Падение клана Шэ. Том 2 - Ло Ян

да к тому же хотел отплатить за оскорбление, а мастер Хуань мухлевал в кости, зато в самые отчаянные вылазки ходил сам и возвращался с трофеями.

Решили на всякий случай поддержать того, кто покажет бой красивее.

Вот они поклонились друг другу и разошлись.

– Такой серьёзный! – поддразнил Фэнбао. – Смотри, не лопни от натуги на жаре!

Цзю-эр приподнял бровь.

– А для вас это, значит, игра, мастер Хуань? Что ж, значит, мой долг – показать вам всю серьёзность моих намерений.

Порыв его ци был как прохладный ветер, столпившиеся ближе всех даже ахнули от удовольствия. Фэнбао отступил на шаг, уворачиваясь, но белый ароматный рукав скользнул по лицу.

Знакомый запах…

Чтобы Цзю-эр не бегал по двору впустую, он даже обменялся с ним чередой ударов, но что делать дальше, не знал. В голове зияла пустота, будто дырку просверлили и все мысли со свистом улетели в пустыню.

Цзю-эр сражался всерьёз. Его меч лежал на ящике поодаль, и он то и дело бросал в его сторону быстрые взгляды.

– Хочешь серьёзного боя? – спросил Фэнбао, изловчившись и поймав руку Цзю-эра в захват-костолом.

Глаза Цзю-эра сверкнули яростью, бесстрастное лицо побледнело.

– Ты знаешь, чего я хочу. Насмехаешься надо мной? – он ткнул в болевую точку и отпрыгнул, вырываясь из захвата.

«Сдайся, – мысленно попросил его Фэнбао, отходя и медленно снимая с пояса кнут. – Тебе же будет лучше».

Но Цзю-эр не желал сдаваться. Взял меч и так же медленно достал его из ножен.

Сдайся. Зачем я тебе? Ты разве не видишь, что я приношу только несчастья? Ты разве не видишь, что моя жизнь принадлежит моему императору?

Кончик меча просвистел мимо его носа, едва не располовинив губу.

Зачем ты сражаешься? Глупый мальчишка, ты сам не знаешь, чего хочешь…

Фэнбао бросил умоляющий взгляд на малыша Юаня, сидевшего под навесом. Прекрати это! Вмешайся! Не видишь, что ли, Цзю-эр сошёл с ума…

Но малыш Юань лишь задумчиво поигрывал винной чаркой, словно дух его витал вовсе не здесь.

Предатель!

Фэнбао закрутил кнут вокруг себя, хлеща пыль, не давая Цзю-эру подойти.

Вот так. Не приближайся. Никому лучше не приближаться ко мне… Цин-эр приблизился, и что с ним стало?

– Зачем ты сопротивляешься?! – в сердцах крикнул Цзю-эр. – Презираешь меня?!

Свистнул в воздухе гибкий клинок, и половина кнута отлетела в толпу, оставив Фэнбао лишь короткий хлыст.

За оружие Фэнбао не беспокоился, – волшебный кнут, отрастёт обратно. Но сердце неприятно ёкнуло.

Цзю-эр… Откуда в тебе столько воли к этой победе? Неужто ты всерьёз задумал…

Неужто…

«Вот ещё. Глупый мальчишка! А ну иди сюда! Я не позволю тебе страдать!»

Они сцепились по-настоящему. Цзю-эр оставил осторожность, бил теперь насмерть, волосы слиплись и побелели от песка, дорогие одежды изорвались, лицо превратилось в пыльную маску, лишь глаза горели, как два уголька.

Фэнбао ударил.

Он бил беспорядочно, не заботясь о том, что может сломать Цзю-эру пару рёбер, ранить, убить…

Пусть умрёт, раз такой дурной! Пусть!

Краем глаза он заметил движение со стороны малыша Юаня, но не понял сразу…

Лишь когда нога поехала на чём-то твёрдом, до него дошло. Но поздно. Поскользнувшись, он рухнул плашмя на землю. И немедленно кончик меча ткнулся ему в шею, под подбородок, заставляя запрокинуть голову.

