Тень на странице - Ирина Фуллер

Помимо навязчивых образов и слишком ярких воспоминаний, ее не оставляла мысль: что же хотел сказать Кинг? Зачем приходил? И почему так и не пояснил цель визита сообщением?

Эпизод 8. Глава 1

Эпизод 8 | “Нет такой дурной книги, в которой не было бы чего-нибудь хорошего”

Выходные Констанция все же провела у родителей. Ненадолго вернулась к ощущению нормальности. Артур так и не написал. Что же могло показаться ему таким важным вечером пятницы, что он решил прийти к ней домой? И почему это перестало иметь значение, едва он покинул ее квартиру?

В понедельник Констанция надела свое самое строгое черное платье, не допускающее никаких вольных мыслей. Волосы убрала в не менее строгую прическу. Выбрала самый ядовитый оттенок красного для губ. Весь ее облик должен был сообщать об опасности и неприступности.

Ей удалось пройти с этим суровым ликом весь путь от дома до Библиотеки, получилось сохранить его, поднимаясь по лестнице, проходя через Абонемент и Читальный зал. Однако она растеряла всю сдержанность и отстраненность, когда застыла у открытой двери в офис Кинга.

Он сидел на своем письменном столе, глядя на расставленные повсюду коробки. Книги уже были убраны с полок и, вероятно, именно они наполняли крафтовые короба.

Констанция ощутила, как удивление сменяется осознанием. Кинг съезжал. Либо он психанул из-за ее отказа и решил уволиться, так как больше не мог терпеть рядом такую коллегу, либо… Илья выбрал, кого перевести в Основной фонд. Вероятность первого была минимальна.

Когда Констанция протянула понимающе “мм”, Артур поднял голову, а увидев в ее проеме, поспешно спрыгнул со стола.

— Я хотел сказать вам в пятницу, — торопливо сказал он.

— Что же вас остановило? — едко спросила она.

Артур устало потер лицо.

— Илья подписал приказ на мой перевод в Основной фонд в тот день, мне сказал вечером, — объяснил он.

— Мм, — снова отозвалась она, а затем развернулась, чтобы пойти прочь.

Не в кабинет охотников — там были коллеги, видеть их не хотелось.

— Констанция, подождите, — раздалось ей вслед, — Констанция… Wait!

Кинг быстро нагнал ее, ухватил за локоть. Она стиснула зубы, чтобы не выдать своих эмоций.

Илья выбрал Артура. Оставил Констанцию ни с чем. Обида душила ее. Обида и на Илью, и на Кинга. Осознание, что цель, к которой она шла полгода, не достигнута, придавило тяжелой плитой. Хотелось просто расплакаться, но приходилось держать лицо, и это заставляло злость кипеть в горле.

— Пожалуйста, на разговор, — попросил Артур, пытаясь посмотреть ей в глаза.

Она же старательно отводила взгляд, опасаясь, что не справится с подступающими слезами.

— О чем нам говорить, Артур? — спросила она холодно. — Здесь нечего обсуждать.

— Я прошу. Вы обещали, что это не навредит нашим… взаимоуважающим отношениям.

Возмущение помогло побороть уныние и мрак. Констанция вскинула на него яростный взгляд, начала дышать чаще, чем обычно.

— Это нам уже лучше знакомо, — прокомментировал Артур, увлекая ее за собой в кабинет. — Видеть, как вы злитесь — облегчение по сравнению стемлицом.

Она готова была поспорить, он даже не понимал, что именно сказал не так! Вместо того, чтобы прямо рассказать о своем продвижении, он стянул с нее майку и лишил сна, а теперь смел называть это “взаимоуважающими отношениями”?

Артур прикрыл дверь своего кабинета и повернулся к Констанции. Она встала у его книжного — теперь пустого — шкафа.

Повисла тишина. Давящая, неуютная.

— Вы что-то хотели сказать, Артур? Или мне сразу раздеться?

Он прикрыл глаза.

— Вы сердитесь, — понимающе кивнул он и снова замолчал на несколько томительных мгновений. — Позвольте мне объясниться. Я сказал вам сразу, что имею цель переводиться в Основной Фонд. Но я клянусь, что не ходил по головам. Не имел разговоров с Илией и не демонстрировал моего превосходство над вами. Когда Илия сообщил новость в пятницу, я — не буду делать секрет — принял ее с чувством радости, но решил, что должен рассказать вам лично. Я пришел к вам, чтобы сохранить честность и защитить тот мир, который нам удалось установить. Но…

Констанция сложила руки на груди, всем своим видом демонстрируя: ему лучше хорошенько подумать над тем, что последует за этим “но”.

Кинг глубоко вздохнул, однако так и не смог закончить мысль: в дверь постучали.

Они посмотрели друг на друга, и ей показалось, что какое-то время в их глазах горело одинаковое желание проигнорировать нежданного гостя. Однако стук раздался снова.

— Артур? — это был Илья, и Констанция страдальчески закатила глаза.

Она отвернулась к стеллажу, изучая опустевшие полки.

Кинг, наконец, открыл дверь. Констанция не знала, что происходило между мужчинами, она стояла к ним спиной, но Илья заговорил не сразу.

— Констанция, ты мне нужна, — сообщил, наконец, он деловито. — Пройдем в мой кабинет, нужно обсудить один вопрос.

Она неторопливо повернулась к ним. Кинг стоял посреди кабинета, сложив руки на груди, и безо всяких эмоций смотрел на Илью. Тот глядел на Констанцию.

— Разве ты пришел в кабинет нашего блестящего Артура не к нему? — она издевательски подняла бровь.

— Я искал тебя, — мрачно отозвался Илья. — И не ошибся.

— Зачем тебе я, когда в Библиотеке есть такой талантливый книжник, как Артур Кинг?

— Childish, — пробормотал “талантливый книжник”, решивший, видимо, вывести Констанцию из себя окончательно.

— У меня вызов, это подождет до моего возвращения? — процедила она, проходя к двери.

От эмоционального напряжения у нее едва не сводило мышцы спины и шеи. Она всегда ощущала тревогу и стресс физически. От этого осанка ее становилась идеальной, но каждый вдох давался с трудом.

— Как тебе будет угодно, — негромко ответил Илья.

Напоследок она обернулась к Кингу:

— Спасибо, что попытались так трогательно утешить меня в пятницу, но более прошу этого не делать. Я в этом не нуждаюсь.

Дела у нее не было, поэтому она отправилась в Абонемент. Христофора Николаевна вышла к ней с чашкой дымящегося чая. А вслед за ней из-за двери показалась Маруся. Розовые волосы были собраны в хвост, объемную белую рубашку она немного неуклюже заправила в экстремально короткую черную юбку, которая безуспешно пыталось замаскироваться под офисный стиль.

— Маруся, — улыбнувшись, с искренней радостью поприветствовала ее Констанция.

— Привет, — с придыханием ответила та. — У меня началась стажировка.

—