ЭКТАБОН. Теория Хаоса. Том I - Дин Констаповски

Эктабон всё размышлял, что если даже здесь, за его столом, на его приёме люди не честны — значит, город действительно трещит по швам. Преподобный слишком много взял на себя, и это был известный факт. «Но где он сейчас?» — осмотрелся по сторонам лорд, ставя на ближайший стол недопитый бокал вина.

* * *

«21:25»

«Окрестности усадьбы лорда Бенджамина Эктабона»

Дождь висел серой пеленой, размывающей силуэты двух гвардейцев у входа в усадьбу. Фэйрис и Адам проскользнули к северной стене, едва не попав в поле зрения гвардейцев. У него была праща — но стрелять он даже не намеревался. А у неё нож на поясе, до которого она в моменты тревожности ненароком дотрагивалась. Они двигались бесшумно, пока не оказались у лестницы на крышу. Серый камень уже давно стал чёрным. И даже мох, прорастающий в его щелях стал едва заметен.

— Нам сюда, — прошептала Фэйрис, кивнув на деревянную лестницу, выглядевшую хлипко.

— Давай, ты первая.

— Хорошо.

Она влезла на первые ступени, Адам был наготове и стороже, прежде чем последовать за подругой наверх.

Раскаты молний освещали всё вокруг редкими вспышками, оглушая громом, от которого девушка иногда вздрагивала. Под её ногами время от времени слышались скрипы лестницы, что лишь усиливало беспокойство. «Вдруг она сломается?»

— Фэй, Фэй! Быстрее! — прошипел парень, влезая следом, указывая на подходящего гвардейца, отошедшего от ворот, где некогда прошёл Эрик в виде музыканта.

— А… Адам… — тихо проговорила она, глядя в одно из окон, то, что было тёмным, откуда исходил разве что свет от одинокой свечи.

— Чего там? — он посмотрел туда, куда она указала и оторопел. — Чёрт…

Подростки замерли на лестнице. Фэйрис вгляделась — там, у окна сидел маленький мальчик, полностью укутанный в несколько одеял, выглядевший весьма болезненно. Девушка приложила палец к губам, мысленно проговаривая: «Только не выдавай нас, пожалуйста». А тот лишь смотрел на них печальным взглядом. Только затем подростки заметили, как у того проступают чёрные вены на лице, идущие от шеи к щеке. И через пару секунд мальчик повторил жест Фэйрис — он приложил палец к губам.

ГЛАВА 50 | Прыжок веры

«23 сентября 1668 года»

«Воскресенье»

«21:26»

«Усадьба лорда Бенджамина Эктабона»

— За мной иди, — сказал один из гвардейцев, поднимаясь на антресоль. Эрик последовал за тем. Внутри всё дрожало — было тревожно, что любое лишнее слово или действие могут привести к смерти.

— Наконец-то пришёл. Где тебя носило? — отчитал того мужчина по пути. — Эти скрипачи уже по горло мне. Кровь польётся из ушей скоро.

— Прошу прощения. Очень спешил, — выдумал на ходу Эрик.

Вокруг было так много света, что он жгуче ударил в глаза. После уличной тьмы было трудно привыкнуть к нему.

— Спешил он, как же… Мы пришли. Иди к тем олухам. Заставь их играть что-нибудь нормальное. Играешь-то хоть хорошо?

— Всем понравится, — съязвил он, но тотчас одумался. — Кхм… Да, я хорошо играю.

— Вот и славно. Ступай туда. А я службу нести пойду, чтобы вас зевак никто не тронул. Видишь ли лорд Эктабон и наш преподобный подхватили холеру паники. Дурни, как по мне. Вот нормально же нёс службу при Королевстве. Чего меня сюда в этот смрад и грязь кинули…

Эрик перевёл взгляд на гвардейца. Тот смотрел на него с подозрением.

— Что застыл? Ступай говорю… Туда вон! — громко сказал тот и вскинул руку вновь, указав той в коридор. Его движения казались очень театральными. — В правое крыло.

Эрик сделал шаг вперёд и почти сразу столкнулся с высоким мужчиной в тёмно-синем кафтане. На поясе у того висела связка ключей.

— Вы, должно быть, новый музыкант на замену? — спросил дворецкий, окинув ледяным взглядом. Его лицо было вычурно набеленным.

— Да, сэр.

— Хорошо, — мужчина внимательно оглядел Эрика, с весьма надменным взглядом, но с уважительным тоном. — Ваше имя?

— М-м… — замялся Эрик. — Эмилио Харвуд.

Дворецкий оценочно взглянул из-под бровей на него, а потом резко развернулся в сторону зала, следующего прямо по коридору.

— За мной, мистер Харвуд. Вас ожидают.

* * *

«21:27»

Фэйрис и Адам уже поднялись на крышу. Она была ужасно мокрой и скользкой. И чтобы пробраться к чердаку, надо было немного подняться, сумев не соскользнуть.

— Фэй?

Она обернулась.

— Кто этот пацанчик мелкий? Как ты думаешь?

— Мне откуда знать? Может сын лорда? Его же поместье, — ответила Фэйрис.

— Так если нам нужен кинжал, может… Может мы этого мальчика, ну…

— Брось это. Дурак что-ли? — она посмотрела на него, выразив полное непринятие его идеи. — Мы не будем трогать ребёнка.

— Ладно, ладно! Я просто предложил.

— Плохие у тебя предложения. Следуем плану. Ясно?

— Более чем… Извини.

На миг повисла тишина. Дождь почти заглушал их голоса, громко стуча по скатной кровле. А яркая луна уже была прямо над ними.

Подростки стояли рядом с одной из люкарн. Там же была и прибитая лесенка.

— Сюда нам, идём.

— Фэй… Постой, — Адам остановился.

— Да что? — занервничала уже Фэйрис.

— Я хочу тебе кое-что сказать…

— Адам, не сейчас. Эрик уже вошёл внутрь. Петро и Маргарет с Элизабет настороже. Нам некогда тянуть.

Фэйрис была полностью сконцентрирована на деле. Думала только лишь о кинжале. Он — это возвращение домой. Даже если временно. Даже если не навсегда. Главное было одно — исчезнуть из этой эпохи, этого времени. Она чувствовала опасность из каждого угла. Прислушивалась с каждому звуку.

— Погоди, Фэй. Я полезу вперёд, — ринулся парень к лестнице, сначала проверив ту на прочность ногой.

— Хорошо. Давай скорее.

Адам взлез по лестнице на кровлю прямо к люкарне, да открыл незакрытую на защёлку дверцу внутрь.

* * *

«21:28»

Зал встретил Эрика яркой вспышкой. Повсюду были слышны голоса, иногда смех, а также звон бокалов. На секунду ему показалось, что он вернулся во времени. Но так же быстро пришло осознание — он ещё здесь, там, в далёком и опасном прошлом.

— Желаете испить вина или шампанского, мистер Харвуд? — спросил дворецкий у Эрика, когда они подходили к музыкантам.

— Нет, спасибо, — ответил он вежливо, с хрипом в голосе, и посмотрел на роскошный белоснежный рояль, одиноко стоящий в окружении скрипачей и виолончелистов.

— Хорошо. Надеюсь, вы готовы? — кивнул мужчина на массивный инструмент. — Не вижу при вас бумаг с нотами.

— О, да! Я готов. Всё в голове, сэр.

Дворецкий посмотрел на него с подозрением, но потом наигранно улыбнулся, словно раскрыл что-то неладное.

— Приступайте к игре, мистер Харвуд.

От последних слов мужчины всё внутри у Эрика словно перевернулось и начало дрожать. В