Тень на странице - Ирина Фуллер

Закружилась голова от того, что стены двора-колодца начали давить со всех сторон. Перед глазами все еще стояли темно-красные пятна на кипенно-белом хлопке.

Наконец, заскрипели чугунные ворота. Стены озарил свет фар. Мужчина в дубленке втиснул машину рядом с красным фольксвагеном и вошел во вторую парадную, Констанция успешно пристроилась следом.

Цокая каблуками по лестнице, она не могла избавиться от тревоги. Вместо того, чтобы думать об охоте, она думала о странной находке в сумке. Добравшись до пятого этажа, Констанция остановилась и, опираясь на перила, сжала ставший почти горячим ловец.

Внезапно дверь одной из квартир отворилась. В проеме стоял мужчина необычной наружности: вроде бы и хорош собой, но с чем-то недобрым, неправильным, порочным в чертах лица. Одет он был в длинные кальсоны и белую блузу с воланами. Голову украшал старомодный темный парик.

Ловец вовсю дрожал в руке, намекая на книжную природу этого героя. Констанция намеревалась броситься к нему и поймать, но он вдруг сам шагнул вперед, так уверенно, будто все здесь принадлежало ему. В том числе — сама Констанция. Она невольно отпрянула назад. Слишком резко: рука с ловцом ударилась о перила, пальцы против воли разжались, томик выскользнул и полетел в дыру между лестничными пролетами. Эта пропасть, пронзающая здания сквозь все этажи, всегда пугала ее. И вот, оказывается, не напрасно.

Констанция ошарашенно посмотрела вниз, в эту бездну, затем на персонажа.

Тот пару мгновений бесстрастно глядел в ответ, а затем расплылся в такой откровенной и наглой улыбке, что у Констанции подкосились ноги.

— Добрый вечер, мадам…

Голос потек медом по ее венам…

Констанция тряхнула головой, отгоняя наваждение. То ли ее состояние из-за окровавленного фартука ослабило психологическую защиту, то ли персонаж был особенно силен, но его неестественная притягательность была почти непреодолима.

Мужчина шагнул еще ближе, не оставляя возможности сбежать. А может, возможность была, но Констанция не хотела ее видеть: внутренний голос настойчиво предлагал поддаться этому нереальному магнетизму. От персонажа пахло потом и дурманящими, сладковатыми духами. Однако это не оттолкнуло, напротив: голова закружилась, ноги налились странной тяжестью.

Срочно требовался ловец! Тело не слушалось. Когда мужчина подхватил ее за локоть и потащил в квартиру, Констанция даже не попыталась сопротивляться.

Чувствуя, что окончательно теряет голову, Констанция сунула руку в сумку и извлекла эфирный джаммер. После ситуации с Дорианом Греем она пообещала себе никогда не оставаться без этого полезного прибора. Но не успела она покрутить выступающий регулятор на этом небольшом золотистом куполе, как предмет был выхвачен из ее рук.

— Право, мадам, оставьте, — промурчал персонаж ей в ухо и вышвырнул джаммер на лестничную клетку.

Тот с неприятным звоном брякнулся на пол, покатился по гладкому полу, затем с отвартительным металлическим лязганьем ударился об одну ступень, вторую, третью.

Звенящая тишина была недолгой. Мужчина втянул Констанцию в квартиру и запер дверь, тут же прижав свою добычу к деревянной поверхности. Ручка больно впилась в спину Констанции, немного отрезвив.

Пока персонаж водил пальцем по ее лицу, она вслепую вытаскивала из сумки телефон. Ей удалось набрать Арину и включить громкую связь.

— Мне срочно нужен книжник! — воскликнула она, пока лапающий ее герой-любовник не догадался, что маленький прямоугольник в женской руке был средством связи. — Либо с ловцом, либо пускай подберет мой на первом этаже, он упал, и я не могу за ним вернуться, — сообщила она и назвала адрес.

— Узнаю, кто поблизости, — торопливо ответила Арина и сбросила, оставив Констанцию один на один с недоуменно глядящим на ее телефон мужчиной.

Констанция воспользовалась его секундным замешательством, нырнула под рукой и суетливо пробежала вглубь помещения.

Квартира оказалась просторной, светлой, с высокими потолками. Минимум мебели — впрочем, стильное смешение лофта и классики ничего и не требовало.

“Соберись!”, — говорила она себе, изучая пространство, но тут же второй внутренний голос томно отвечал: “не хочу…”

Помимо кухни в квартире обнаружилось еще две комнаты. Одна оказалась спальней. У кирпичной стены без отделки стояла огромная железная кровать. Среди смятых простыней спала молодая женщина. По отсутствию одежды Констанция могла предположить, что либо ее недавно навестил мужчина, либо она не сумела противостоять силе персонажа.

По тому, как тяжело Констанции было даже смотреть в его сторону — а он лениво прохаживался за ней, будто лев, ожидающий, когда можно будет напасть — наиболее вероятным казалось последнее.

— А вы кто? — спросила она, отводя глаза и стягивая на груди распахнутую куртку.

Будто жалкий кусок ткани с пухом мог защитить ее от пронзительного взгляда.

— Виконт де Вальмон к вашим услугам, — он изобразил насмешливый поклон.

— “Опасные связи”, — понимающе пробормотала она самой себе.

— А вы, прекрасное создание? Я не смогу жить, если не узнаю имя ангела, спустившегося ко мне на землю, чтобы наказать за все грехи.

Она покосилась на кровать. Один ангел уже был повержен, теперь он собирался взяться за следующего.

— Констанция, — представилась она и жестом предложила пройти в другую комнату, прикрыв за собой дверь в спальню.

В гостиной в самом центре стояло пианино, у стены с лепниной расположились книжные полки и большой плюшевый диван.

Констанция прошлась вдоль полок. Вальмон неторопливо следовал за ней. Она старалась не смотреть на него, осознавая опасность. Ей нужно было продержаться полчаса или, может быть, час, до того как кто-нибудь придет на помощь. Даже если какой-нибудь охотник будет ехать к ней из Библиотеки, дорога займет минут сорок пять. А если же кто-то уже находился в районе Петроградки, подмога могла подопспеть и того раньше.

— Как вы оказались в наших краях? — спросила Констанция, обходя пианино.

Было непривычно, что оно стояло не у стены. Как будто хозяйка квартиры давала концерты, собирая гостей вокруг инструмента.

— Судьба привела меня сюда, чтобы мы могли встретиться с тобой, мой Ангел.

От одних лишь вибраций его голоса у Констанции подгибались колени. Это томление могло бы быть приятным, если бы не совершенная невозможность ему противостоять. Это было похоже на липкие сети, из которых, как ни старайся, не выберешься.

Констанция поспешно обогнула пианино, выходя уже на третий круг.

— Мне кажется, вы лукавите, виконт. Пять минут назад вы даже не знали о моем существовании.

— Разумеется. Как не знал, родившись, о том, как сладок воздух и как пьянит вино, это не значит, однако, что я мог бы без них