Миры Брэма Стокера. Дракула. Свободные продолжения. - Вуди Аллен

В дальнем углу коридора поднималась к люку в потолке узкая крутая лесенка, выкрашенная в белый цвет.

— Что там? — спросила она вслух.

— Чердак, конечно, что ж ещё?

Даже недолгое пребывание на улице сказалось на произношении Кристофера, которым некогда гордился их учитель-канадец.

Кэрри заметила свежие следы на тонком слое пыли и сажи, скопившемся на белых ступеньках. Отпечатки мужских каблуков. Один набор следов, ведущих вниз.

Люк подался легко. Помещение сверху оказалось скорее мансардой, чем чердаком; возможно, когда-то здесь обитала прислуга. Пол казался надёжным, стропил не видно, всё вокруг затянуто пылью и паутиной. Угловое окно мансарды было плотно заперто изнутри; сквозь омытые дождём широкие стёкла виднелся холмистый ряд шиферных крыш с дымоходами и купол Святого Павла, возвышающийся в миле к востоку.

Около одной из стен стоял старый шкаф с висящей внутри одеждой. Но самым интересным предметом на чердаке был большущий, немного потрепанный из-за долгого использования или путешествий, деревянный ящик у северной стены.

Крис сказал, что ящик похож на гроб, но Кэрри возразила, что для гроба бедняка он слишком крепок и недостаточно элегантен для гроба богача.

У ящика были две прочные верёвочные ручки по бокам и простая, плотно подогнанная деревянная крышка.

Кристофер подошёл поближе и попробовал открыть. К их удивлению, крышка легко откатилась назад.

— Смотри, сестренка!

— Тут полно земли, — Кэрри почему-то ощутила смутное разочарование. Вообще-то земли в ящике было лишь до половины, а аккуратные стыки досок, как ни странно, были просмолены изнутри, словно ящик пытались сделать водонепроницаемым. Конечно, это мешало просыпаться почве. Но зачем?

Земля была сухой. Кэрри просеяла горстку сквозь пальцы и ощутила затхлый, с оттенком незнакомой пряности аромат.

Кристофер ушёл, так тихо ступая босыми ступнями, что Кэрри не поняла, что его нет, пока не услышала, что он зовёт её вниз. Она закрыла ящик и осторожно опустила крышку люка на место.

Брат зажёг газовую лампу на кухне и нашёл в кладовой несколько банок сардин. Вскоре они вспомнили о растопке в подвале и о дровяной кухонной плите.

Сардины кончились быстро. Брат с сестрой не наелись, но, по крайней мере спрятались от дождя.

Они легли спать, заперев двери и завернувшись в пыльный коврик на полу кухни, куда доходило тепло от плиты. Начинался октябрь, и в доме было холодно.

***

На следующий день после дождя они вышли на улицы Лондона, пытаясь заработать немного денег и не попасть в беду. Получалось не очень хорошо. Соседи обратили на них внимание, и отнюдь не дружелюбное. Как и бобби, расхаживающий по улице.

Радовало то, что на буфете, будто его кто-то специально там оставил, они нашли ключ, подходящий к замкам обоих дверей.

Винсент до сих пор следил за ними, по крайней мере, за Кэрри. Одна из соседок как бы невзначай бросила девушке: «Не вижу ваших родителей». Кэрри молча улыбнулась и поспешила внутрь дома, чтобы поделиться с Кристофером украденной из магазина горсткой печенья.

Вскоре после заката неприятности приобрели угрожающий характер. Дождь закончился, люди вышли на улицу и заинтересовались чужими делами. Один из соседей начал, подтянулся другой, а затем и полицейский с усами как у моржа услышал голоса и решил, что обязан поучаствовать.

На некотором расстоянии от толпы держался противный Винсент, предлагавший взять Кэрри под свою защиту. От некоторых его комментариев про её тело лицо девушки пылало от унижения и гнева.

Винсент подставил ногу, чтобы Кэрри не смогла захлопнуть перед ним дверь. Когда подошёл бобби, он убрал ногу, но Кэрри не посмела закрыть дверь перед лицом полицейского.

— Как тебя зовут, девочка? — без обиняков спросил полисмен.

— Кэрри. Кэрри Мартин. Это мой брат Крис.

— Где хозяйка дома? — потребовал самый смелый сосед, прервав драматическую паузу.

Кэрри признала печальную правду, что её мать умерла.

— Тогда где твой отец? — вмешался другой сосед.

Детей оттеснили назад почти к самой лестнице.

— Он очень занят. Он не любит, когда его беспокоят.

Каким-то образом в доме оказалось уже трое или четверо человек. Сумеречного освещения хватало, чтобы разглядеть скудость обстановки и ветхость их когда-то вполне респектабельной одежды.

— Кажется, горничная сегодня не приходила, — пошутил кто-то.

— И у дворецкого тоже выходной, — подхватил другой сосед.

— Так, говорите, ваш отец здесь, мисс? — Полисмен говорил медленно и величественно, тоном заботливого дядюшки. — Я хотел бы поговорить с ним, если можно.

— Он не любит, когда его беспокоят, — Кэрри чувствовала, что её голос вот-вот сорвется на детский писк. Ненадолго, всего на пару часов, она поверила, что они смогут выжить. Но сейчас…

— Где он?

— Наверху. Но…

— Так он спит?

— Д-д-да.

— Сколько тебе лет?

— Шестнадцать.

— А мне так не кажется! Видишь ли, девочка, если мне не предоставят доказательств того, что вы находитесь здесь под надлежащей опекой, вас обоих обвинят в бродяжничестве.

Испуганная Кэрри схватила брата за плечо и попыталась возразить, но её всё время перебивали. Люди говорили одновременно, обвиняя и требуя…

Внезапно голоса смолкли. Взгляды, ранее устремленные на Кэрри, поднялись поверх её головы, а лестница позади неё заскрипела под тяжёлыми шагами.

Она обернулась и увидела высокого, отлично сложенного и хорошо одетого мужчину, неторопливыми шагами идущего по ступеням. Совершенно спокойно, словно джентльмен в собственном доме, который каждый день спускается по этой лестнице. Аккуратно подстриженные тёмные волосы были тронуты сединой на висках, а нос с горбинкой придавал ему решительный вид. Он как раз поправил манжеты, будто только что надел пальто, и удивлённо нахмурился при виде собрания перед собой.

Кэрри не видела его никогда в жизни; как и Кристофер, судя по удивлению на его лице.

Скользнув взглядом по толпе в прихожей, мужчина заговорил низким, но властным, как и его внешность, голосом со странным акцентом:

— Что означает это вторжение? Офицер? Кэрри, чего хотят эти люди?

Кэрри утратила дар речи. Мужчина встал рядом с ней и по-отечески приобнял.

— Мистер Мартин? — На широком лице бобби отразилось смятение. Он отступил на полшага к двери, к которой уже быстро двигались разочарованные зеваки.

— Да. У вас официальное дело ко мне, офицер?

Винсент исчез.

Полицейский оправился от удара и напустил было на себя официальный, хотя и немного растерянный вид, но вскоре сдался перед холодным высокомерным взглядом. Несколько ударов сердца спустя за последним из незваных гостей захлопнулась дверь.

Таинственный незнакомец постоял у входа, заложив за спину бледные, сильные руки с заострёнными ногтями. Затем он потянулся к вешалке для шляп и снял с неё цилиндр, которого, Кэрри могла бы жизнью поклясться, раньше там не было. Впрочем, она почти не смотрела.