За гранью безумия. - Александр Науменко

— Ничего.

— В каком смысле?

— В том смысле, что ничего не видно.

Мужчина провёл медленно ладонью по стене дыры, которая на удивление оказалась слишком гладкой, словно являлась рукотворной, или же много столетий стенки сглаживала вода, чего быть конечно же не могло, так как эта самая труба уходила вертикально. Да и никогда здесь не было никаких водоёмов, если не брать уж совсем древние времена, когда вся Кубань являлась дном океана Тетис. Но тогда и не имелось тех, кто мог сотворить эту трубу... Тоннель.

«Разве что какие-нибудь рептилоиды с Марса».

Выпрямившись, Макс поглядел на сверкающее молниями небо. Дождь почти закончился, и тучи постепенно уходили в сторону залива. Где-то у горизонта даже проглядывали слабые лучи солнца. Подул приятный ветерок, от которого чуток стало легче, принося с собой весеннюю свежесть.

— Что ты собираешься с этим делать?

Вероника указала подбородком на дыру.

— Спущусь туда.

— Ты с ума сошёл?

Жена даже сделала два шага назад, будто до конца не верила в тот бред, который только что услышала. По её мнению, только идиот может совершить такое.

— Ну почему же...

Мужчина потёр висок, с удовлетворением отмечая, что головная боль прошла. Таблетки помогли.

— А ты не боишься, что этот... Хм, так называемый тоннель может обвалиться?

— Навряд ли. Смотри, стены там очень крепкие, словно из обожжённой глины, или даже из камня, я бы сказал. Да и размер позволяет как раз спуститься среднему плотности человеку.

Супруга со скепсисом оглядела благоверного, задерживаясь на животе, будто подвергала сомнению слова по поводу средней плотности. Макс же попытался втянуть пузо, но из этого ничего не вышло. Только сильнее кровь прилила к лицу, а воздуха стало поступать меньше в лёгкие, поэтому все попытки казаться стройнее были отброшены моментально.

«В конце концов, я не девка, что следит за своей фигурой. Мне это не надо. И так пойдёт».

— И как ты это планируешь сделать?

В голосе жены слышалось беспокойство, что, признаться честно, оказалось приятным ощущением. Ведь в последние годы их отношения перешли в разряд привычки, просто совместное проживание, и о былых чувствах никто уже не вспоминал. Да и это понятно, после двадцати лет брака… Даже секс как-то не радовал.

«Старею, наверное, — подумалось ему с лёгкой грустью. — Но как-то уж слишком рано, признаться. Всего лишь пятый десяток пошёл».

Где-то минут через тридцать, всё оказалось готово. Макс принёс из сарая длинную верёвку, мощный фонарь, сапёрную лопату и охотничий нож.

— А лопата тебе для чего? Не поняла жена. — Яму что ли будешь там копать?

— Да на всякий случай. Мало ли чего... Мешать не будет. Пускай болтается в чехле за спиной.

Обмотав верёвку вокруг ближайшего ствола дерева, мужчина под пристальным взглядом жены стал опускаться. Ноги на какое-то время повисли в пустоте, но вскоре подошва ботинок упёрлась о гладкие стены. На секунду разум сдавил страх замкнутого пространства, так как хотя сам тоннель мог свободно уместить взрослого человека, но все же не являлся достаточно широким, как бы хотелось для полного комфорта. Не хватало совсем чуть-чуть, чтобы плечи не тёрлись о стены.

«Что я делаю? – пронеслось в голове. – Для чего всё это? Не лучше бы оставаться там, наверху?»

Макс поднял взор, встретившись с голубыми глазами Вероники. В них плескалась тревога за мужа.

— Ты там это… Ну, осторожнее что ли.

— Не волнуйся, всё будет в порядке.

Спуск продолжился, всё дальше и дальше. И чем глубже опускался мужчина, тем более отчётливее бил в нос запах сырости, болота. С другой стороны, это и неудивительно. Ведь всю ночь шёл дождь, и сюда успела попасть вода, да и внизу ещё неизвестно что ждало... Некоторые поговаривали о втором дне под Ейским лиманом и Таганрогским заливом. Будто каким-то людям удавалось туда отыскать вход, но каким образом, никто не ведал.

«Байки, наверное. Таких историй много довелось слышать, как и о подземных ходах, что рыли турки, а может быть и греки вместе со скифами и неандертальцами».

Впрочем, насчёт подземных ходов под городом, всё это оказалось правдой. Макс сам по ним блуждал с пацанами в далёком детстве, входя в них через старую канализацию, и таким образом проходя весь город. Но после пропажи нескольких человек, уже в нынешнее время, все входы перекрыли, не желая создавать новые случаи. Ведь под землёй лазала не только пацанва, но и всякие наркоманы с бомжами.

Спустившись таким образом метров на десять, Макс вдруг перестал ощущать спиной гладкую стену. И только сейчас до него дошло, что сама каменная труба закончилась, и он теперь висел в пустоте. Тут же бросил взгляд вниз, и с облегчением выдохнул, так как до пола оставалось не больше метра.

«Вот и всё».

Спустившись до конца, мужчина выпрямился, разглядывая тоннель высотой чуть выше него самого и шириной около трёх шагов. На стенах из камня выделялся мох, местами засохший, а местами вполне белый. Конечно, такого цвета тот быть не мог, но все же...

«Или это все-таки не мох, а нечто другое? Какой-то налёт грязи?»

В нос шибал запах рыбы, моря, тухлой воды, а под ботинками чавкала какая-то грязная жижа. А в этом нечто копошились черви, тонкие, длинные, почти прозрачные. Их оказалось немного, но вполне хватило, чтобы вызвать отвращение.

Водя фонарём из стороны в сторону, Макс с опаской двинулся в выбранном направлении, то и дело останавливаясь, замечая на гладких стенах глубокие борозды. Некие царапины. Но кто их мог оставить, это было вопросом на миллион.

«А это ещё чего такое?»

Шагнув вперёд, сощурив взгляд, мужчина вытащил из одного углубления нечто загнутое, с острым концом. Спустя секунду до него дошло, что это было самым настоящим когтем. И совсем не маленьким, как у домашних животных. Скорее уж размером с медвежий...

— Да что за...

Затравленно оглянувшись, Макс сглотнул подступивший к горлу ком. Было ясно, что находка довольно старая, но все равно от этого становилось не по душе. Конечно, здесь была не Москва и не Одесса со своими подземными тоннелями, о которых ходили жуткие небылицы, но все равно в мозгу всплыли страшные