За гранью безумия. - Александр Науменко

разглядеть окружающее пространство. Чтобы отыскать его очки, речь даже не шла. Те были похоронены под грудой земли.

Запрокинув голову, мужчина увидел серое небо и осыпающиеся края ямы, в которой он каким-то образом очутился. До поверхности было метров пять, никак не меньше. В одиночку ему никогда не выбраться отсюда. Слишком стар для таких подъёмов. Да и земля влажная, почти с ровными стенами, так что в любом случае без шансов.

Опустив взор, Дмитрий Олегович наконец уставился на то, что находилось прямо перед ним. Это был гроб, тот самый, в котором месяц назад похоронили Таню. Вот только внутри тело отсутствовало. Лишь какие-то непонятные и дурно пахнущие остатки, лежавшие на дне.

«Нет, я просто не верю во всё происходящее. Не верю».

Он поднёс дрожащую руку к уху, дотрагиваясь до него, а потом глядя на тёмные пальцы при тусклом свете телефона.

«Точно кровь».

Тяжело поднявшись на негнущиеся ноги, мужчина осмотрелся, пытаясь разглядеть то, что скрывала тьма. По обеим сторонам тянулся какой-то коридор, или лучше даже сказать тоннель, круглый, с гладкими волнистыми стенами.

«Никогда не слышал ничего подобного, — подумалось ему с тревогой. — Где новое кладбище, здесь раньше были поля, и о подземельях никто не упоминал».

Голова слегка закружилась, а перед глазами замелькали разноцветные пятна. Кровь в висках застучала множеством маленьких молоточков. Это было нехорошим симптомом. Нервничая, у него всегда поднималось давление, что, понятное дело, было чревато последствиями в его возрасте.

«Следует как-то выбраться отсюда… Хотя нет. Лучше позвонить, ведь связь стабильная».

За лодыжку его кто-то быстро и больно укусил. Дмитрий Олегович тут же обернулся, но наткнулся лишь на пустоту, хотя буквально кожей почувствовал движение вокруг себя. За этим последовал и второй укус, но только выше, за бедро. Мужчина закричал, роняя в грязь телефон, делая шаг в сторону, но натыкаясь на раскрытый гроб, падая в него.

«Господи!»

Сверху мгновенно навалилась тяжесть, склизкая, холодная. Дмитрий Олегович забился, пытаясь выбраться, но не смог. Укусы острых зубов раз за разом вонзались в его тело, в мягкие места, причиняя нестерпимую боль. Ослабевшие руки наткнулись на что-то вытянутое, упругое…

«Таня, Танечка...»

Последней мыслью Дмитрия Олеговича были счастливые воспоминания о супружеской жизни. Картины прошлого промелькнули всего лишь за одно мгновение, а затем всё погасло, когда боль разлилась по всему телу, а сердце остановилось навсегда.

* * *

— Макс, просыпайся! — послышался голос откуда-то со стороны. — Да просыпайся уже наконец!

Он звучал назойливо, неприятно. Да вдобавок его сильно трясли, а это не шло на пользу организму, особенно после вчерашнего возлияния с приятелями.

— Господи! Да хватит дрыхнуть!

Мужчина наконец с трудом разлепил глаза, уставившись в белого цвета потолок. Затем скосив взгляд, увидел рядом свою благоверную. Вероника, склонившись над ним, держала его за плечо. Несмотря на раннее утро, её вид был опрятен, впрочем, как и всегда.

«В отличие от меня, ленивой свиньи», — подумал он.

— Что... Что происходит?

Макс принял с трудом сидячее положение, пытаясь совладать с собственным желудком. Мир слегка кружился. По-видимому, алкоголь ещё окончательно не вышел из него, продолжая бурлить в крови, источая яд.

— Там... На заднем дворе…

Супруга указала подбородком в сторону окна, за которым виднелся небольшой садик с некоторыми видами деревьев. Хотя, в основном Макс там больше отдыхал, с пивом, размышляя о смысле жизни.

— Что там? На заднем дворе?

Спустив ноги, Макс бросил опасливый взгляд в окно, не желая делать резких движений. По стеклу бил мелкий дождик, стекая множественными ручейками. Иногда раздавался грохот, но перед этим вспышка молнии. Давно не было такой погоды, и как ему помнилось, около полтора месяца.

— Там земля провалилась.

— В смысле, провалилась? – не понял супруг, уставившись в недоумении.

Вероника недовольно поджала нижнюю губу, складывая руки на плоской груди. Она смотрела на мужа, прикидывая, то ли он действительно дурак, то ли алкоголь растворил окончательно все мыслительные процессы под черепной коробкой.

Не знаю. Я вышла, чтобы отнести в сарай твои пивные бутылки, и обнаружила дыру в земле. Она примерно вот такая...

С этими словами женщина развела в стороны руки, при этом, для убедительности, распахнула вдобавок широко глаза, будто это могло помочь в том, какая на самом деле была та самая дыра.

— И откуда она там взялась, если вечером ещё ничего не было?

— Блин! Да откуда я знаю! Ты совсем уже дурак? Просыпайся наконец!

Жена потрясла мужа за плечо, и в голове тут же раздался маленький взрыв ядерной бомбы.

— Хватит! – поморщился Макс, не удержавшись и громко застонав.

— Алкоголик, — бросила благоверная, махнув рукой, выходя из комнаты своим торопливым маленьким шагом.

Она ходила так всегда, быстро, небольшими шажочками, так что по полу раздавался дробный звук, иногда забавляющий, а иногда и раздражающий. Всё зависело от ситуации.

«Как бы мне быстрее сдохнуть», — подумалось мужчине с тоской.

Со стоном, он поднялся на негнущиеся ноги, направляясь на кухню, где в аптечке отыскал таблетки от головной боли, приняв сразу пару. Конечно, лучше бы холодного пивка, но жена и без того уже косо на него смотрела, постоянно не забывая упомянуть, что алкоголизм совсем уже рядом, буквально за следующей бутылкой.

— Он также реален, как и твоё пузо, — любила добавлять она в самом конце, будто ставя этим предложением жирную точку.

— А ты думала, может я не от хорошей жизни пью, — пытался возражать благоверный.

— Слова настоящего алкоголика, — прилетало ему в ответ мгновенно.

Спустя минут двадцать, мужчина вышел под дождь, морщась от прохлады. Он приблизился в сопровождении жены к тому месту, где обнаружилась дыра. И действительно, та имелась среди деревьев, убегая куда-то вниз, скрывая глубину чернотой.

— Видишь, — указала Вероника с такой интонацией, будто в её словах раньше сомневались.

— Хм, интересно.

— И это всё, что ты можешь сказать?

— А чего ты ещё ждала?

Присев на корточки, Макс попытался разглядеть что-либо, но, увы... И даже брошенный маленький камешек почти ничем не помог. Звук дождя заглушил удар.

— Что там? – топталась за спиной супруга, держа у себя