За гранью безумия. - Александр Науменко

Мужчина мгновенно проснулся, принимая сидячее положение. Нехорошее предчувствие забилось в нём испуганной птицей, крича об опасности. Мысли сразу отчего-то обратились к листу железа и дыре…

«Следовало положить что-то более тяжёлое».

Буквально скатившись по лестнице со второго этажа, мужчина бросился в зал, отмечая краем глаза влажные дорожки слизи на полу. Как от улитки, но только в сотню раз больше. Они тянулись со стороны кухни, где имелась дверь, уводившая во двор, а дальше и к дыре…

Остановившись на пороге, Макс увидел жену, которая боролась с двумя тварями совершенно жуткого вида. Они оказались похожими на тех, кого довелось увидеть на примитивных рисунках. Вытянутые змееподобные кольчатые тела без ног. Их треугольные головы украшали волосы, шевелящиеся сами по себе, будто являлись отдельным организмом. Чёрные без зрачков глаза ничего не выражали, а широкие пасти, усеянные множеством иглоподобных зубов, распахивались, выдавливая вместе со слизью шипящие звуки. Кожа казалась бледной, словно брюхо у рыбы.

Одна из тварей резко крутанулась, извиваясь гибким телом, выбрасывая вперёд жилистые руки с острыми загнутыми когтями. Макс сделал шаг назад, а потом, повинуясь какому-то чувству, ударил ладонью по выключателю. Под потолком ярко вспыхнула лампа, отбрасывая мрак, разгоняя его по самым дальним углам. Работающий телевизор продолжал болтать, показывая очередную серию ночного сериала.

— Максим! — прокричала Вероника в животном ужасе.

Она забралась на диван с ногами, держа перед собой ею самой вышитую подушечку, будто та могла защитить от существ, которые каким-то образом смогли выбраться из длинной вертикальной трубы.

Пока монстры были ослеплены светом, Макс, схватив за спинку стул, обрушил его на голову ближайшего чудовища. Тварь закрутилась на одном месте, всячески извиваясь червём, которого вдруг бросили на соль, а затем с силой прыгнула прямо в окно, разбивая стекло, исчезая во мраке ночи.

Жена вновь закричала, но на этот раз более отчаянно. Жилистые руки змееподобного существа крепко ухватили Веронику, вонзая когти в кожу, и ослеплённая светом тварина, последовала за своим собратом, совершенно не чувствуя тяжести ноши. По крайней мере, та прыгнула также ловко, как и первая, используя своё мускулистое змеиное тело. Визг супруги растворился где-то во дворе.

«Твою мать!» — пронеслось в голове.

Макс выбежал на улицу, босиком, в одних носках, уставившись на откинутый лист железа и на то место, где находился тоннель под землю. От супруги, как и от тварей, не осталось и следа. Лишь только дорожка слизи поблёскивала при включённом свете, льющегося из окон дома.

* * *

Схватив фонарь, лопату и ружьё, с которым изредка ходил на охоту в плавни, Макс выдвинулся к дыре, с осторожностью приближаясь к чёрному отверстию. Заглянул вниз и не увидел ничего, кроме черноты. И не удивительно. Ведь с момента нападения прошло чуть больше двадцати минут.

— Так-так, а это у нас что?

Посветив фонарём, мужчина разглядел на гладких стенах дыры некие точки, глубокие выемки, которые раньше не замечал. Они как раз подходили для того, чтобы цепляться за них когтями, подтягивая тело вверх на мощных руках.

— Твою же мать! — выругался он, сбрасывая вниз верёвку, спуская ноги, глубоко вздыхая.

Вновь возвращаться в это жуткое место не хотелось, но ничего не поделаешь. Как-никак, Вероника была ему женой, непутёвой, но все-таки… И не гоже оставлять человека в опасности, да в добавок среди этих жутких тварей.

«Эх, и только попробуй меня потом упрекнуть, если мы оба выживем, в чём-либо».

Ему понадобилось пара минут, чтобы опуститься вниз, в эту зловонную жижу. Фонарь не высветил ничего, если не брать в расчёт ткань от ночнушки супруги, которая указывала путь в нужном ему направлении. А ещё на стенах тоннеля виднелись брызги свежей крови.

«Господи! Лишь бы она была только жива».

Зашагав вперёд, Макс прошёл прежним утренним путём, останавливаясь на развилке. Посветил фонарём на настенные рисунки в помещении с алтарём, но и здесь не было следов супруги. Тогда повернувшись, чтобы двинуться по одному из выбранных путей, мужчина вскрикнул от неожиданно появившейся из темноты твари. Та зашипела, скаля острые зубы.

— Вот же срань!

Вскинув ружьё, Макс выпустил заряд прямо в мерзкую рожу, разнеся ту на куски. Грохот прокатился по тоннелям, оглушая, на секунду дезориентируя. Откуда-то издалека послышались жуткие завывания монстров, а следом за этим визг Вероники.

Переломив ружьё, мужчина перезарядил его, бросаясь на звуки, поднимая волны зловонной жижи под ногами. Чем дальше он углублялся, тем менее гладким становился тоннель. Здесь уже нельзя было принять его за рукотворный. Слишком большой контраст между тем, что за спиной и тут. Стены неровные, хотя и по-прежнему гладкие. Потолок, то приближался, то вновь поднимался вверх. Одним словом, теперь не было никаких сомнений в том, что очень много столетий, а может и тысячелетий назад, здесь текла вода. Этакая подземная река.

Макс спустя два десятка метров очутился в огромном пузыре, никак это место больше не назвать. Под ногами вода, стены покрыты хлопьями грязи, каких-то наростов, с потолка сталагмиты, сливающиеся со сталактитами, становящимися сталагнатами.

— Неееет! — вновь прокричала супруга.

Тварей здесь оказалось необычайно много, не один десяток. А некоторые из них окружили Веронику, которая лежала на неком островке суши, растянутая за ноги и руки. Ночная рубашка оказалась порвана во многих местах, открывая окровавленную плоть на бёдрах.

— Эй! Я здесь!

Эхо от голоса разнеслось во все стороны, а следом за этим раздался многочисленный вой и писк монстров. Жуткие головы на тонких вытянутых шеях поворачивались к человеку, к новой жертве. В чёрных глазах не читалось абсолютно ничего. А бледная кожа, казалось, слегка фосфоресцировала в этом царстве тьмы.

Посветив фонарём в рожу чудовища, Макс с удовлетворением заметил, как та отпрянула, будто от кислоты, ныряя в жижу. И ничего удивительного, если взять в расчёт то, что эти подземные существа всю свою жизнь провели во мраке, и никогда не видели света.

«А есть ли у них вообще зрение, или же они ориентируются на другие чувства? — спросил сам себя мужчина. — С другой стороны, раз бояться, значит все-таки что-то осталось».

Он выстрелил раз, другой, убивая сразу двух существ прямым попаданием. Времени перезарядить ружьё не было. Следовало пользоваться моментом, пока твари оказались на несколько секунд дезориентированы ружейным грохотом в замкнутом пространстве.

Отбросив ружьё, и кинувшись к жене,