасть туда оленихе из простой семьи было нереально, но профессор обещал Харуке бесплатное обучение, если она окажет ему услугу: задокументирует медленное угасание отказавшейся от спячки лягушки; желательно, чтобы у исследуемого наблюдались симптомы омутнёлости.

Игоря передернуло. Вылив в кружку с доброй мордашкой Харуки остатки вина, он перешел в раздел «Ролевая игра. Локация: школа», открыл первую страницу и вернулся к началу, в 2008 год.

Завтра Игорь посмотрит первое в своей жизни аниме, из-за привязанности к которому к тридцати годам останется не социализированным одиночкой без друзей и стабильной работы, отдаст последние деньги за фигурку, две недели будет питаться гречкой без всего и в конце концов сойдет с ума. Через месяц обнаружит форум, где проведет свои лучшие ночи с людьми, которых никогда не увидит в реальности. А пока он на математике, ряд у окна, сухое тепло от батареи, все «иксы» вычислены, впереди – экскурсия.

Классная руководительница будто почувствовала, что зимние каникулы шестого «Б» полнились не чудесами, а пьяной руганью родителей, водочными посиделками до утра под песни «Непары» и Меладзе у маминой подруги, от которой не уйти, как бы сильно ни хотелось спать, – и вот стараниями молодой, незамужней, в толстенных очках Елены Егоровны посленовогодняя четверть шестого «Б» засияла над всеми этими домашними заданиями, над темнотой перед первым уроком, над мокрыми ботинками. В первую же неделю после каникул Елена Егоровна повезла класс в театр, затем – снова в театр, но уже кукольный. Февраль начался с поездки в Музей баранки, где школьников угощали чаем из самовара и баранками. Уже на следующих выходных они поехали в церковь, где батюшка с румяным улыбающимся лицом каждому разрешил позвонить в колокол.

Игорь пропустил все экскурсии. Хотелось ему посмотреть и актеров – кукольных и человеческих, – и самовар, и батюшку. Но спастись от Коли с Геной (мысленно Игорь произносил их имена слитно, «Колясгеной») хотелось сильнее.

Стоять на коленях в темном углу двора и извиняться за то, чего не делал, после ненавистной физкультуры – это одно, это Игорь кое-как вписал в будни. Делать то же самое, но после добрых песен кукол в пестрых костюмчиках, после колокольного звона и свежей баранки – совсем другое. В том, что после экскурсии Коля с Геной не побегут домой, делиться эмоциями с родителями, а увяжутся за ним, Игорь не сомневался.

Классной он врал, что у бабушки нет денег на билеты. Поездка в церковь была бесплатной: тут Игорь выдумал, что бабушку надо сопроводить ко врачу, она никак не дойдет сама, ведь скользко, она уже ломала шейку бедра…

Елена Егоровна, считающая себя удивительно чуткой по отношению к детям, видела перед собой славного, но духовно и интеллектуального бедного ребенка, чья история придет к трагическому финалу (о нет, не алкоголизм и не наркомания, а работа бестолковым юристом-экономистом), если в ближайшее время Игорь не найдет Дело Жизни. Но Игорь искать такое дело не хотел: он не записался ни в театральную студию при школе (туда ходила девушка Гены, и Гена наблюдал за каждой репетицией), ни на кружок программирования при ней же (туда ходил Коля). Игнорировал поездки, призванные подарить ему радость познания и культуры. Елена Егоровна знала, что Игоря в одиночку воспитывает бабушка-пенсионерка, но не верила, что в семье не найдется пары сотен на билет в театр (в этом она была права). Проблема, по ее мнению, заключалась не в бедности и не в страхе Игоря перед чудовищем по имени Колясгеной (она не догадывалась об этом страхе), а в чудовище по имени Лень-Духовная-и-Интеллектуальная.

Она загорелась идеей открыть Игорю то, чему он сможет посвятить всего себя, – и плевать, если по алгебре у него будут тройки, да и по остальным предметам тоже; главное, чтобы он стал глубоким знатоком в Деле Жизни, чем бы оно ни оказалось: театральным или литературным искусством, служением Богу, реставрацией икон, созданием роботов, зоологическими науками…

Поэтому, когда Игорь выразил сожаление, что не сможет пойти с классом в живой уголок, ведь бабушке снова нужно ко врачу, понимаете, до сих пор очень скользко, Елена Егоровна покивала и… Позвонила его бабушке.

– Игорь способный мальчик, но ему не хватает активности, инициативы… Поймите, ведь школа – это не только оценки в дневнике, которые, к слову, оставляют желать лучшего. Школа – это еще и простор для душевного развития… О каком же развитии может идти речь, если Игорь отказывается от простейшего: от познания мира через наши поездки, экскурсии?.. Людмила Семеновна, нужно на него повлиять. – Подумав, Елена Егоровна добавила еще один аргумент, в который сама не верила, но который уж точно должен был повлиять на человека советской закалки: – Ведь ездит весь класс!