Прохладная тень Цзю-эра упала на разгорячённое лицо.

– Всё, – тихо сказал Цзю-эр. – Прими поражение как мужчина.

Фэнбао устало выдохнул и закрыл глаза.

Значит, такова судьба. Однажды он так и скажет Цин-эру.

Судьба…

– Я проиграл.

Он протянул руку, и Цзю-эр резко поднял его с земли. Молча.

Фэнбао взглянул на песок и увидел сплющенную винную чарку.

* * *

Они попрощались сухо. Малыш Юань выглядел сонным и усталым, видно, жара доканала его.

– Мы ещё обязательно встретимся, – сказал он. – Если на то будет воля Неба.

Предусмотрительно не стал обещать, что навестит. Знал ведь, что больше никогда носу не покажет в поместье Шэ.

Фэнбао не сдержался и крепко обнял его, похлопал по спине.

– Береги себя, баоцзы. Следи за колодцем, вдруг та ящерица яйца отложила. – Он обернулся к стоявшим рядом Лю Хэ и Тигрице: – Берегите принца, да сами не помрите тут. А лучше… Уходите из этого гиблого места совсем.

Оба поклонились ему.

– Ещё встретимся, мастер Хуань. Выпьем в столице лучшего вина! – пообещала Тигрица не терпящим возражений тоном.

– Лучше вы возвращайтесь к нам, – усмехнулся Лю Хэ. – И привозите главу Шэ с домочадцами. Нам тут бойцы пригодятся.

Цзю-эр, снова чистенький и умытый, в дорожной шляпе, поклонился в ответ.

– Моя семья затеяла большое дело, мы восстанавливаем поместье Северного ветра для наследников дорогого друга и наставника Жуань-цзы. Но как только мы закончим…

Фэнбао вскочил в седло и махнул рукой.

– Что лица такие кислые? Даже стихов каких-нибудь не почитаете для приличия? На равнине трава, каждый год её сжигает… как там дальше… Ай, ну вас! Надоели!

Он свистнул и помчался прочь.

Цзю-эр не сразу догнал его. А догнав, ничего не сказал.

До самых сумерек они ехали молча, пока не показались на фоне закатного неба чёрные остовы домов: покинутую деревню наполовину занесло песком, и, глядя в пересохший колодец, Фэнбао вспомнил щербатого братца Ли.

Как он там, несчастный дурак? Смог ли спастись? Или ходит по запечатанному со всех концов подземному городу вместе с такими же неприкаянными?

– Кто же, интересно, вас откопает… – пробормотал он.

– Что? – переспросил Цзю-эр, собиравший кучку из сухих верблюжьих лепёшек и сухостоя для костерка.

– Да так, вспомнил, как мы блуждали в подземельях. – Фэнбао подошёл, плюнул в растопку огнём. Из глубины пополз тонкой струйкой синий дымок. – Быстро ты оправился.

– Это тебя долго не было. – Цзю-эр подкинул веток. – Я до сих пор не восстановил ци как следует. Учитель Ван посоветовал мне удалиться в затвор, очистить тело и дух, но всё нет времени. Впрочем, теперь я могу кое-какие обязанности переложить на тебя.

– А, так вот зачем ты меня позвал! – Фэнбао цыкнул якобы недовольно. – Люди! Вам бы только приручать свободных созданий и заставлять их работать!

– Судьба быка – таскать плуг, – усмехнулся Цзю-эр, но посерьёзнел. – Скажи… То, что ты сказал мне тогда, в пещере… Ты вправду думал, что я ни на что не гожусь, или желал меня разозлить?

Фэнбао подавил желание потрепать его по щеке как несмышлёныша.

– Неужто тебе важно, что думает бык, таскающий плуг?

Цзю-эр уставился в огонь, надул губы, и Фэнбао впервые заметил, как этот бедолага молод. Что это ещё за взгляд такой?

– А зачем я, по-твоему, приехал? Я… глава священного клана. Глава школы Серебряного